Чтение онлайн

— Соён, ты нервничаешь? Я включу кондиционер, может, душновато. — Он взял в руки пульт, и девушка услышала тихий писк. С потолка повеяло прохладой. — Если тебе делают предложения другие компании, это хороший знак. И я даже могу тебя поздравить.

Она не могла поверить, что мужчина мог радоваться за неё. Хотя в его голосе не нашлось ни намёка на угрозу или опасения. Только спокойный тон, который был хорошо ей известен. В словах директора слышалась некоторая весeлость. Соён посмотрела на него прямо, словно ожидая, когда же он скажет, что думает на самом деле. Но директор Пак только вопросительно поднял бровь.

— Мы же хотим продуктивно поговорить, да? Наш с тобой приоритет — честность, Соeн-а?

— Разумеется, директор Пак.

— Отлично. Так за сколько они хотят купить мембера Imprint?

— Я думаю, им выгодно, чтобы я оставалась в группе. Мне предложили сымитировать отношения с одним из их артистов для продвижения.

Директор удивлённо посмотрел на девушку, оценивая, насколько именно она заслуживала принимать участия в подобной игре. Соён не была главным вижуалом, не имела большой фанбазы. Та же Джиын была бы лучшей девушкой для имиджа артиста ToU или любой другой компании. У неe и соцсети посильнее: сто пятьдесят тысяч подписчиков против шестидесяти. И тем не менее, выбрали Соён. Это играло компании на руку.

— А я говорил, розовые волосы своё отработают, — полушутя заявил директор. — Они хотят, чтобы ты притворилась чей-то девушкой, надо же. Это даже любопытно. В контракте есть условия свиданий?

Соён кивнула и открыла нужную страницу. Директор подвинул бумаги к себе и пробежался по тексту. А девушка только сейчас поняла, что он не спросил, с кем собиралась завести отношения, пусть фейковые, его подчинённая. Кажется, знал. Или ему было всe равно. Соeн боялась подумать, какой вариант лучше.

— Там около трёх страниц, описывающих общие правила встреч, — произнесла девушка, готовясь объяснять, почему хочет на это пойти.

Она уже всё решила: даже если ей откажут, если не будет никаких отношений, девушка найдёт способ остаться за кулисами. Пусть даже придётся нанести ущерб своему здоровью, Соён была готова на многое, лишь бы не стоять на каблуках, не улыбаться десятку незнакомцев. Она всерьёз думала, что устроит себе несчастный случай, если что-то пойдeт не так.

Но директор Пак неожиданно спросил совсем о другом.

— Они предоставляют фотографов?

Соён не сразу поняла, что значит этот вопрос. Мужчина, не обращая внимания на заминку, перелистнул страницу, деловито вглядываясь в текст. Неужели его совсем не беспокоило, что именно за этим контрактом может стоять? Или Ёнхва сказал о желании Соeн покинуть группу, так что он уже не держался за неe как за участницу Imprint?

— Наверно.

— Нет, тут не должно быть никаких «наверно». Ответ — «да», иначе зачем тебе в это влезать? Это ударит по твоей репутации, так что их задача предоставить лучшие условия. Хонсу выберется в любом случае.

Ёнхва говорил то же самое: Хонсу ничего не угрожает, он оправится. И наверняка директор Пак просто умолчал, что Соён — единственная, кто пострадает в ходе рекламной кампании. Менеджер тоже об этом сказал далеко не сразу.

Директор был серьёзен. Соён не верила, что он действительно изучает договор, в котором описываются обязанности участницы фиктивных отношений. Он читал о том, как публиковать парные снимки: у кого уточнять подпись, в какое время размещать, каким образом обрабатывать и кадрировать. Как и где могут проходить встречи с айдолом. Сколько Соён может держать Хонсу за руку, куда может поцеловать она и куда он, при каких условиях это необходимо. Видел запрет на сексуальную связь и предупреждение о том, что девушка не должна «повлиять на артиста негативно», что бы это не означало. Мужчина читал размытые формулировки быстро, не задерживаясь на каждой строчке, как приходилось делать Соeн. Она следила за тем, как пальцы директора поглаживали уголок листка, изредка поднимала взгляд, чтобы увидеть непроницаемо спокойное лицо, и молчала. Девушка напряжённо ждала вопроса, ответ на который репетировала дома. Чем меньше страниц оставалось до места, где обозначалась общая сумма вознаграждения, тем реже Соён вдыхала. Директор Пак вот-вот всё поймёт.

— Он хоть симпатичный? Ты узнавала?

— Он, о… М…

Соён замялась. Она не таких вопросов ждала. Девушка в целом готовилась к другому разговору. Как тут сказать, симпатичный ли Хонсу? В шестнадцать был ничего. Кто знает, как сильно он изменился? Да и какая разница теперь?

— Соён, мы партнеры. Я хочу убедиться, что предложение, которое тебе поступило, не разрушит твою карьеру раньше времени. И что ты не пожалеешь, приняв условия. Ты же сто процентов выяснила, кто такой этот Он Хонсу? С меня информация по агентству, с тебя — по парню.

Ей потребовалась пара секунд, но мужчина смотрел так, словно они обговаривали, стоит ли ей делать чёлку для нового камбэка. Как будто не было ничего особенного в том, что они обсуждали её будущие притворные отношения. Соён решила довериться директору Паку в последний раз. Как тогда, подписывая с ним контракт на продвижение в Imprint. Ведь они партнеры. Какое партнeрство без доверия? Их приоритет — честность.

— Он продвигался в группе Swaggers, лет шесть назад.

— О, этих помню. GirlGirl дебютировали одновременно с ними. Но удержались на сцене, а агентство мальчишек не справилось. И который из них Хонсу? Рэпер? Вокалист?

— Что-то вроде меня. Партий мало, так и не скажешь, на чeм специализируется.

— Как думаешь, научился чему-нибудь или остался посредственностью?

Соён очень постаралась не принять «посредственность» на свой счeт. Параллель так и напрашивалась, не мог же директор Пак не заметить, что девушка сравнила Хонсу с собой.

— Не знаю. В сети нет ничего кроме старых видео и статей.

— Если его промоушен провалится с тобой в качестве рекламной кампании, будет неустойка, да? Нужно убедиться, что ты не прогоришь зря, просто потому что мальчик антихаризма.

Соён кивнула. «Антихаризма» у директора было любимым словечком, когда следовало описать бездарность. Девушка, бывало, слышала его в свою сторону на ежемесячных смотрах. Она знала, что главный аргумент не быть антихаризмой — коммерция. «Никто это не купит.» А айдолам было важно, чтобы их покупали, причём снова и снова. И Соён тренировала в себе харизму, прикладывая к этому едва ли не больше усилий, чем к урокам вокала.

— Я не подумала об этом. Вы правы.

— Удивительно, но я часто бываю прав. Рад, что ты решила поделиться со мной до того, как подписала контракт. Ёнхва сказал, что ты сомневаешься. Правильно делаешь.

Директор посмотрел на последнюю страницу и увидел сумму, обозначенную на листе.

— Этого мало!

Соён даже напрячься не успела. Спохватилась, когда приоткрыла рот от шока, тут же поджимая губы.

«Мало? Мало?! Он, что, шутит?»

Директор Пак усмехнулся, заметив её реакцию. Его забавляло, насколько сильно Соён не разбиралась в деловых предложениях.

— Поверь мне, из таких авантюр нужно вытягивать максимум пользы для себя. Они хотят живой щит. Ты готова им стать за эту сумму? Я так не думаю. — То, как он поставил ударение на слове «эту», а затем покачал головой, Соён запомнила надолго.