Чтение онлайн

Это связь была так же неразрывна, как окружавшие нас крутые горы и их вековые снежные шапки. Как светлые и тёмные божественные близнецы, при всём своём бесконечном могуществе неспособные существовать в нашей реальности друг без друга. Как Ирра и сумрачные тени, в которых вечно таилась его загадочная сущность.

Как я и моя неукротимая жажда охоты, раз за разом влекущая меня к новым приключениям.

– Если весь Акрос хоть немного похож на эту долину, или на ту, где расположен ваш дворец, тогда, полагаю, что я не зря связала свою жизнь именно с этим местом, – усмехнувшись, я вернулась к своей роли и перевела взгляд на вершины гор, неприветливо скалившиеся небесам своими белоснежными зубами.

Мужчина позади меня неопределённо вздохнул. Словно собирался извиниться за то, что продержал меня взаперти так долго, что я не успела увидеть ничего, кроме самого замка и его окрестностей, но потом вспомнил, что изначально это была моя идея, и понял бессмысленность всего дальнейшего разговора.

Я вновь повернулась к графу, продолжавшему непрерывно смотреть в мою сторону, и неожиданно для себя самой предложила, будто бы пытаясь найти подтверждение собственной интуитивной теории:

– Может быть, расскажете мне об Акросе? О том, каким вы его видите. И о том, что он значит для вас.

Дейран задумался и ненадолго обратил взгляд к далёкому, почти бесконечному небу, как если бы моя просьба показалась ему непростой, а затем всё-таки качнулся и поднялся, словно собираясь с силами. Взгляд его неспешно пробежался по долине, по каждой её детали, каждой скале и каждому дереву как будто в поисках спрятанной где-то подсказки о том, с чего ему следовало начать свой рассказ. По розовым кронам прошелестел ветер, сорвав несколько лепестков и уронив их в чистейшую озёрную воду, а когда его порыв долетел до нашего уединённого местечка, то вместе с ним до моих ушей как будто донёсся шёпот самого Акроса, понятный одному лишь графу Ле’Куинду.

– Может быть, вы этого не помнили или не знали, но до недавних пор Акрос был беднейшим графством Касэта, – начал рассказывать Дейран, – Беднее даже северного Дакраса, круглый год заваленного снегами, или далёкой южной Оши. Северяне всегда славились своими наёмными солдатами. Считалось, что вечный холод закаляет их нрав, а свирепые командиры без лишних сомнений отсеивают слабых. И поэтому графы, а до них – лорды материковых стран, были готовы отваливать баснословные кучи касов за право управлять хотя бы одним отрядом дакрасских головорезов. Ситуация в Оше была совсем другой, но оттого не менее доходной. Уже тогда там была прекрасно развита ветвистая и очень сложная сеть контрабанды… Впрочем, это вы хорошо знаете и без меня.

Погрузившись в свою историю, Дейран начал постепенно складывать остатки еды в специальный мешочек и отставлять расположенную на пледе посуду куда-то в сторону. Вряд ли он понимал, что именно делал. Скорее, его руки по привычке пытались заниматься хоть чем-то полезным, пока мозг блуждал в океане старинных воспоминаний.

– А что же было в то время у Акроса? Почти одни лишь только горы, просветов между которыми едва ли хватало на то, чтобы выращивать достаточно леса и провизии для выживания населения. Акрос был никому не нужен. Он был опухолью на теле Касэта, уродливым вросшим близнецом, от которого невозможно было избавиться. И лишь потому он существовал как отдельная территория, а не принадлежал одному из своих соседей, которые не хотели о нём заботиться.

Граф полностью очистил плед от всего лишнего, и теперь, за неимением иного занятия, начал заплетать венок из росших на расстоянии вытянутой руки пушистых красных и жёлтых цветов.

– Единственным ресурсом, которого у нас тогда было в избытке, – одновременно со своим нехитрым занятием продолжал рассказывать мужчина, – Была, как ни странно, простая человечность. Люди Акроса знали, что смогут пережить очередную зиму, только если объединятся и помогут друг другу выстоять против стихии. И то же самое знали их лорды, а впоследствии – их графы, никогда не считавшие себя выше своего народа. Наоборот, они понимали, что именно благодаря тяжёлому труду своего народа они по-прежнему оставались живы и могли оказывать помощь тем, кто в этом нуждался.

– А потом в Акросе нашли золото, – вспомнила я, и мужчина кивнул мне в ответ.

– Сначала золото. Потом серебро. Потом драгоценные камни: сапфиры, рубины, изумруды. Алмазы, конечно же. Спустя какое-то время оказалось, что проще было назвать, чего в Акросе не было, чем перечислить всё, что нам удалось найти. Мы будто бы вскрыли сокровищницу самих богов. Вот только никто из Шести так и не появился, чтобы покарать нас за это богохульство, и тогда мы присвоили найденное себе.

– Неужели никто не попытался захватить власть, когда вы обнаружили все эти богатства? – удивилась я.

Дейран отрицательно покачал головой.

– Народ Акроса всегда стоял за своих правителей. Никому из местных и в голову не пришла бы мысль о том, чтобы попробовать отобрать то, чем графы и так щедро делились со своими подданными. Например, всего за пару лет моим предкам за счёт добытых ископаемых удалось навсегда покончить с вековыми проблемами зимнего холода и голода, равномерно распределив ресурсы между всеми нуждающимися и закупив недостающее у ближайших графств. Что же касается наших соседей… Во-первых, уже тогда существовала Коалиция, законы которой запрещают прямые военные столкновения между графствами, а во-вторых, даже если бы кто-то решился захватить наш трон, против его войск добровольно вышел бы весь народ Акроса. Не говоря уже о том, что теперь у нас были деньги на дакрасских наёмников.

Ле’Куинд странно усмехнулся. По-видимому, несмотря на такую возможность, к услугам северных головорезов так ни разу не прибегал ни он сам, ни кто-либо из его предков.

– Наше графство стремительно богатело, но связь между народом и его правителями всегда оставалась крепкой. Сам я не застал те глубоко бедные времена, о которых я вам рассказал, но успели застать мои родители, и поэтому с самого моего рождения они не уставали повторять, как важно слушать своих подданных и как важно оставаться к ним как можно ближе. Именно родители научили меня простой, но важной истине, о которой я старался никогда не забывать: народ может существовать без своего правителя, но правитель без народа – не может.

Мужчина позволил себе небольшую паузу, словно ненадолго заплутал в запутанных лабиринтах своих воспоминаний.

– Моих родителей звали Николас и Гресса Ле’Куинд… – ностальгически произнёс Дейран, окутав названные имена необычным душевным теплом, – Отец был единственным сыном своих родителей, их незаменимой опорой и надеждой. В те времена редко у кого в семье было много детей, и даже графский род Акроса не был исключением из этого правила. Мама была виконтессой. Дочерью одного из местных виконтов. Они познакомились на балу по случаю провозглашения моего отца Высоким графом Акроса, и с тех пор не было ни единого дня, который они провели бы врозь. Во всяком случае, они так мне постоянно рассказывали. И кроме этой неразрывной связи друг с другом, они всегда оставались близки и к нашему народу. Вводили защищавшие простых людей законы, строили новые городки, наполняли их школами, больницами и храмами, следили за безопасностью открывавшихся тут и там новых шахт и рудников. Время от времени они выезжали даже в самые отдалённые деревни, чтобы выслушать жалобы тех представителей народа, которые не могли надолго отлучиться из своего дома и приехать в столицу лично. За время их правления Акрос преобразился настолько, что приблизился в своём величии к богатейшим графствам Коалиции, вроде того же самого Ксау, а нашу столицу многие по красоте сравнивают с самим Авалингом. К сожалению, сам я никогда там не был, и не могу рассудить, насколько правдиво это мнение. Может быть, однажды смогу…

– Что с ними случилось? – поинтересовалась я с лёгкой дрожью в голосе, прекрасно памятуя о том, что вообще-то большая часть драгоценной коллекции досталась Дейрану именно в наследство от его родителей.

Ненадолго мужчина помрачнел. Ненадолго, должно быть, лишь потому, что эта история, пускай и, очевидно, трагическая, была уже где-то в далёком прошлом, с которым он давно уже успел примириться.

– Они погибли, – ненадолго граф перестал заплетать свой причудливый венок и замер, устремив взгляд куда-то к северу, а потом вернулся к своему монотонному занятию, – Инспекция в шахте. Это должно было быть обычной поездкой, они часто посещали разные заведения и производства, чтобы проследить за их работой и пообщаться с местными, но… В тот раз всё пошло не по плану. Грунтовые воды размыли стены шахты, и в самый разгар рабочего дня те не выдержали и рухнули, похоронив под собой моих родителей. И вместе с ними ещё ровно тридцать восемь рабочих, которые в тот день находились внутри.