Чужеземные тропы, незнакомые моря
Шрифт:
Трамплинами для полетов к полюсу стали Кингс-Бей и остров Шпицберген. Вскоре после удачной попытки Бэрда с двумя гидропланами стартовал Руал Амундсен и достиг 87°44' с. ш. А еще через год Амундсен полетел на дирижабле «Норге», которым управлял итальянец Нобиле [408] . После того как воздушный корабль пролетел над полюсом, он, сильно поврежденный, приземлился на Аляске, но впервые весь Северный полярный бассейн был пересечен по воздуху.
В 1928 году последовала злосчастная экспедиция Нобиле на дирижабле «Италия». Было задумано на короткое время высадить несколько человек на полюсе, но сделать это не удалось. На обратном пути произошло несчастье, повергшее на несколько недель в волнение весь мир. Вследствие большой утечки газа и поломки руля высоты «Италию» бросило на лед, причем гондола оторвалась и 9 человек экипажа, в том числе и сам Нобиле, очутились на льдине. Остальные 6 человек были унесены дирижаблем и пропали без вести. Группа из 8 человек благодаря самоотверженным действиям советского ледокола «Красин» и летчика Бориса Чухновского была спасена. При спасении экспедиции Нобиле погиб выдающийся норвежский полярный исследователь Руал Амундсен, вылетевший на самолете искать Нобиле [409] .
408
Умберто Нобиле — итальянский военный инженер и полярный исследователь, конструктор дирижабля «Норге» — «Норвегия», на котором он в 1926 году вместе с Амундсеном и американцем Элсуэртом совершил свой первый арктический полет. В 1928 году после трех попыток он достиг полюса на дирижабле «Италия» (длина 174 м, высота 27 м), но потерпел аварию, в результате которой погибли 8 человек экипажа. Был обвинен фашистским правительством Муссолини в катастрофе «Италии» и реабилитирован только в 1945 году.
409
Р. Амундсен летел на розыски Нобиле в самолете «латам» французского летчика Гильбо. 20 июня, отправив свою последнюю радиограмму, «латам» вместе со всем своим экипажем (6 человек), очевидно, упал в Баренцево море и затонул. Вместе с Гильбо и Амундсеном в катастрофе погиб летчик Дитрихсон, который в 1925 году вел к полюсу одну из «летающих лодок» типа «дорнье-валь» экспедиции Амундсена.
После смерти Нансена в 1930 году президентом «Аэроарктик» намеренно был выбран доктор Гуго Эккенер — командир дирижабля «Граф Цеппелин». Со своим дирижаблем Эккенер еще в 1929 году, вылетев из Фридрихсхафена, обошел за 12 летных дней весь земной шар, совершив только три посадки — в Токио, Лос-Анджелесе и Нью-Йорке. Однако репутации полярника он еще не приобрел. От него, как от наследника знаменитого норвежца, ожидали, что он поведет дирижабль на Крайний Север. Так и случилось. Летом 1931 года «Граф Цеппелин» с целой коллегией известных на весь мир специалистов, возглавляемой советским исследователем Арктики Самойловичем, стартовал из Фридрихсхафена на север [410] .
410
На борту этого гигантского (длина 236 м, вес 62 т, 5 моторов, скорость 128 км/час, радиус действия — 11250 км) летательного аппарата находилось 46 человек команды и научного состава. В их числе советские ученые Молчанов и Самойлович, руководивший операциями «Красина» во время спасения экспедиции Нобиле. На борту «Цеппелина» был и Л. Элсуэрт, участник экспедиции Амундсена на «Норге».
Целью экспедиции был уже не только полюс. Речь шла о том, чтобы в районах Новой Земли, Земли Франца-Иосифа и открытой лишь в 1913 году и почти совсем не изученной островной группы Северной Земли сделать ряд ценных наблюдений: метеорологических и аэрофотографических, по изучению земного магнетизма Арктики.
Особой сенсацией этого полета оказалась встреча дирижабля с советским ледоколом «Малыгин» в районе острова Гукера — в архипелаге Земля Франца-Иосифа — далеко за 80° северной широты [411] .
411
Особой «сенсацией» предполагалась встреча «Цеппелина» на Северном полюсе с подводной лодкой «Наутилус», которая под командой Г. Уилкинса — покорителя полюса недоступности — должна была дойти до Северного полюса, пробить льды и встретиться с экипажем «Цеппелина». К сожалению, из этого ничего не получилось: «Наутилус» был старой, списанной подводной лодкой, выходить на нем к полюсу было опасно, поэтому один из членов экипажа, испугавшись плавания, испортил рули глубины. Сенсационная встреча не состоялась.
Выполнив свою задачу, дирижабль благополучно возвратился в Берлин. Весь полет с короткими посадками занял всего семь дней. Чтобы достичь таких же результатов с помощью старых, традиционных методов, несомненно, потребовались бы годы: ведь «Цеппелин» всего за 105 часов 17 минут преодолел расстояние в 10 700 километров и одновременно провел обширные научные исследования.
Таким образом, было наглядно доказано, что наряду с самолетами для исследования полярных областей земного шара могут быть использованы и дирижабли.
Но, как бы высоко ни расценивалось все, что сделали арктические исследователи, начиная с Амундсена и кончая Эккенером, этого было явно недостаточно для подробного исследования Арктики. Только когда с помощью самолетов стало возможно в любой точке Центральной Арктики высаживать исследовательские группы, появилась реальная возможность приступить к настоящему исследованию арктических просторов.
…Мы уже говорили, что в изучении ледовых условий, существовавших в районе сибирского побережья, больше всех был заинтересован Советский Союз. Расстояние от Мурманска до Владивостока вдоль сибирских берегов равно 6 тысячам морских миль, через Суэцкий канал — 13 тысячам. Эти цифры красноречиво уясняют экономические выгоды северного морского варианта. Но ледовые условия на всем протяжении Северного морского пути определяются климатическими явлениями в Центральной Арктике. Таким образом, исследования Северного полярного бассейна перестали быть погоней за рекордами и сенсациями, а превратились в жизненно важную, насущную необходимость [412] …
412
Сразу же после Великой Октябрьской социалистической революции Советское правительство обратило серьезное внимание на северные области России. Уже 2 июня 1918 года В. И. Ленин подписал декрет об организации Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана для отыскания сквозного прохода от Архангельска до Берингова пролива вдоль северного побережья Сибири, но из-за гражданской войны и иностранной интервенции ее работы не удалось развернуть. Но как только интервенты были изгнаны с европейского Севера, в 1920 году по инициативе В. И. Ленина в Архангельске приступили к организации Первой Карской операции — морской экспедиции для товарообмена советского европейского Севера с западносибирскими портами Карского моря. Карскими операциями (1920–1925) командовал выдающийся ледовый капитан М. В. Николаев. Вопрос о всестороннем и планомерном исследовании Советской Арктики и Северного морского пути, как имеющий огромное государственное значение, был впервые поставлен В. И. Лениным в декрете от 10 марта 1921 года, которым был учрежден Плавучий морской научный институт (Плавморин) с отделениями: метеорологическим, гидрологическим и геолого-минералогическим. Это было первое по-настоящему комплексное научное исследование Арктики, сочетавшееся с практическими целями — освоением Северного морского пути.
После основательной и продуманной подготовки 21 мая 1937 года советская отечественная машина АНТ-6 стартовала с острова Рудольфа — самый северный остров Земли Франца-Иосифа — в направлении к Северному полюсу. Пилотировал самолет испытанный арктический летчик Михаил Водопьянов. На борту находилась группа ученых под руководством полярного исследователя И. Д. Папанина [413] . Через несколько часов тяжелая машина с красными звездами на крыльях благополучно совершила посадку на большую льдину в непосредственной близости от полюса. За нею последовали другие самолеты, груженные предметами снаряжения, продуктами питания и научными приборами. А через несколько дней в самом сердце Арктики возник маленький уютный поселок, снабженный всем, что было необходимо для длительной работы исследовательской группы.
413
Иван Дмитриевич Папанин (родился в 1894 г.)— выдающийся советский полярный исследователь, провел ряд работ в архипелаге Земля Франца-Иосифа, после чего ему было поручено руководство экспедицией «Северный полюс-1» в составе: П. П. Ширшова (гидробиолог, участник знаменитого плавания на «Челюскине»), Е. К. Федорова (геофизик, долгое время работал на полярных станциях Земли Франца-Иосифа и мыса Челюскин), Э. Т. Кренкеля (радист, работал на полярных станциях Маточкина Шара, Новой и Северной Земель, принимал участие в экспедиции «Цеппелина» в 1931 году; в 1932, 1933/34 годах работал радистом на «Сибирякове» и «Челюскине»). Большую работу по организации экспедиции проделал академик О. Ю. Шмидт — выдающийся советский математик, геофизик и арктический исследователь (1891–1956), совершивший плавания на «Седове» (1929/30), «Сибирякове» (1932), «Челюскине» (1933/34). Одним из авторов проекта «Северного полюса-1» был советский полярный летчик М. Водопьянов, автор фантастического романа-предвидения «Мечта пилота» (М., 1935), получивший одним из первых звание Героя Советского Союза в 1934 году за спасение экипажа «Челюскина» (вместе с ним этой высокой награды были удостоены летчики: Н. Каманин, М. Слепнев, И. Доронин, В. Молоков, С. Леваневский, А. Ляпидевский). Станция «Северный полюс-1» находилась приблизительно в 20 километрах от полюса (89°25' с. ш. и 78°40' з. д.).
Впервые в истории был на деле осуществлен дерзкий и смелый план покорения Центральной Арктики.
В одиночестве, за тысячи километров от цивилизации, четыре человека проделали то, о чем Нансен и Пири могли лишь мечтать и к чему стремиться всю жизнь. Во время долгой зимней ночи Полярная звезда в зените оставалась их ориентиром в сердце ледяной пустыни; а движение льдин, игра морских течений и ветров — смертельный враг первооткрывателей Арктики — стали теперь главными объектами исследования…
После дрейфа, длившегося 274 дня, папанинская группа оказалась у восточного побережья Гренландии, где была принята на борт ледоколов «Таймыр» и «Мурман». От льдины, первоначальная длина которой составляла 3–4 километра, после дрейфа протяженностью свыше 2 тысяч километров сохранился только жалкий осколок. Остальное растаяло. Фантастический на первый взгляд проект дрейфующей станции «Северный полюс-1» превзошел все ожидания…
…С высоты кажется, будто повертывается не самолет, а сама земля. В поле зрения, сменяя друг друга, появляются леса, скалы, озера и кое-где маленькие городки и селения, и чем дальше к северу уходит самолет, все реже и реже они показываются под крылом краснозвездной машины…
Полдень. Валерий Чкалов [414] уже восемь часов сидит за штурвалом. Давно улеглось одолевавшее его утром волнение, оно сменилось хладнокровной собранностью и вниманием. Позади колдует над своими приборами, постоянно сверяя курс, Саша Беляков. Егор Байдуков спит глубоким сном.
Валерий начинает понемногу уставать, слипаются веки, болят натруженные руки. Пора сменяться. Он будит спящего, и скоро управление самолетом берет на себя Егор. Валерий ест, запивая горячим кофе из термоса. Затем устраивается на койке. Спать, спать!.. «Стоп, ведь я не сделал записей в бортовом журнале», — вспоминает Валерий. И вот они появляются.
414
Валерий Павлович Чкалов (1904–1938) — выдающийся советский полярный летчик. В 1936 году совершил свои первый сверхдальний полет: Москва — Кольский полуостров — Земля Франца-Иосифа — Северная Земля — бухта Тикси на Камчатке (остров Удд — ныне остров Чкалова). 18 июня 1937 года он в одномоторном самолете АНТ-25 (экипаж: второй пилот Г. Байдуков, штурман и радист А. Беляков) стартовал из Москвы через Северный полюс в город Портленд на реке Колумбия (США). Самолет пролетел расстояние 9605 километров за 63 часа 50 минут и установил мировой рекорд, впервые совершив беспосадочный перелет через полюс и Центральный Арктический бассейн.
«…18 июня 1937 года. Сегодня утром в 4 часа 10 минут при прекрасной погоде стартовали с аэродрома Щелково (Подмосковье). Держим назначенный курс. Расход горючего нормальный…»
Валерий прислушивается. Ему кажется, будто мотор изменил свой ритм… Предостерегающе вскрикивает Байдуков. Валерий вскакивает, бросается вперед, и через секунду ему становится все ясно: пропеллер и крылья покрылись льдом. Как бы сопротивляясь непривычной нагрузке, сильнее вибрирует мотор.
— Включи антиобледенитель! — кричит Егор. Чкалов включает насос. На стекла и на пропеллер хлынул поток спирта. Лед постепенно исчезает, и сразу же прекращается вибрация. На лицах летчиков облегчение. Начинает смеркаться. Впереди надвигается черная грозовая стена облаков. Становится заметно холоднее, термометр показывает минус 24°, и в кабине, несмотря на отопление, не очень весело… Чкалов выпивает кружку горячего кофе и снова садится за штурвал. Самолет делает крен вправо, чтобы обойти циклон. Увы, в стене глухой облачности просвета не видно. Валерий оборачивается. Друзья озабоченно смотрят на него. Черная стена все ближе и ближе. За штурвал садится Байдуков.
— Мы должны прорваться, Егор. Другого выхода нет…
Байдуков молча кивает. Его лицо полно решимости. Он дает обороты мотору, и машина стрелой несется в грозу. Воздушный вихрь швыряет самолет во все стороны. Выдержит ли АНТ-25?
Во мраке черной ночи гаснет свет. Все чувства обострены до предела, летчики стараются понять, что же происходит снаружи; они буквально слышат, как самолет покрывается коркой льда.
Чкалов садится рядом с Байдуковым и, действуя насосом, поддерживает давление в антиобледенителе — самое главное, чтобы не образовался лед хотя бы на пропеллере. Машина мчится сквозь мрачные глыбы облаков…