Чтение онлайн

Производство компонентов для устройств точной механики – жёстких дисков и принтеров было развёрнуто в Индонезии и Сингапуре, где было много этнических китайцев. Их аккуратность и трудолюбие были ключевыми факторами. Также к программе подключился материковый Китай, но там были свои проблемы с качеством продукции, которые ещё предстояло преодолевать.

В ЮВА производились только отдельные детали и компоненты. Окончательная сборка устройств и их наладка производилась в СССР и ГДР – Хрущёв не собирался отдавать в чужие руки высокие технологии, по крайней мере – пока не будет уверенности в следовании этих стран по пути социализма.

Силы и ресурсы для выпуска электронной техники были задействованы под стать задаче – гигантские. Конечным итогом этой работы, согласно принятому в Дели договору, должно было стать создание ОГАС ВЭС и единой информационной сети Альянса, это был ключевой шаг в организации единого рынка товаров и услуг, охватывающего треть планеты. (АИ)

Из итоговой беседы с Серовым после окончания заграничного турне, Никита Сергеевич узнал, что его визит в Читрал был лишь составной частью значительно более крупной и продолжительной операции, которую советская разведка начала проводить ещё с 1958 года.

– Когда только обсуждалась возможность создания Единой Энергосистемы ВЭС, мы начали прикидывать, где пройдёт трасса ЛЭП в Индию и Китай, – рассказал Серов. – Наметили варианты, и стали собирать информацию по этим территориям. Тогда и обратили внимание на Читрал.

Нас особо обеспокоило, что в будущем этот регион станет центром производства наркотиков. Опасность эту недооценивать никак нельзя. Мы послали группы сотрудников под видом геодезистов и геологов, установили контакты с местным населением. Дардские племена поначалу принимали нас довольно настороженно, а с калашами отношения сложились лучше, видимо, потому, что мы на них внешне похожи.

Наши специалисты, посланные туда, выяснили, в чём люди нуждаются, как живут, какие у них проблемы, что им угрожает, и начали пробовать эти проблемы решать. Подключили Аэрофлот, организовали грузоперевозки на дирижаблях. В племени всего 5-6 тысяч человек, по сути – население одного рабочего посёлка. Обеспечить их всем необходимым – затраты невелики, к тому же на одних только поставках фруктов почти все затраты и отбились.

Самым сложным было организовать идеологическое наступление. Пришлось подключать идеологов «исламского социализма». Ты, Никита Сергеич, лихо провёл параллель между советом старейшин и Советом депутатов трудящихся – этот регент, как мне сообщили, до сих пор не отошёл. После вашего отлёта он на неделю заперся с муллами в мечети Шахи-Масжид, читал Коран и выслушивал разные толкования. Ну, мы тоже клювом не щёлкали, один из мулл был нашим «засланным казачком». Он и сумел гражданина ур-Рахмана в твоей правоте окончательно убедить.

Сейчас мы усилили агитацию среди основной части дардского населения. Открыли там больницу, ещё несколько школ, наладили поставки одежды и обуви, особенно у них резиновая обувь хорошо идёт, улицы-то немощёные. Мы туда все многолетние запасы галош производства «Красного треугольника» забодали, – усмехнулся Иван Александрович.

– Идею возможности присоединения Читрала к СССР в народ вбросили через мусульманских проповедников и странствующих дервишей. Сейчас, по докладам наших людей, большинство населения поддерживает вариант с вхождением страны именно в состав Советского Союза, а не ВЭС. На регента очень активное давление оказывает принц Мухаммед. Они уже связались с министерством иностранных дел, в августе принц с регентом собираются приехать в Союз.

– Референдум о присоединении они готовят, или пока не решились? – спросил Хрущёв.

– Пока думают, – ответил Серов. – Я так понял, принц с регентом хотят сами, своими глазами посмотреть, как у нас люди живут, и тогда уже решить. Само собой, мы им всё в лучшем виде покажем. А референдум проводить лучше всего в конце года, перед тем, как выпадет снег.

– Это почему? – удивился Никита Сергеевич.

– Снег выпадет, перевалы закроются, и всякое сообщение с Пакистаном будет невозможно, – пояснил Серов. – У нас будет полгода, а то и больше, чтобы взять территорию под наш контроль. Мы с Ивашутиным плотно работаем с министерством обороны, и напрямую с Василием Филиппычем Маргеловым. Ну, и погранцы мои, само собой, готовятся. К октябрю всё подготовим, а там ждём только результатов референдума. Они, в общем-то уже предсказуемы.

– Ну, и ещё – никаких радостных заявлений и победных реляций в «Правде», – предупредил председатель КГБ. – Чем позже в Пакистане и в мире в целом узнают о присоединении Читрала к СССР, тем легче это проглотят. Пакистан – не Индия, а СССР – не Китай, воевать из-за Читрала, как индусы в «той» истории из-за Аксайчина, «паки» не решатся, да и территория пока официально не их. Нам нужно время, чтобы организовать оборону в горных проходах, а если ты с трибуны заявишь, западная пресса начнёт орать об «аннексии», сам знаешь, как оно бывает.

– Понял, согласен, – кивнул Хрущёв. – Готовьте операцию, а там посмотрим.

#Обновление 11.09.2016

При обсуждении сокращения армии, совершенствования и развития войск Гражданской Обороны и МЧС Никита Сергеевич поднял вопрос об ожидаемом 29 февраля 1960 г крупном землетрясении в Марокко, в результате которого в «той» истории погибли около 15 тысяч человек. Ещё одно крупное землетрясение ожидалось в том же году 22 мая в Чили. Руководство СССР, имея информацию о землетрясениях, понимало, что, если своевременно и грамотно организовать спасательную операцию, можно не только спасти много жизней, но и получить с этого немалые политические дивиденды.

В Марокко относительно недавно закончилась т.н. «война Ифни». СССР не имел возможности в неё вмешаться, так как в то же самое время Вашингтон и Анкара развернули беспрецедентное политическое давление на Сирию, испытывая на прочность только что образовавшийся ВЭС. Все силы только что созданного Средиземноморского флота Советского Союза были задействованы в патрулировании сирийского побережья. В этих условиях Никита Сергеевич не рискнул ввязываться в события в Марокко, опасаясь получить войну на два фронта.

Обсуждая варианты с адмиралом Кузнецовым, Хрущёв предложил:

– Землетрясение в Марокко для нас – не только возможность спасти много людей. Это ещё и возможность проверить, чему научились за три года наши спасательные службы, способно ли их руководство организовывать работу в условиях чрезвычайных ситуаций. Мы должны быть полностью готовы к Ташкентскому землетрясению 1966 года.

Опять же, сейчас – не 57-й год, во Франции у власти не Ги Молле, а де Голль, с которым, кажется, удалось достичь первоначального взаимопонимания. Если мы совместно с французскими моряками с базы в Агадире сумеем организовать действенную помощь пострадавшим марокканцам, это поможет нам в будущем наладить взаимодействие с французами по всей Африке в целом.

И политических «плюшек» с этого можно поднять немало, – Никита Сергеевич многозначительно подмигнул. – Мне тут попалась статья про землетрясение 1908 года в Италии, как там наши моряки с крейсера людей спасали, и с каким восторгом их потом провожали итальянцы. Товарищ Тольятти в разговорах тоже упоминал, что итальянцы об этом до сих пор помнят, несмотря на Муссолини, разгром итальянских частей на Дону и под Сталинградом, и прочие несуразицы, что потом случались. 

– Так я и предлагал послать туда не один-два корабля, а полноценную эскадру, – напомнил Кузнецов.