Чтение онлайн

По возвращении в Икай-Тасе Венди и Алхимик временно разъединились, по обыкновению остерегаясь Гарруса. Салабланка из очень гордой и своевольной особы быстро трансформировалась в зажатую и скромную и в таком виде зашла на "Заключение". Она ожидала встретить Гарруса на мостике, где тот, скорее всего, рассматривал бы свою фотографию, листал планшет или проверял её снаряжение. Венди удивилась, когда не обнаружила его. Судя по всему, гуляет где-то на улице. Правда оказалась иной.

Алхимик засунул ключ в замочную скважину и открыл явно не сочетавшуюся с корпусом "Следжхаммера" по цвету и дизайну дверь. Он серьёзно проголодался после целого дня удивлений, поэтому, зайдя в главное помещение, первым делом начал искать запрятанные отвары. Помня, что отвары лежат в шкафах, он повернулся к последним и с удивлением обнаружил, что они открыты. Более того — кто-то приоткрыл крышку от банки с алишбеной. Пилот не на шутку рассердился и с недовольством осмотрел весь корабль. Его взволнованные глаза заметили изменения в положении многих вещей. Кто-то незаконным способом проник на корабль, который давно утратил металлодетектор, и принялся изучать личные принадлежности Алхимика, включая самые секретные файлы…

Алхимик вынул дощечку для банок с алишбеной, внутри которой был сделан прорез, куда Алхимик прятал три самых ценных документа в своей жизни. Он показывал их только Венди. Больше никому не был намерен. Документов в дощечке не оказалось.

— Граллент! — закричал Алхимик и, словно чувствуя, ринулся к кровати. Гаррус тут же вылез из-под неё и виновато остановился. Видимо, привычка скрываться у него никуда не делась. — Отдайте мне их, я вас ещё вежливо прошу.

Гаррус с улыбкой подал ему документы. Алхимик потребовал отдать все гаджеты. Наёмник отпирался, но всё же сдался и отдал телефон и планшет. Алхимик кинул их на пол и уничтожил жестокими ударами ноги.

— Если хоть кто-то узнает, если вы хоть кому-нибудь переслали — кто-то из нас покойник. Я надеюсь, мне нет нужды объяснять Венди, какой вы мерзкий человек? — шипящим голосом спросил Алхимик.

— Она знает. Вообще, если хочешь общаться с ней, то спешу разочаровать: она не хочет с тобой… — и в этот момент Алхимик попытался схватить его за горло. Гаррус ловко уклонился. Они смотрели друг другу в глаза, как разъяр"eнные звери.

— Она хочет, Граллент. Я даю вам возможность уйти, поэтому воспользуйтесь ей, пока не придушил вас к ч"eртовой матери. Попробуете слить информацию обо мне или будете мешать Венди — вс"e. Я понятно объясняю?

— Более чем.

— Тогда уходите и не возвращайтесь сюда, — холодно закончил разговор Алхимик. Гаррус вышел из "Следжхаммера", и владелец корабля холодно закрыл за ним двери.

Граллент до сих пор дрожал. Он и не мог представить, с каким чудовищем столкнулась его племянница. Этот маньяк может убить Венди в любой момент, подкараулив невинную девицу. Гаррус не мог с этим смириться, он поклялся самостоятельно устранить урода прежде, чем тот доберётся до Венди. Гаррус решил дождаться следующего выхода Алхимика и Венди и последовать за ними, чтобы убить монстра в спину. Поскольку вариант с засадой в "Следжхаммере" отпадал из-за предусмотрительности Алхимика, а в большинстве остальных случаев его могли обнаружить, он принял именно этот вариант.

— Ты где был? — спросила Венди Гарруса, когда он вернулся на "Заключение" и посетил мостик.

— Не суть важно. Я устал и хочу спать, — Граллент лёг в капсулу, предварительно поставив время сна: один час. Сидевшая за рулём Венди несколько секунд смотрела на него, а затем продолжила слушать музыку в своих солнцезащитных очках.

«Как таких носит земля? Меня ещё куда ни шло, но подобных индивидов следует убивать на месте. Они не заслуживают отдельных камер в тюрьмах. Я был прав, я всё знал. Моя чуйка меня не подвела… никогда не подводит…» — после этих мыслей Гаррус заснул, так и забыв засунуть в капсулу свои пятки. Он мог не беспокоиться насчёт тайных встреч Алхимика и Венди: он перенастроил ИИ компьютера "Заключения" таким образом, что при покидания Венди корабля он будет немедленно разбужен. Пока что девушка не хотела покидать своё судно, и он мог рассчитывать на крепкий сон.

Работа с установкой оборудования в городе древней цивилизации затянулась на всю вторую половину дня и часть ночи, и имело смысл только лечь спать в надежде проснуться раньше остальных. Так же поступил и Джеральд. Ему было всё тяжелее воздерживаться от алкоголя, он чувствовал, как его переполняет агрессия и злость по отношению к другим. Думая только о Джилл, Джерри тешил себя мыслью о том, что ему удастся получить Аркану. На практике он показывал себя очень неважно, поскольку мечтания окончательно затуманили ему разум.

Джерри снова не хотелось спать, ему очень хотелось сорвать на чём-то свою злость. И, тем не менее, приходилось контролировать свою ярость, чтобы защищать остальных от неё. Защищал он их не из доброты, а из желания не вляпаться в очередную скверную историю.

Джерри отказался от сна в капсуле и снова сел за стол. Он взялся за смешную картинку, нарисованную Джилл. Он мог улыбаться только тогда, когда смотрел на неё. В следующую же секунду улыбка сменилась горькими слезами. Джеральд опустил голову и ударился ею об стол. Он повторил своё действие несколько раз, словно пытался пробить себе череп. Явно неудачно. Тогда Джерри выпрямил спину и отвернулся. Его глаза остановились на окне, где проскользнула тень с камерой. Джеральд верно понял: папарацци.

Операторам, по соглашению, было запрещено снимать пилотов по ночам, и никто из них не осмелился бы нарушить данный запрет. Безумный местный папарацци, как только понял, что Джерри может его заметить, присел. Он решил переждать, когда пилот снова отверн"eтся, чтобы продолжить съёмки. К его несчастью, двери "Рассвета" с грохотом открылись наружу, и тогда безуспешный папарацци начал удирать. Он не сделал и двух шагов, как неведомая сила ударила его по ногам. Папарацци упал на спину, попытавшись защитить лицо руками, и тогда Джеральд, не испытавший ни капли сострадания к этому человеку, ударом кулака выбил ему зуб.

Тяжело дыша, Джерри наносил удар за ударом. Он бил и по голове, и по груди, и по спине, и по животу, и по конечностям. Ему хотелось сделать очень больно человеку, посмевшему вмешаться в личную жизнь, отомстить за всех преследовавших его операторов. В темноте не было видно тех увечий, которые Джеральд наносил папарацци, и это его только раздражало. Прикосновение к выступившей во многих местах жидкости — Джерри верно определил в ней кровь — взбесило его, и он начал бить по лицу, зная, что теперь этот человек никуда не уйдёт. Несчастный захл"eбывался в собственной крови и выбитых зубах.

На шум сбежались охранники. Они с восклицаниями и криками попытались отодрать Джеральда от папарацци и смогли только каким-то чудом. Один из людей, схвативших Джерри под мышкой, получил разбитый нос, из-за чего ещё долго жаловался на Грейхарта. Охранники включили свет на телефонах и осветили обоих. На изуродованном лице Джеральда выступали обильный пот. Он был настолько взбешён, что его руки продолжали д"eргаться, словно он хотел убить кого-нибудь. Ещё более страшным выглядел полум"eртвый папарацци, чь"e лицо превратилось в недоделанную глиняную поделку. Многочисленные кровоподт"eки и переломы превратили красивого некогда молодого человека в инвалида.