Цугцванг по-русски. Книга 1. 96 отделение милиции г. Москвы
Шрифт:
– Давай его в комнату.
Пошарив по стене рукой, Шишкин нащупал выключатель, и включил свет.
Засиженная мухами лампочка тускло осветила убогое жильё Кучкина.
Рядом с окном стояла кровать и Гудков, вернувшись в коридор и подхватив его подмышки, перенёс парня на неё.
Шелестов аккуратно прикрыл дверь и подошёл к лежащему на спине Кучкину, который испуганно таращил на него подслеповатые глаза. Рядом с ним стояли Гудков и Шишкин, сделав максимально свирепые рожи.
На столе, у окна, напротив кровати, лежали сложенные очки.
Антон взял их и надел их на Кучкина. Потом, немного подумав, достал пистолет, передёрнул затвор и повернулся Гудкову:
– Вася накрой ему лицо подушкой, чтобы звук выстрела не был слышан и мозги по комнате не разлетелись. У меня куртка новая, не хочу пачкать! Жена убьёт за неё!
– Братва, не убивайте, я нормальный пацан с понятиями, всё скажу! Помогать буду! – лежащего начала бить нервная дрожь. – Я же всего лишь водитель, отвести – привести, от ментов уйти, если будет погоня.
Гудков уже взял было подушку, но остановился, вопросительно посмотрев на Шелестова.
– Тогда другой разговор. Вася, положи подушку на место.
Антон взял стул, стоящий у стены и поставил его рядом с кроватью, а затем сел, чуть наклонившись к лежащему Кучкину.
– Тогда слушай. Вчера ночью, ты с подельниками, на твоей машине, на улице Вавилова, грабанули нашего человека. Он сейчас в больнице, в реанимации, с пробитой головой. Вас было трое: ты за рулём, молодая девка – приманка и ваш крутой пацан. Он взял чёрный дипломат, «лопатник», часы и бобровую шапку. В дипломате были документы, для нас очень важные. Мне нужен этот парень – имя, фамилия, где живёт или как найти. Ни ты, ни девка, нам не нужны. Время подумать дать?
– Нет, не надо, пацаны, вы всё знаете и так. Девку зовут Кристина, крутого – Жора. Где они живут, я не знаю, телефонов их-тоже. У меня с ними связь односторонняя: Жора звонит мне и говорит, где и когда я с ним должен встретиться. Обычно у метро, и каждый раз новое.
– А как часто Жора звонит и как расплачивается за работу?
– Звонит утром, часов в десять, двенадцать. Расплачивается строго живыми деньгами, в зависимости от добычи. Вещи и прочее он забирает, потом видимо продаёт.
– А как часто вы выезжаете на работу?
– Обычно, раза четыре в месяц.
– Подряд или с перерывом?
– Обычно, подряд, но пару раз было и через день, и через два.
– А вчера?
– Что вчера? Вы же всё знаете?
– Да, нет! Вчера был выезд, какой по счёту?
– Вчера, первый на этой неделе?
– Значит, следуя логике Жоры, звонок будет завтра?
– Получается, так.
– Давно ты с Жорой работаешь?
– Уже шесть месяцев.
– А ты не замечал, он наркоман?
– Ещё как замечал! Плотно «сидит на игле», но только на морфине. Дорого, но зато не «бодяга», и не синтетика голимая. Дольше проживёт.
– Он так говорит?
– Да!
– Правильно ли я понял, что эту девицу, по имени Кристина, ты раньше не знал и её с тобой познакомил именно Жора?
– Ну, да.
– Где она живет? Вспоминай! С кем? С мамой, с папой? Или с ем? Или в общаге? Дети есть?
– Не знаю, но что-то она говорила про общагу. Это все, что я могу сказать. Честно.
Антон встал и прошёлся по комнате.
– Ладно! Вася, пристегни его к батарее, хватит валяться на постели, теперь пусть посидит.
– А ты, Степан, – обратился Шелестов к Шишкину, пойдём на улицу выйдем.
Выглянув в коридор и убедившись, что никого там нет, опера проскользнули на лестничную клетку, благо дверь в квартиру закрывалась на засов, как камера.
– Андрюха, слушай и не перебивай. Сейчас время уже семь утра. В девять я должен сдать оружие. Я сейчас уезжаю. Вы дожидаетесь звонка Жоры, узнаёте время и место встречи, и на машине Кучкина приезжаете в отделение. Там определимся. Всё понял?
– Да, всё. Сколько ждём?
– До двенадцати, если не позвонит, просто уезжаете.
– Ну, всё, я поехал! – Антон пожал руку другу и, собирался было уже сбежать вниз по лестнице, но резко развернулся, и они пошли опять к Кучкину.
Кучкин уже сидел на кровати, пристёгнутый правой рукой к батарее городского отопления, когда Шелестов снова вернулся.
– Андрюха, ещё вопрос?
Тот обречённо кивнул головой.
– У кого брал морфин Жора?
– У него тёлка какая-то в Москве, на улице Гарибальди живёт. Мы пару раз заезжали туда, когда ему надо было срочно «ширнуться» 71 .
71
«Ширнуться» (слэнг) – сделать укол (инъекцию) наркотического вещества.
– Дом, корпус помнишь?
– Корпус 8, а дом, по – моему 27 или 37, точно не помню.
– Имя?
– Не знаю, он не говорил никогда.
– Ладно, я поехал, ты дождёшься звонка Жоры, а пацаны пока с тобой посидят. Мне нужно время и место вашей встречи. Всё!
– Вася! – Антон обратился к Гудкову! – Проследи за тем, чтобы пацан не сболтнул ничего лишнего, когда Жора позвонит. Если что, просто удави его по – тихому, и дело с концом. Пока!
В половина девятого утра, Шелестов вошёл в дежурку.
– Антон, опаздываешь! Зелинский весь извёлся! Давай к окошку, сдавай оружие! – дежурный зевнул. – И я сдать дежурство не могу без тебя!
– Ладно, как скажешь, – Шелестов зевнул в ответ. – Спать хочу.
– А где твоя кавалерия? – поинтересовался дежурный.
– Моя кавалерия пасётся на чужом лугу в славном городе Люберцы. А я буду ждать звонка у себя.
– Антон, я меняюсь, не забыл?
– Кто заступает?
– Сашка Воробьёв и Федорец.
– Тогда я пойду, прилягу пока, а ты передай Воробьёву, пусть разбудит, когда Гудков позвонит, хорошо?
– Передам, Антон, конечно!
– Тогда, бывай!
– Пока.
Антон, не спеша улёгся на свой диван, накрылся шинелью и, казалось, только закрыл глаза, как раздался стук в дверь, долгий и навязчивый. Антон проснулся и рывком сел на диване. Кулаками протерев глаза, зевнул, встал и открыл дверь.
– Привет, Антон! Гудков отзвонился и велел передать тебе, что встреча состоится сегодня. Время: 15.00. У метро «Пушкинская», дом семнадцать, в арке. Всё!
– Спасибо, Саша, это важная информация.