Цифровая крепость
Шрифт:
– Лжец, – засмеялась Сьюзан, открывая глаза. – Я же угада… – Но она замолкла на полуслове. На ее пальце было не кольцо Танкадо. Это было другое кольцо – платиновое, с крупным сверкающим бриллиантом.
Сьюзан охнула.
Дэвид посмотрел ей в глаза:
– Ты выйдешь за меня замуж?
У нее перехватило дыхание. Она посмотрела на него, потом на кольцо. Глаза ее увлажнились.
– О, Дэвид… у меня нет слов.
– Скажи «да».
Она отвернулась. Дэвид терпеливо ждал.
– Сьюзан Флетчер, я люблю вас. Будьте моей женой.
Она подняла голову. Глаза ее были полны слез.
– Прости меня, Дэвид, – прошептала она. – Я… я не могу.
Дэвид даже вздрогнул. Он смотрел в ее глаза, надеясь увидеть в них насмешливые искорки. Но их там не было.
– Сью… зан, – заикаясь, начал он. – Я… я не понимаю.
– Я не могу, – повторила она. – Я не могу выйти за тебя замуж. – Она отвернулась. Ее плечи подрагивали. Она закрыла лицо руками.
Дэвид не мог прийти в себя.
– Но, Сьюзан… я думал… – Он взял ее за дрожащие плечи и повернул к себе. И тогда он увидел, что Сьюзан вовсе не плакала.
– Я не выйду за тебя замуж! – Она расхохоталась и стукнула его подушкой. – До тех пор, пока ты не объяснишь, что такое «без воска»! Ты сводишь меня с ума!
Эпилог
Говорят, что смерть проясняет все. Токуген Нуматака теперь знал, что это именно так. Стоя над гробом в таможенном зале аэропорта Осаки, он ощущал горькую ясность, какой не знал прежде. Его религия говорила о взаимозависимости жизней, но у Нуматаки никогда не оставалось времени для религии.
Таможенные чиновники вручили ему конверт со свидетельством о рождении и документами на усыновление.
– Вы единственный родственник этого парня, – сказали они. – Мы с большим трудом вас нашли.
Мысли Нуматаки перенеслись на тридцать два года назад, в дождливую ночь, в больничную палату, где он оставил умирающую жену и калеку-сына. Он сделал это во имя менбоку – чести, – от которой осталась лишь бледная тень.
Среди бумаг оказалось золотое кольцо. Надпись Нуматака не понял. Да и какая разница: слова для него больше ничего не значили. Он бросил единственного сына. И вот теперь жестокая судьба их соединила.