Чтение онлайн

– Ясно! А подружка у неё есть? – уже по – деловому подошёл Гудков.

– Конечно! И не одна! В субботу ничего не планируй, нас пригласили!

– Время?

– Семь вечера.

– Отлично! Раз такое дело, я сам съезжу за «видюшником» и сегодня привезу его тебе, а ты прямо сейчас вызови «терпил» на завтра, и отдай аппарат.

– Спасибо, братишка.

Борька хлопнул себя по коленям!

– Ладно, я поехал, до завтра, братишка.

– Давай!

Шелестов снова взял ручку и склонился над чистым листом. Рапорт всё – же надо было написать.

Промучившись около часа над описанием своего «подвига» и испортив три листа дефицитной бумаги, Антон, наконец, закончил свое небольшое эссе в виде рапорта на имя Изверова и откинулся назад, сцепив руки в замок на голове.

Посидев немного абсолютно бездумно, Антон достал из сейфа не зарегистрированный материал по мошенническим действиям в отношении гражданина Сиволобова А. А., проживающего в г. Коломна, Московской области, который он привёз на работу, предварительно забрав из секретного местечка. Таких материалов, там было ещё много. Мошенники залётного товарища развели на бабки быстро и красиво, при помощи всё той же липовой открытки, правда, дело было зимой 1985 года.

Шелестов поднял трубку городского телефона, и стал накручивать диск. Время близилось к четырем.

– Алё!

– Да, я вас слушаю!

– Мне бы, с Александром Александровичем побеседовать.

– Это невозможно. Папа умер.

– Простите, мне очень жаль. Моя фамилия Шелестов Антон Генрихович, 96 отделение милиции Москвы. У меня заявление от вашего отца было, касательно видеомагнитофона «ВМ-12».

– Да, да, я помню. Он хотел мне его подарить на день рождения, но не сложилось, папу обманули на две тысячи рублей.

– Как вас зовут, простите?

– Катерина.

– Катя! Хочу попросить вас приехать завтра и забрать «видюшник».

– Вы нашли его?

– Да.

– Хорошо, я буду у вас послезавтра с утра.

– Договорились.

Антон только положил трубку на аппарат, как разразился трелью снова.

– Слушаю, Шелестов.

– Привет, Меньшиков.

– Здравия желаю, Вадим Владимирович.

– Ты, это…, завтра в парадной форме, и всё такое, в девять утра, в РУВД, чтоб как штык. В Ленинскую комнату зайдешь, когда позовут! Всё ясно, ничего не надо объяснять?

– Всё, ясно, буду в девять!

– Отбой!

Шелестов бросил трубку на аппарат.

– Ну, вот! Всё и закончилось! Ладно, пока надо работать! – Антон выгреб из сейфа кучу бумаг, требующих его исполнения, и принялся за их изучение.

Тревога.

Беда, как водится, пришла неожиданно и была естественной защитной реакцией такого бюрократического организма под названием ГУВД. По поводу гибели оперуполномоченных Малышева и Павловского, была создана комиссия с участием сотрудников ГУСБ, которые рьяно принялись за дело, собирая на погибших компромат, и в первую очередь на Шелестова. Дело осложнялось тем, что всплыл такой фактор, как «общественное мнение». Сия игра слов обозначает реакцию на происшествие со стороны большого дома на Житной. Кто не знает, объясняю – Министерство внутренних дел СССР. О погоне со стрельбой на Профсозной улице уже говорила вся Москва, пресса, правда, отделалась небольшой заметкой в газете «Известия». Для Антона отчетливо вырисовывались три пути развития событий. Первый – как инициатор засады и преследования на свой страх и риск – увольнение в аттестационном порядке с формулировкой «несоответствие занимаемой должности». Путь второй – Уголовный Кодекс со статьей за «превышение должностных полномочий». Третий – комиссия во всем разберется, и оставит Шелестова в покое. Ну, там, выговор или, еще модная, по тем временам мулька, – «поставят на вид». Что это такое, Антон не знал, но звучало не очень страшно. И еще он знал, что ни начальник ОУР Калинов, ни Вадим Меньшиков, просто так его не отдадут. Это внушало надежду на возможно благополучный исход разбирательства.

Тщательно выбриты, в отутюженной парадной форме, в начищенных до блеска казённых полуботинках, в восемь сорок пять утра, следующего дня, Шелестов одиноко сидел у дверей Ленинской комнаты Октябрьского РУВД и терпеливо ждал решения своей участи.

Внезапно дверь открылась, и незнакомый молодой лейтенант сделал приглашающий жест войти.

Антон встал, одёрнул ладно сидящую на нём форму, и решительно шагнул внутрь.

– Лейтенант милиции Шелестов Антон Генрихович, для прохождения аттестационной комиссии прибыл!-торжественно доложил он, согласно Устава.

– Присаживайтесь, лейтенант, – Меньшиков указал на одинокий стул, стоящий в центре комнаты.

Первым слово взял Дубов, зам. начальника по воспитательной работе, в прошлом, замполит отделения.

Зайдя на трибуну, он тщательно прокашлялся и начал говорить.

– Товарищи! Сегодня мы должны принять решение в отношении нашего товарища и сослуживца…

Антон внимательно посмотрел на лица сидящих перед ним руководителей Октябрьского РУВД, своих начальников из 96 отделения и поймал себя на мысли, что, в общем-то всем все по – фигу, решение принято давно и этот спектакль подводит черту его работе в милиции.

…идёт беспощадная борьба за чистоту рядов органов внутренних дел…

Шелестов усмехнулся.

– Борьба за чистоту рядов органов внутренних дел! – Антон вновь посмотрел на каменные лица членов аттестационной комиссии. – Надо ведь! Вроде бы я их знаю, а вроде бы нет! Какие они все правильные и честные. Остров Пасхи, мать его! Если начальник РУВД принял решение о моей дальнейшей судьбе, то члены аттестационной комиссии вряд ли с ним не согласятся! Кому-то скоро подходит очередное звание, кому-то нужен садовый участок, кому-то подходит очередь на машину или отдельную квартиру: вот тот крючок, на котором все сидят плотно и с удовольствием. А мне от них всех ничего не надо!

…станем как один, на защиту лучших кадров нашей родной милиции…

Шелестову стало скучно.

– … Ну что, товарищи! – заканчивал свое пламенное выступление Дубов. – Мне кажется, положение дел ясное! Мы не можем допустить впредь гибель наших сотрудников из – за таких разгильдяев, как лейтенант Шелестов! – Дубов перевернул бумажку. – Таким как он не место в рядах нашей доблестной и не запятнанной родной милиции! Коллектив 96 отделения милиции ходатайствует перед руководством РУВД об увольнении Шелестова из рядов сотрудников нашего подразделения! У меня все!

Сидевшие за длинным столом офицеры перевели дух и начали оживленно переговариваться.

– Речь сильная, стандартная уже много лет! Знай, меняй фамилии и проступки, ну и даты конечно, и все! – Антону становилось смешно.

– Лейтенант Шелестов! – вставший со своего места уже утверждённый зампорозыску Изверов обратился к Антону. Шелестов тоже встал, вытянув руки по швам. – Вы свободны. Завтра прибыть в Управление собственной безопасности ГУВД, к начальнику отдела подполковнику Коновалову, к девяти утра. Вам ясно?

– Так точно, ясно!

– Тогда, все! Идите!

Шелестов повернулся через левое плечо, открыл дверь и вышел в коридор.

Управление собственной безопасности ГУВД, структурное подразделение Главного управления собственной безопасности, сокращенно ГУСБ, среди сотрудников милиции имело жаргонное название «гестапо». Идея создания такой структуры заключалась в борьбе со злоупотреблениями сотрудников милиции внутри самой системы, например, с взятками, неправомерным применением оружия, не санкционированными связями с уголовным миром и т. д.