Чтение онлайн

Сюжет витража был неоднозначен: люди стояли на колени и возносили молитвы к горе, на которую с небес нисходил яркий свет. А в лесах, меж гор виднелись кошмарные дьявольские образы — зло застыло в страхе перед приходом нового Мессии.

Тонкие корни со скрипом разошлись в кошмарной улыбке, занимающей большую часть лица. Люди слишком наивны, чтобы мыслить более иными величинами. А еще они безумно упрямы, что в очередной раз подтвердил настоятель местного ордена.

Небыстрой походкой, существо вернулось обратно к пленнику.

— Ты подумал? — поинтересовалось оно.

— Да…

— И твой ответ?

— Я не служу злу.

Гость покачал головой.

— А где ты видишь зло, служитель бесполезных булыжников?

— Ты!

— Слепец. Я пришел избавить вас от демона, что попал в ваши застенки по ошибке. Он, а не я служит нечистому.

На измученном лице возникло сомнение. Но все еще крепкая вера продолжала отрицать очевидное. Поэтому гость продолжил:

— Меня не остановила намоленная земля, святое оружие и даже могущество вашего бога. Я беспрепятственно миновал запретную черту. И оказался здесь, перед тобой. Скажи, разве зло способно на такое?

Голова отца Пиота безвольно повисла на тонкой шее. Казалось, он лишился последних сил. Но это было не так. Он еще раз внимательно взглянул на коварного убийцу.

— Ты не получишь, ни меня, ни его.

— Уверен?

Гость изменился, его тело сделалось широким, раздутым, словно у паука, возникли тонкие лапки, на которых он быстро подполз к стене, а потом вверх. Оказавшись возле распятого настоятеля, плетеный человек вытянул шею и уставился на отца Пиота.

— Меня ничто не остановит.

Пленник хотел что-то ответить, раскрыл рот, но в ту же секунду туда устремилась лапа паука. Выпучив глаза, священник безвольно наблюдал за тем, как корни оплетают его тело, проникая внутрь. Тощее тело выгнулась, послышался неприятный хруст костей. Ритуальный зал наполнился криком отчаянья и боли. Но помешать внутренним изменениям был уже не в силах. Жилы рвались, кожа трещала по швам. Корни вырвали внутренности, вставая на свободное место, скручиваясь змеями.Священник дал слабину и поплатился за это.

Правая рука священника провернулась против оси, локтевой сустав хрустнул, высвободив запястье. Тоже самое произошло со второй рукой. Кукловод, что управлял куклой не с помощью, а изнутри, делал первые шаги.

Спрыгнув вниз, отец Пиот вытянул руки вперед, скривил шею, выпрямил ее — существу, что находился внутри настоятеля, будто было тесно, и он привыкал к новой оболочке. Сделал шаг, второй. Неумело покрутился на месте, ища равновесие. Подошел к одной из статуй, что украшала зал, довольный собой осклабился. С пьедестала на него взирал Александр Римский[1] в тоге и легких доспехах — в его руке был щит и длинное копье. Пиот с легкостью вырвал оружие из мраморных рук, обломал древко и, облокотившись на него, как на клюку, хромая, направился к выходу.

Тела монах указывали ему направление путеводной кровавой линией. Он покинул каменные своды, вышел к воротам и покинул обитель. У пустынного тракта его ждал человек. Отец Пиот подошел к хозяину, поклонился и тихо произнес:

— Ему удалось уйти.

— Мне это известно! — ответил Верона.

— Я чувствую его след.

— Тогда зачем тянешь время?

— Моя служба вскоре иссякнет. Новая луна зародиться через три дня и тогда я покину пределы вашего мира.

— Значит у тебя три дня! Ты должен привести мне голову этого пришельца. Большего от тебя не требуется.

— Три дня, — повторил отец Пиот.

— Да, Альберо! И я жду результата, а не оправдания. — Верона извлек из рукава ветвь, на которой имелось три зеленых листа, и продемонстрировал его существу.

Лицо настоятеля изменилось. Нахмурившись, он печально вздохнул и отступил.

— Твое дитя будет предано огню, если я не получу желаемое! Надеюсь, мы поняли друг друга.

Рот наставника скривился и начал растягиваться. Уголки рта разошлись максимально, насколько это было возможно. Зрелище было не из приятных. Но на инквизитора это не произвело должного впечатления. Тогда существо, что сидело внутри отца Пиота приложило еще усилий. Послышался неприятный звук. Кожа лопнула, и на ней возникли темные трещины, словно на глиняном горшке, что упал на землю. Теперь рот настоятеля превратился в ужасную пасть с торчащими из нее острыми клыками, а взгляд выражал безумие, присущие затворникам замка в Вольтере.

Изнутри вырвался длинный змеиный язык. На лице Верона не дрогнул ни единый мускул. Он продолжал равнодушно взирать на бесполезные попытки существа вызвать в нем хоть немного страха.

Клацнули челюсти. Еще раз. На коже Пиота выступ кровавый румянец. Существо пристально вгляделось в глаза инквизитора, узрев там свое отражение. Пасть тут же исчезло — рот превратился в тонкую линию. А лицо стало прежним, человеческим, без налета на внутреннего кукловода.

— Вот и замечательно, — констатировал Верона. И убрав росток обратно в рукав, добавил: — Думаю, ты меня понял. Действуй, пока твоя оболочка не истлела. У тебя ровно три дня. Запомнил? Три! — И развернувшись, отправился вниз по дороге, где его ждала темная карета с серебристыми узорами дикого плюща.

Демон лежал ничком, широко раскинув лапы. Маэстро подошел к нему осторожно, не торопясь. Выставил лезвие и осторожно ткнул мечом могучую спину чудовища. Тело не отреагировало. Тогда Липо надавил на навершие — лезвие легко проткнуло плоть. Демон даже не шелохнулся. Значит, сущностью отправилась обратно в Низший мир. Убрав оружие в ножны, Липо извлек мецалуну — округлый нож с двумя лезвиями и ручками с обеих сторон лезвия, прочитал короткую молитву и, перевернув тело на грудь, принялся разделывать тушу.

Хорошо, что схватка происходила на тренировочной площадке — меньше посторонних глаз. Тем более, что действие явно не для слабонервных. Липо представил себя, окруженного толпой зевак, гул и сотни вопросов, и недовольно сплюнул на землю. Надо торопиться, пока тело не охватило темное пламя.

Слезу он отыскал на месте печени. Крохотный кровавый алмаз, являющийся душой демона. Так считали демоноборцы — а вот святая инквизиция считала иначе. Ватикан нарек Слезу — проклятием небесным, и нещадно карал тех, кто наделял свое оружие этим ужасным оберегом.

Слезы имели разный оттенок — от тёмно-синего, до ярко-желтого. Гладкий камень овальной формы, защищающий владельца от темных сил. Только вот добыть так трофей было под силу лучшим танцорам со шпагой. Но в данном случае Липо старался не для себя. Его оружие уже имело достаточно оберегов, чтобы противостоять демону высшего порядка. А может быть, даже Приближенному. Зато у его ученика оружие было пустым. Поэтому маэстро и осмелился вызвать на бой рогатого.

Он ожидал увидеть что темное, угловатое. Но среди смоляной грязи что-то яркое ударило в глаза. Маэстро протер камень, полил на него водой и обомлел. Такой чистоты он еще никогда не видел. Идеальная прозрачность сравнимая с алмазом. Правда, любоваться Слезой у него времени не было. Он сунул находку в суму и направился к коню, что ожидал его у ворот.