Чтение онлайн

*****

— Поведай мне – твоя Яннария и вправду страна тронутых умом, или ты один такой уродился? — Нельяна просунула всю руку в дыру, которая теперь имелась на спине кольчужной рубашки Оррика. Да и в дыру на груди, напротив первой, влезал палец.

К тому времени, как Оррик завершил рассказывать княжне, как ему удалось отобрать у врага Златолист, раны на нём, конечно, уже не было. Теперь в их лагере имелась пара дюжин дваждырождённых служителей Восьми, владеющих исцеляющими чарами. Ну, или молитвами, если угодно. Пусть все они были на Детстве, такого количества хватало, чтобы двое-трое всегда стояли готовыми залечить раны предводителей войска, даже если это должно было отправить в постель их самих.

Так что Оррик уже вновь был здоров и бодр:

— Ну, мой родной край слывёт родиной людей отважных, да и сам я потомок славных предков с обеих сторон, — Оррик не стал уточнять число поколений между славными предками и собой. — Боюсь, однако, что мой покойный отец поглядев на меня счёл бы, что я слишком люблю собственную шкуру, которая для того и дана мужчине, чтобы ей рисковать, а то бы и вовсе схватился за голову от сына, который ездит на кобыле и получает ранения в спину.

— Надо же, — Нельяна даже чуть раскраснелась от гнева. Она с грохотом бросила кольчугу на стол, занимавший середину главной комнаты добротного сельского дома, брошенного хозяевами и ставшего её пристанищем на прошлую ночь. — Не знала я, что копья ловят собственной шкурой от любви к ней.

— Я, помнится, говорил тебе – воин должен делать то, что должно. С открытыми глазами и ясной головой. Для дваждырождённого мало просто выполнять в бою заученные действия, как простые солдаты – он должен мгновенно оценивать происходящее и взвешивать свои шансы. Если бы лошадь была слишком серьёзно ранена, чтобы скакать во весь опор, я бы умер почти наверняка. А ваши княжеские лошади хоть и живучи, но всё же навыков, которыми далеко не всякий дваждырождённый владеет, у них нет. И хоть недолго удерживать скорость при пробитом лёгком ни одна из них не сможет. Зато на моей собственной спине почти нет мест, попав в которые копьё могло бы меня с одного удара смертельно ранить или заставить свалиться на землю. Разве что если б перебило хребет у самой шеи. Выбор получается несложный, правда?

— Но ты ещё молвил раньше, что Златолист не даст нам победы, — Нельяна бережно, практически благоговейно коснулась лежащего перед ней оружия. Таких мечей, с прямым лезвием, сужающимся посередине и расширяющимся к концу, больше не делали у саклибов, рукоять его за многие годы сильно поистёрлась, но на самом клинке едва ли можно было найти даже одну царапину. — И всё же…

— Я говорил, что Златолист – не чудодейственное средство, которым любой сопляк мог бы разом победить Кро-Кроаха, а тем паче его армию. Но, помнится, я ещё говорил, что он может дать преимущество — выражение лица Оррика неожиданно стало мрачным. — А увидев этот меч в руках варвара, я сразу подумал – очень скоро любое преимущество будет нужно нам как воздух. На пути обратно я проверил свойства меча одной из своих техник. Златолист в руках пришедшего в гармонию с ним владельца мог бы развеивать чары Кро-Кроаха, если б тот пользовался чарами, что важнее – на довольно большом расстоянии от себя он развеивает и сверхъестественный страх. Ты понимаешь теперь, что значит отсутствие этого меча за стенами Мерани?

Нельяна на миг задумалась, глядя на золотые узоры, покрывающие клинок, потом вдруг опустила оружие и разом побледнела:

— Кро-Кроах поведёт войско на штурм.

— И я так думаю. Вряд ли он ещё не догадался о свойствах Златолиста. Такого ужаса, чтобы защитники сами разбежались со стен, ему внушить вроде бы не под силу. Судя по рассказам и по тому, что перед ним чувствовал я. Но воины, у которых дрожат руки и трясутся поджилки, много не навоюют, какие бы хорошие стены их не защищали. Скорее всего, божок начнёт уже завтра, но поведёт дело без спешки, в надежде, что горожане разошлют птиц за помощью, а мы попробуем на помощь придти – и попадём в ловушку. В общем, Нельяна, зови сюда тех, кто хорошо знает все окрестности Мерани. Надо думать, что тут можно сделать.

Штурм Мерани действительно начался следующим утром. Многочисленное войско курангов, с их накидками из звериных шкур, чёрными щитами, наборными доспехами, в которых металлические пластины крепились под грубой тканью, султанами из конского волоса или вороньих перьев на шлемах, затопило южные подступы к городу подобно мутному грязевому потоку. С юга стена была наиболее низкой, туда-то Кро-Кроах и решил направить свой удар. К остальным её участкам, кроме прикрытого рекой западного, он послал лишь достаточно воинов, чтобы беспокоить защитников и не давать им стянуть все силы в одно место.

А сил у защитников стольного города было отнюдь не мало – был он всегда обилен населением, а с приближением неприятеля многие люди из окрестных сёл и городищ стянулись под защиту его стен. В поле городское ополчение было бы опрокинуто первым же натиском варваров, но чтобы стрелять и метать камни со стен, отталкивать штурмовые лестницы и бить по головам тех, кто пытается по ним взобраться, вполне годилось. Куранги, однако, пока не торопились лезть на стены или тащить таран к воротам. Под прикрытием заранее заготовленных больших щитов, прикрывавших сразу несколько человек, они двигались вперёд. Одни засыпали городской ров фашинами и землёй из корзин, другие стреляли из луков и метали дротики, стараясь не дать неприятелю поднять головы. Шаманы курангов призывали облака тумана, на время скрывавшие движения штурмующих, и мороки, устрашавшие защитников, либо отвлекавшие их внимание. Но хоть опытных стрелков, хоть чародеев среди варваров было недостаточно, так что их штурм захлебнулся бы кровью с самого начала – если бы не Кро-Кроах.

Кро-Кроах, зловещий исполин, окутанный дымкой даже под прямым лучами ещё тёплого солнца ранней осени, то держался позади, на огромном серо-седом коне, выдыхавшем облака холодного пара, то пешком обходил ряды штурмующих там, где они начинали осторожничать. Броски его копья отрывали руки и головы простым смертным, подбирая тяжёлые камни, он метал их с такой силой, что от зубцов стен летела каменная крошка, нацеленные в него стрелы и болты, причиняли меньше вреда, чем комариные укусы. Его свита казалась демонами из Бездны – рослые воины с лицами цвета пепла, в доспехах, украшенных звериными клыками и человеческими костями, чудовищные серые псы размером чуть ли не с лошадь. Везде, где бы он ни появлялся, усердие варваров удваивалось. Но самым худшим был испускаемый им давящий страх. Кро-Кроах действительно не мог рассеивать воинства одним лишь своим присутствием, но это присутствие кратно усиливало всякий естественный испуг, подтачивало силы защитников, заставляло дрожать руки и поджилки, грозило создать распространяющуюся как лесной пожар панику из малейшей искры.

Паника и охватила бы их в скором времени, дай их предводители хоть немного слабины. Но епископ Мераньский и воевода Данслав, взявшие на себя руководство обороной от имени малолетнего князя Радвича, оказались достойны своего положения, неустанно обходя стены, распоряжаясь обороной, укрепляя дух горожан и немногочисленных оставшихся дружинников. Данслав в особенности не жалел себя, устремляясь на всякий участок стены, к которому подходил Кро-Кроах и не пригибал головы ни на миг, бравируя своей решимостью перед лицом смертоносных метательных снарядов.

В один из моментов, когда накал штурма ненадолго спал, а боевые кличи, лязг оружия и стоны раненых поутихли, так что можно было что-то расслышать, Кро-Кроах в очередной раз заметил Данслава на стене перед собой и крикнул, обращаясь к нему:

— Не зазря ли ты выкидываешь свою жизнь, воевода, сражаясь за богов, которые не соизволят снизойти к тебе на помощь?

Данслав отродясь за словом в карман не лез:

— Да уж лучше сражаться за богов, кои могут оставить меня по моим грехам, чем за поганого идола, который зовёт себя богом, а сам даже какой-то стены одолеть не может, без своры своих псов на битву выйти не решается.

Кро-Кроах ответил, метнув в Данслава своё копьё, но тот с похвальным проворством укрылся за зубцом стены и пропавший зря бросок лишний раз доказал верность его аргумента.

Увы, такие маленькие победы не могли свалить гору страха с плеч защитников. Они ободряли лишь настолько, чтобы предотвратить повальное бегство. А по мере того, как слабела воля, слабела и стрельба – всё меньше бойцов отваживались хоть ненадолго высунуться из-под прикрытия. Возможно, куранги взошли бы на стену ещё до вечера, если бы Кро-Кроах подгонял их сильнее, но он казался удовлетворённым уже тем, что за день удалось засыпать ров во многих местах – на ночь он отвёл армию, хоть и оставил дозоры, чтобы мераньцы не попытались под покровом темноты растащить насыпанное.