Чтение онлайн

— Мы почти дошли!

— Да, почти, — задумчиво проговорил Дармир, не сводя с меня взгляда. Но я уже не рискнула посмотреть вновь, и он сдался, потянул дальше, весело причитая: — Ну наконец-то! Я так долго ждал! Почти отчаялся, думал, я недостоин быть вашим партнером в такой прекрасной забаве!

— Ну что вы, мэр, если не вы, то кто, — точно так же пафосно и шутливо воскликнула я, и мы рассмеялись.

Я когда-то уже стояла на коньках. Давно, кажется, еще в прошлой жизни. Память услужливо подсказывала, как и что нужно делать, но вот тело было другого мнения. Оно напрочь отказывалось стоять на такой неустойчивой конструкции и упорно твердило, что никогда еще над ним так не издевались.

— Белинда, расслабься! — смеялся Дармир, удерживающий меня за руки. Ну да, ему хорошо говорить, на коньках мужчина держался так же уверенно, как и на ногах. А вот я то и дело ныряла то вперед, то назад. Если бы не он, точно упала бы. — Перенесите вес на одну ногу, скользите, затем на другую. Это просто, нужно только поймать ритм!

— Простите, мэр, но мой ритм сейчас сосредоточен на движении вперед-назад, — цепляясь за его руки, шептала я. Несмотря на все, страха не было. Я знала, что Дармир не позволит мне упасть. Просто знала! Оттого и находила в себе силы шутить, а с губ не сходила улыбка. Даже щеки заболели.

На самом катке стало легче. Дорожка была изъезженная, неровная. Коньки то и дело кренились в сторону. А вот на нем лед был гладким, позволяя мне худо бедно держаться на ногах и даже по чуть-чуть скользить вперед. Пусть и держась за руки.

Люди вокруг услужливо расступались, видя такую неумеху. Ну что поделаешь, в этом городе даже дети держались на коньках увереннее меня.

Еще через десяток минут мы шли уже под руку, вдоль самого края, обозначенного высокими сугробами. Кое-где в них зияли дыры, видно, кто-то не рассчитал скорости и тормозил так, как умела и я.

Я скользила, стараясь попасть в такт Дармиру, который держал меня уверенно и крепко. Его рука была твердой опорой, а мое доверие к нему — абсолютным.

— Вы готовитесь к Новому году? — задумчиво спросил он. — Где планируете встречать?

Я на секунду задумалась, глядя на искрящийся под фонарями лед.

— Я приехала в Снейл как раз для того, чтобы побыть в одиночестве, — призналась я тихо. — Устала от суеты.

Дармир повернул голову, и в уголках глаз собрались лучистые морщинки от улыбки.

— И я вам сильно мешаю в этом благородном деле, да?

В его тоне не было ни капли сожаления, только тихая ласка. Я почувствовала, как по щекам разливается тепло, и поспешила ответить:

— Нет, совсем нет. Мне нравится. И я скоро научусь кататься, вот увидите.

Я решила быстро сменить тему.

— Расскажите, как здесь, в Снейле, празднуют Новый год?

Дармир на миг задумался, его взгляд стал каким-то далеким.

— В компании семьи и близких друзей, — начал он. — Главная магия начинается с боем курантов на старой башне. Они не просто бьют, а переливаются колокольчиками, и этот звук разносится по всему городу, оповещая не просто о смене часа, а о начале нового времени. А вообще, горожане готовятся заранее. И гирлянды появляются очень рано. Мы украшаем город так старательно потому, что ждем чуда.

Я так увлеклась, что не заметила небольшой неровности на льду. Нога внезапно уехала в сторону, я ахнула и беспомощно рванулась вперед.

Но падения не случилось. Дармир легко поймал меня, развернул к себе, и на мгновение я оказалась так близко, что могла разглядеть каждую ресницу, каждую искру в голубых глазах. Крепкие руки надежно обхватили талию, а мои ладони инстинктивно уперлись в широкую грудь.

— На нас все смотрят, — прошептала я, смущенно пытаясь освободиться, но он не ослаблял хватку, лишь крепче придерживал.

— Глупости, — также тихо ответил он, и его дыхание теплым облачком коснулось моего лба. — Здесь каждый занят своей парой, своими мыслями. Мы никому не нужны.

И правда, оглядевшись, я увидела лишь увлеченные лица других катающихся. Кто-то смеялся, кто-то сосредоточенно скользил, обнявшись, а кто-то просто смотрел в звездное небо.

Дармир не спешил отпускать. Он мягко выпрямился, все еще придерживая меня за руки.

— Ну что, продолжим? — спросил он. — Или вы уже насытились экстримом?

— Продолжим, — кивнула я, чувствуя, как сердце бьется, но уже не от страха падения. От чего-то совсем другого. И я снова доверчиво положила свою руку на его широкую, надежную ладонь.

Мы продолжили скользить вдоль края катка, и с каждой минутой я чувствовала себя увереннее. Лед, который сначала казался враждебной стихией, теперь стал союзником. Эйфория от маленькой победы над собой переполняла.

— Знаете, сэр Дармир, — сказала я, стараясь говорить максимально убедительно. — Кажется, я поняла. Можно попробовать одной? Совсем немного.

Он приподнял бровь, но во взгляде читалось одобрение.

— Конечно, — он осторожно разжал пальцы, освобождая руку. — Я рядом.

Я сделала несколько осторожных, но уже вполне самостоятельных толчков, и медленно поехала. Восторг! Ветерок касался разгоряченных щек, огни гирлянд сливались в сверкающую полосу. «Получается!» — ликовало мое сердце.

И, разумеется, в самый момент этой наивной победы я перестала смотреть под ноги. Лезвие наткнулось на едва заметный бугорок замерзшего снега. Я ахнула, беспомощно закрутила руками, пытаясь поймать равновесие, и полетела в сторону высокого сугроба.

Но падение было мягким и веселым. Сильные руки обхватили меня за талию в последний момент, смягчив удар, и мы оба рухнули в пушистый снег, который принял нас, как перина. Я лежала на спине, глядя в темное небо, усыпанное звездами, и не могла сдержать смех. Смеялся и Дармир, лежавший рядом.

— Вот это я называю эффектным финишем! — сквозь хохот выдохнул он.

Я обернулась к нему, все еще улыбаясь, и оглядела площадь. Никто не смотрел и не указывал пальцем на неловкую парочку в сугробе. Все были поглощены своим счастьем.

Этим моментом и воспользовался хитрый дракон. Движение было стремительным и неожиданным. Дармир приподнялся на локоть, наклонился, а губы, теплые вопреки всему морозу, на миг коснулись моих. Легко, почти невесомо, как снежинка. Поцелуй длился меньше, чем биение сердца, но мир вокруг взорвался фейерверком.

Он отстранился, но лицо было близко. Глаза, уже без тени насмешки, смотрели вопросительно.

— Я вас очень испугал? — спросил он тихо. — Скажите, если против.

У меня перехватило дыхание. Щеки пылали, и я была благодарна морозу, который мог служить оправданием. Я не нашла слов, только покачала головой. Нет, не против. Совсем нет.