Чтение онлайн

Остин по-тёплому улыбнулся и оставил Венди и Алхимика одних. Энкха побежала за ним, предварительно при помощи переводчика пожелав божествам "не умереть от конца света". Она сказала это совершенно серьёзно, а двоице пришлось разгадывать эту "шутку" несколько минут.

Первым делом Спенсер посетил "храм": ему нужно было изучить ту самую глыбу с прекрасной работой художника. Когда они на автоволяре долетели до памятника, Энкха, возбуждённая увиденным, чуть не свалилась — было сложно её винить в непонимании основ использования транспорта. Остин едва успел схватить е"e за руку, в противном случае дикарка могла бы упасть прямо в разлом в полу. Старик приземлился на автоволяре на платформу, оставленную ещё Алхимиком, и пригласил Энкху. Та вылезла из машины через дверь только после того, как Остин удосужился открыть последнюю.

— Ацтокра-бог Остин Спенсер, этого я не помню. Но похоже на стиль Оклатля, лучшего живописца нашего города. Да, всё это должно было быть так! После предательства капитана стражи Вабиса наша семья была доставлена к нему, и капитан приговорил нас всех к заморозке. Но мой император, моя мать и мои братья отказались служить ему и были убиты, после чего наш город и должен был погибнуть. Только я убоялась выступать против, и они заморозили меня, постановив, что Ацтокра-бог Остин Спенсер будет меня судить. Ацтокра-бог Остин Спенсер так щедр и добр!

— Оклатль оставил нам это послание? — спросил Остин. Ему нужно было знать всё.

— Возможно, да. Я не знаю, что сталось с последними людьми. Должно быть, умерли или ушли, — склонив глаза, сказала Энкха. — Их больше нет, мне нужно свыкнуться с этим… неужели ни один из них не достиг Рая? Но многие из них были верными Ацтокре-богу и, я знаю, до последнего дня давили в себе негативные эмоции и влечение к Аркане. А Оклатль был самым верным среди нас, недаром он мог изображать самого императора и тебя. Ацтокра-бог Остин Спенсер, скажи, что ты верн"eшь его и остальных верных Пантеону божеств.

— Я сделаю всё, что смогу, Энкха Байсур Силетха. Бог не всегда всемогущ. И у него есть слабости, — Остин решительно обратился к помощнице. — Энкха, где может находиться Оклатль или то, что от него осталось?

— Он любил размышлять на другом берегу озера Кастелана, где находился его дом. Мы можем обыскать их!

— Другой берег, значится? Тогда нам нужен специалист. Инженер! Операторов тоже зови сюда! — воскликнул Остин.

Инженер и свежие операторы, совсем недавно спустившиеся в город, ещё не настроили оборудование, однако послушались и зашли на крайнюю платформу, где стояла двоица. Остин отказался от автоволяра, так как с ним было бы ещё проблематичнее изучать просторы заброшенных зданий. Он рассчитывал на установку платформы у дома Оклатля, великого живописца Сахея.

— Бывайте! — прикрикнул Остин, когда увидел неподалёку Алхимика и Венди, сидевших на булыжниках в руинах "часовни" у площади и обсуждавших какую-то сложную для понимания тему.

— Удачи, Остин! — ответили Венди и Алхимик одновременно.

— Смотрю, вам там весело. Не спешу вас разочаровать, хотя ладно, спешу. Аркана уже найдена — мной! — с гордостью отметил Спенсер, выставив вперёд грудь. Смотрелся он нелепо.

— Добро, добро, — ухмыльнулся Алхимик. — Ты явно заслужил это, Остин.

— Конечно заслужил. Бывай, Остин, — небрежно махнула Венди и продолжила, перебирая развалины, рассказывать Алхимику невероятную историю: — Так вот, там валялся ключ на десять. Обсудив ситуацию с Дефредом, мы решили, что это чей-то розыгрыш. Оказалось, что нет, под ключом прятался динамит…

— Венди, ты мне байку рассказываешь или шутку? Я запутался, — скорчил гримасу Алхимик и скромно приставил к губам стопку водки.

— Слушай внимательнее, пьяница! Я никогда не привираю, если история захватывающая. Мне тоже налей стопочку, пожалуйста, чтобы я ещё больше правды рассказала.

Остин усмехнулся и приказал трогаться с места. Инженер виртуозно схватился за рычаг, как за гитару, и потянул платформу над мостом. Вокруг плескалась ярко-оранжевая, даже жёлтая в некоторых местах магма, угрожая смертью любому сделавшему неверный шаг. Остин помнил об осторожности, поэтому и использовал платформу вместо маленького и старого автоволяра. CIMun, крупнейшая компания в мире, потому и занимает лидирующее положение, что позволяет себе экономить на всём, включая оборудование в популярнейшем реалити-шоу и профессиональную охрану.

Блестящие здания, несомненный признак человеческого присутствия, молчали. Город Вулкана опустел, и последнее тела были скинуты в озеро, полное магмы. У каменной плиты, разукрашенной его умелыми руками, стоял последний человек. Оклатль продолжал прижимать к груди ненавистный зелёный шар, из-за которого его народ погиб, захлебываясь собственной кровью. Он хотел уничтожить Аркану, чтобы никто больше ее не нашёл, однако неведомая сила мешала ему это сделать. Оклатль находился на алтаре, где мог использовать чудодейственные силы шара и воскресить свою семью, погибшую в ходе последних сражений. Ему только силой удалось подавить это желание, и об уничтожении божественной реликвии не могло быть и речи. Ор не мог решиться на святотатственный шаг, лишить жизни души супруги, сына и дочери, находившиеся, по его мнению, внутри Арканы.

Терзаемый сомнениями и ужасом, обнажённый и раненый художник покинул церковь. По мосту он перешёл смертоносное озеро и последним представителем своего народа ступил на другой берег. Его уже ждала частично разобранная собачья будка из заросших мхами булыжников, где раньше жил его покойный пёс. Здесь было сыро и темно. Оклатль забрался внутрь и сел у стены. Еды и воды не оставалось, попытка выбраться за пределы города была чревата смертью от лап хищника. Он держал Аркану прижатой к сердцу, чувствуя давящее на его душу ядовитое влияние сверхъестественного артефакта.

— Боги, заберите его назад, — попросил Оклатль. В холодной будке ещё сильнее давила пустота, оставшаяся после трагических событий. От чего он погибнет — от резаной раны на груди или от истощения, — мужчина не знал. Он просто молил богов закончить с ним как можно быстрее и не возвращать Аркану людям.

Примерно в это же время свой корабль покинул Джеральд. Он невозмутимо, не обращая внимания на многочисленные крики жителей Икай-Тасе и туристов, залез на автоволяр, присоединённый к "Рассвету", включил все системы, отделился и полетел в сторону комплекса. Тем не менее, ему не повезло: раздался звонок от супруги. Перепугавшись, Джерри схватился за трубку и заметил, что не может связаться с женой из-за плохого соединения — возможно, джунгли Андаенга оставались последним местом на планете, где можно было столкнуться с такой проблемой. Он попытался через компьютер отправить сообщение жене, однако устройство оказалось повреждено. Судя по всему, оно не выдержало недавних ударов, нанесённых Джерри в ходе очередного срыва. Проклиная всех, пилот развернулся назад — причём так небрежно, что повредил корпус машины столкновением с деревьями, — и минуту спустя приземлился на "Рассвете".

Выбравшись из автоволяра, Джерри буквально влетел в собственное судно и, не садясь за стол, включил устройство связи. С ним весьма удачно в следующую же секунду созвонилась жена, и он принял вызов.

— Что с ней? — спросил без приветствия Джеральд, уже обо всём догадывавшийся.

— Звонили пару минут назад, она в реанимации. Попросили держаться, потому что знают, они знают. Значит, ещё полчаса и… — жена проглатывала буквы, никак не сдерживая своих сл"eз. — Джерри… нам нужно смириться. Её никак не спасти. Надо помолиться, ты же помнишь молитву? Давай, Джерри, пусть е"e душа будет радоваться за нас на том свете…