Чтение онлайн

В 1959-м году Франция продолжала закупать в СССР электронные компоненты для ЭВМ. Основным покупателем стала «Compagnie des Machines Bull» – французский производитель ЭВМ, из-за «перекосов» в структуре ещё несовершенной европейской полупроводниковой промышленности отчаянно нуждавшаяся в комплектующих для своей продукции. Менеджеры «Bull» первоначально смотрели в сторону американских комплектующих производства «General Electric» и других фирм, но Минвнешторг и МЭП СССР сделали французам предложение, от которого те не смогли отказаться – более совершенные и быстродействующие компоненты высокой степени интеграции по более низкой, чем у американцев, цене. О том, что для СССР это уже продукция предыдущего поколения, менеджерам «Bull» не сказали, чтобы не топтаться на нежном и ранимом самолюбии «лягушатников» грязными русскими кирзачами.

Пришлось, впрочем преодолевать неожиданное препятствие. Советские корпуса микросхем («Посол», «Вага 1Б», «Трапеция», «Тропа» и т.п.) были полностью оригинальны, тогда как в зарубежной технике ГИСы, микросборки и транзисторы были стандартизированы документами ISO, IEC, ANSI, EIA, NEMA, а с 1958 года и JEDEC. Поэтому был проведён значительный объём работ по внедрению в производство международных решений в сфере корпусировки интегральных схем. Поставлявшиеся во Францию логические элементы были упакованы уже в соответствии с действующими спецификациями JEDEC.

В тот же момент СССР усилил своё присутствие в Международной Электротехнической Комиссии войдя в «тайный сговор» с членами ВЭС и продавливая в МЭК собственные стандарты по спецификациям «Комитета Операторов Стандартов в Микроэлектронных Отраслях Содружества» ВЭС, (аббревиатура – «КОСМОС»), одновременно вытесняя с рынка решения по стандартам EIA и JEDEC. Уже к середине 80-х основной пул стандартов, применяемых в микроэлектронике проходил по спецификациям «МЭК» и «КОСМОС». «JEDEC» прекратила свою деятельность в 1987 году. (АИ)

В сфере автомобилестроения концерн «Citroёn Russe» продолжал наращивать выпуск линейки моделей DS и ID, разных модификаций, а также «Dyane» – облагороженная модель 2CV, получившая 40-сильный мотор от «Москвича-407», такой же, какой ставился на советско-немецкий IFA «Спутник» (АИ, см. гл. 03-17), и «Mehari» – лёгкий внедорожник с открытым пластиковым кузовом и приводом 4х4.

Для увеличения выпуска в малых городах Калининской, Рязанской, Калужской, Брянской и Курской областей строились малые госпредприятия, выпускавшие отдельные автомобильные агрегаты по документации головных заводов. Эти комплектующие поставлялись не только на завод МЗМА, но и шли на экспорт во Францию. (АИ)

Концерн постепенно распространял свою деятельность и на другие страны. В Бельгии с 1926 г в пригороде Брюсселя Форе работал завод по сборке автомобилей, принадлежавший созданной 31 января 1924 года фирме Sociеtе Belge des Automobiles CITRO"EN (SA Belge Citroёn). С 1956 года там начали собирать модель DS, производство продолжалось до 1969 г, всего было собрано более 97 тысяч автомобилей.(Реальная история) Комплектующие к ним поставлялись через Францию, но были изготовлены на заводах автоагрегатов в СССР (АИ)

В ЮАС Гарри Оппенгеймер последовал совету Никиты Сергеевича Хрущёва и начал диверсифицировать свой бизнес, решив не зацикливаться только на золоте и алмазах. «Anglo-American Co» и «De Beers» начали инвестировать средства в производство оружия. В 1959-м Оппенгеймер организовал Armaments Corporation of South Africa (ARMSCOR, в реальной истории организована в 1968 г, без участия Оппенгеймера) и наладил производство в ЮАС стрелкового оружия, а также прикупил местную компанию Stanley Motors. (АИ).

В конце 1959 года в ЮАС, в небольшом населённом пункте Natalspruit городского округа Экурхулени, недалеко от Йоханнесбурга, в здании бывшей школы началась сборка Citroen DS, организованная Stanley Motors. Автомобили собирались из готовых машинокомплектов, по документам поставляемых из Франции, причём их собирали как с левым, так и с правым расположением руля. (Реальная история,. Однако детали и автоагрегаты в этих машинокомплектах были изготовлены главным образом в СССР. (АИ)

Для удобства доставки грузов из Франции в Южную Африку Оппенгеймер финансировал постройку в Дурбане современного контейнерного терминала. Контейнеры с деталями везли из Ильичёвска и Марселя, в Порт-Саиде наборы деталей объединяли, после чего образовавшиеся машинокомплекты в контейнерах везли через Суэцкий канал, вокруг Африканского рога, вдоль восточного побережья Африки в Дурбан. Несколько позже такие же контейнерные терминалы были построены в Кейптауне и Порт-Элизабет. (АИ)

Контейнерные терминалы во Франции строили югославские инженеры, а погрузочное оборудование поставлялось из СССР и ГДР. Американцы, разумеется, были крайне недовольны. Госдепартамент едва ли не в ультимативной форме потребовал отказаться от контрактов с ГДР и закупить оборудование в США. Де Голль справедливо возмутился. Ситуацию разрядил советский посол во Франции Сергей Александрович Виноградов, рекомендовав купить у американской компании «Bobcat Co» солидную партию малогабаритных погрузчиков, «чтоб отстали».

Так и случилось. После заключения контракта на поставку с «Bobcat Co», Госдепартамент снял своё требование, но «осадочек» у де Голля остался. Скоро он припомнил американцам и эту историю.

Анекдотичность ситуации заключалась в том, что «Bobcat Co», среди прочих компаний, принадлежала швейцарскому холдингу, финансируемому через подставные фонды Министерством внешней торговли СССР. (АИ, см. гл. 02-25)

Заявление Хрущёва, что советские ракеты не нацелены на французские города, но держат под прицелом американские базы и склады вооружения на территории Франции и Западной Европы, произвело большое впечатление на французского президента. Уже вскоре после его визита в Москву он одновременно потребовал ускорить французскую национальную ядерную программу, и вывести американские войска и базы с французской территории.

Начались сложные и нервные переговоры между Госдепартаментом и чиновниками с набережной Кэ д'Орсэ. Министр иностранных дел Морис Кув де Мюрвиль настаивал на скорейшем выводе американских войск, госсекретарь Гертер пугал его «советской угрозой», утверждал, что советские танки в случае войны через два дня будут в Париже, и только американский «ядерный зонтик» способен защитить Францию.

Первый тяжеловодный ядерный реактор во Франции заработал ещё 15 декабря 1948 года. Исследованиями в области ядерной энергии руководил созданный 18 октября 1945 г. Комиссариат по атомной энергии (Commissariat `a l'Energie Atomique, CEA), во главе которого был поставлен нобелевский лауреат Фредерик Жолио-Кюри.

Первый пятилетний план развития французской атомной индустрии, принятый Национальным собранием в июле 1952 г., носил подчеркнуто мирный характер, хотя и предполагал строительство предприятия по промышленному производству плутония. Развитию атомной отрасли способствовало также обнаружение вблизи Лиможа месторождения, содержащего значительные запасы урана.

Лишь тяжёлое поражение под Дьен Бьен Фу заставило французских политиков и военных начать реализацию программы создания ядерного оружия, а события во время Суэцкого кризиса, когда Франция, не будучи поддержана США и достаточно быстро лишившись поддержки Великобритании, в конце концов, оказалась в одиночестве, подтолкнули их в понимании необходимости иметь ядерное оружие, чтобы считаться великой державой.