Чтение онлайн

— Не волнуйтесь, голодная смерть мне не грозит, — улыбнулась я как могла весело и наконец вышла из-за стола, прошла к вешалке, где ждала шуба, но взять ее не успела. Дамир снял ее и растянул в руках. И правда уже даже не морщился, держа на вытянутой руке довольно тяжелую одежду. Смотрел на меня при этом с нескрываемым подозрением.

— Ну хоть домой вас отвезти позволите?

Я замялась. Не хотелось и таких слухов, но теперь отказать не получилось бы. Как? Хочу прогуляться? Так я вроде домой спешу. Возьму другую карету? А почему? Эх, надо было держать дистанцию изначально, сейчас бы не приходилось юлить, словно змее какой. Ассоциация мне не понравилась. Тошно как-то стало.

— Да, конечно, спасибо, — пробормотала я.

Дармир, как раз накинувший мне шубу на плечи, задержал на них руки. Уточнил тихо:

— Белинда, все в порядке?

И в голосе его слышалась настоящая тревога, но я уже взяла себя в руки. Повернулась с вернувшейся улыбкой. Кивнула.

— Да, просто задумалась.

Дармир еще несколько мгновений сверлил меня странным взглядом, но тоже едва заметно улыбнулся и бросив:

— Минуту.

Вернулся в кабинет за верхней одеждой.

Стоило ему скрыться, я закусила губу, стараясь отогнать неожиданную печаль, так и старавшуюся вырваться наружу. Нет уж, мы сюда приехали не заново сердце терять в осколках. Да, Дармир красивый и заботливый, но ты ведь прекрасно знаешь, что может скрываться за красивой оберткой. Так что забудь… хотя бы до завтра.

Карету поймали быстро, ехали молча. Дармир не отводил от меня взгляда. Я ощущала его почти физически — тяжелый, задумчивый, недоуменный. Но при этом старательно тянула губы в улыбке и выглядывала в окошко, будто могла там что-то различить, кроме разноцветного от света снега.

Попрощались также быстро и скупо. Дармир поцеловал мне руку, я, старательно не глядя ему в лицо, пообещала быть завтра вовремя и не оборачиваясь скрылась в доме. Только в квартире, скинув тяжелую верхнюю одежду, подкралась к окну и выглянула. Дармир стоял и смотрел вверх. Я старалась, чтобы меня не было видно, но все равно отшатнулась. Когда решилась выглянуть еще раз, карета уже отъезжала от подъезда. Кажется. Теперь Дармир точно не поверит, что все со мной хорошо.

Вечер провела в задумчивом оцепенении. Вспоминала весь прошедший день и удивлялась, каким длинным он вышел. Из-за кареты и дамы в ней я уже почти забыла, с чего все началось. Успела забыть ужас произошедшего, волнение, осталась только неприятная, ненужная и опасная ревность. Боги, когда я успела так к нему привязаться?! Глупая, наивная дурочка. Нет, завтра я все узнаю. Если не от Надин, то от самого Дармира.

С этими мыслями я и легла спать, но уже закутавшись в одеяло, прекрасно поняла, что задать вопрос самому Дармиру я не смогу. Не рискну. Во всем этом безумии я смогла найти только один плюс: свою будущую оранжерею я не увижу еще несколько дней, и за это время здание успеет преобразиться, поднимет мне настроение.

Утро не принесло облегчения. Проснулась я с одним желанием: остаться в кровати и никуда не ходить. Тем более в мэрию. Не видеть Дармира и никогда не узнать его тайны. Скрыться от нее и от самого дракона в уютном тепле одеяла. В безопасности.

— Ну уж нет, Белинда, хватит! — сама себе зло выговорила я. — Достаточно лить слезы из-за мужчин. Хватит из-за них лишать себя радости. Даже если у него кто-то есть, ну и ладно. Останетесь друзьями. Ты не успела наделать глупостей и это хорошо!

Так подбадривая себя, я и встала, оделась и выскочила из дома. Чтобы окончательно прогнать хандру, решила идти пешком. Утренние, еще темные улочки, щиплющий за нос мороз и даже щебет какой-то смелой северной птахи, что еще нужно для счастья?

Настроение после прогулки улучшилось, и я почти улыбалась, переступая порог мэрии.

Дармир уже был в кабинете, его лицо было сосредоточенным. Увидев меня, он кивнул.

— Здравствуйте, леди Белинда.

Дармир не спросил, почему я вчера вела себя так странно.

— Доброе утро, сэр Айс, — я виновато улыбнулась. — Не думала, что вы придете раньше.

— Привычка, — задумчиво произнес он.

Я не стала приставать с расспросами, прошла к своему столу, взяла папку с бумагами, которые планировала разобрать сегодня. Правда, работа не шла. Мысли, что я ненароком обидела Дармира, вновь и вновь возвращались. Он спас меня, помог, а я вот так себя веду. Но карета!

В кабинетах сгустилась тишина, в которой было очень уютно разбежавшимся мыслям, а на улице поднялась метель. Белая, слепая пелена затянула небо, снег валил густой, неостанавливающейся стеной, а ветер выл, сотрясая рамы. Я невольно залюбовалась. На юге такого не увидишь.

— Нравится смотреть на снег?

От неожиданности я вздрогнула и повернулась. Дармир стоял в дверях и улыбался.

— Ой, простите, я сейчас доделаю.

Я судорожно пододвинула к себе бумаги.

— Белинда, один вопрос, можно?

— Да, конечно!

— Что я вчера не так сделал?

— Вы… все хорошо. С чего вдруг спрашиваете?

Я поспешно отвернулась, укрываясь от пронзительных голубых глаз.

— В такую погоду в ресторан приглашать неприемлемо, может, выпьем чаю в моем кабинете? Я чувствую, что вы хотите что-то спросить?

— Я…

Но не успела я ответить, дверь в приемную распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Ворвался мужчина в белой меховой куртке, с обветренным красным лицом, и глазами, полными животного ужаса.

— Сэр! — выдохнул он, едва переводя дух и шатаясь. — В лесу, за Скалистой гривой… Бригада лесорубов. Нарушили предписание, полезли за делянкой во время штормового предупреждения… Не вернулись. Связь потеряна. Их четверо.

Тишина в комнате стала абсолютной, ледяной. Я видела, как челюсть Дармира напряглась. В его глазах вспыхнул гнев.

— Глупцы! Белинда! — его резкий голос заставил вздрогнуть даже меня. — Оповести лорда Кристаса. В этом поможет Надин. Он должен быть в городе. Передай, что это срочно. Пусть подстрахует меня.

Надин уже прибежала на шум и, услышав распоряжение, открыла шкаф, где я увидела магический коммуникатор.

Дармир, не говоря больше ни слова, направился к выходу. Не к вешалке, а вниз, к парадным дверям. Вышел на заснеженное крыльцо, и я против воли подошла к окну, прижав ладонь к холодному стеклу.

Он стоял, отвернувшись от здания, лицом к белой тьме. Его плечи напряглись. И тогда воздух вокруг него затрепетал, загудел. Плотные потоки метели стали закручиваться вокруг его фигуры, образуя вихрь. И в этом вихре очертания человека стали расплываться, расти, меняться.