Чтение онлайн

Нечерхет погладил ее пальцы – в его руке тревожно бился пульс.

– Я бы сделал это, - вдруг быстро, беспокойно прошептал он. – Я бы продолжил учить тебя, но бог запретил!

– А разве ты не вещаешь волю бога? – вдруг спросила Тамит, искоса взглянув на него. Может, все не так безнадежно?

– Ведь ты тоже высокий жрец Амона, господин? – спросила она.

– Да, - сказал Нечерхет и отвернулся.

Он сжимал ее руку, почти терзал ее. Тамит слышала, как он вздыхает, почти слышала, как страх и почтительность борются в нем со страстью к ней.

– Я буду водить тебя к учителям школы, не принадлежащей храму Амона, - вдруг сказал жрец. – Я договорюсь с ними и буду им платить. Тебя научат и танцам, и пению. Это не противно воле Амона.

Он крепко взял Тамит за плечи и повернул ее к себе.

– Письму тебя научит мой писец, - решительно сказал Нечерхет. – А чтением я буду заниматься с тобой сам. Ты станешь госпожой, а там, быть может…

Он вздохнул и огляделся.

– Быть может, бог улыбнется тебе…

“Бог – возможно, а Неб-Амон, его уста на земле, - никогда”.

– Спасибо, господин, - сказала Тамит.

Она быстро огляделась, потом обхватила голову своего господина руками и нежно и признательно прильнула к его губам.

– Ты не пожалеешь, - прошептала она.

У нее не осталось ни отвращения к своему поведению, за которое Тамит еще вчера себя презирала, ни отвращения к человеку, почти силой уложившему ее в свою постель – к человеку, на месте которого она во все минуты ласк представляла другого. Все ради великой цели.

– Мне показалось, будто кто-то смотрел на меня, - сказала Ка-Нейт. Ей было тревожно, но она улыбалась, потому что была в объятиях мужа – в белом шатре, отгораживавшем их от всего мира.

– Многие смотрят на тебя, когда мы выходим, - сказал Неб-Амон. Он прижал ее к себе, наслаждаясь этим ощущением.

– Ты самая прекрасная женщина в городе, - сказал он. – Таких женщин нет даже во дворце…

– А ты видел женщин дворца, господин? – с чуть приметным лукавством и ревностью в голосе спросила Ка-Нейт, оборачиваясь к мужу. – Какие они?

Жрец смотрел равнодушно.

– Они красивы, - сказал он. – У них разные цвета кожи и разные наречия. Но таких, как ты, там нет.

Он вдруг взял жену за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.

– Я рад, что ты не бывала во дворце со мной и фараон не видел тебя. Фараон может отнять любую женщину у ее мужа – он живой бог.

Ка-Нейт распахнула глаза.

– Неужели я могла бы понравиться его величеству? Я никогда не думала о себе так высоко! Что за мысли, господин мой!

Неб-Амон крепко обнял ее, уткнувшись лицом в ее гладкие душистые волосы. Он знал фараона – это был человек… человек, полный сил и страсти. Он имел огромный гарем, который постоянно пополнялся; и божество в смертной оболочке – Усермаатра Сетепенра – называлось “мужем всех женщин Та Кемет”. Ка-Нейт не знает, с какой легкостью их в действительности могут разлучить.

Его величество даже не увидит Ка-Нейт – великий ясновидец позаботится об этом.

– Кто-то смотрел на меня в храме, - вдруг повторила Ка-Нейт, беспокойно пошевелившись в его объятиях.

Неб-Амон уже и забыл об этом.

Вдруг ему вспомнилась изгнанная служанка его дома, которую он встретил в храме Амона. Служанка, которую, по всей видимости, сделал своей любовницей его жрец Нечерхет; Неб-Амон даже подумал, чтобы изгнать из храма их обоих. Нечерхет был известным распутником, и Неб-Амон подозревал его в связях со многими служанками храма и даже с певицами и танцовщицами Амона – недостойный жрец.

Как и эта служанка. Чтобы сделать такую жрицей… нет, ничья похоть этого не сделает!

– Может быть, это твоя служанка смотрела на тебя, - сказал великий ясновидец. – Она нашла убежище в храме, я видел ее сегодня.

– Тамит? – воскликнула Ка-Нейт. – Она нашла убежище? Это прекрасно!

Его жена так просияла, словно услышала радостные вести о любимой сестре.

– Дом Амона – убежище для слуг, - сказал Неб-Амон; на красивом лице выразилось отчетливое презрение. – Пусть остается там. Жрецы найдут для нее работу ей по мерке – может быть, уборку или мытье полов…

– Для нее? – с негодованием воскликнула Ка-Нейт. – Тамит…

Вдруг ее будто кто-то оборвал. Или она что-то вспомнила.

– Тамит очень красивая женщина. Она достойна большего, чем такая работа, - сказала его жена.

Жрец поморщился. – Она…

Тут носилки остановились и опустились.

Заглянул слуга.

– Прибыли, господин!

Неб-Амон чуть кивнул и жестом отпустил его. Но не спешил покинуть носилки – стремился прежде всего досказать недосказанное.

– Она достойна только этого, - сказал великий ясновидец. – Чтобы подняться в храме, мало красоты – нужна чистота, и прилежание, и ученость…

– Ты ничего не знаешь о ее чистоте, - заметила Ка-Нейт. – Я помню Тамит как послушную и прилежную служанку…

– И только, - сказал жрец.

Он поднялся и вышел из носилок, словно наказывая Ка-Нейт прекращением разговора. А Ка-Нейт думала о подозрениях насчет Тамит и корила себя за неосторожность; ведь она могла окончательно восстановить мужа против этой женщины! Возможно, Тамит и не добра, но она не может быть такой страшной преступницей: молодая и красивая женщина, ее ровесница… Она должна прожить жизнь, а эту жизнь так легко могли прекратить по навету или просто подозрению.

“Желаю, чтобы боги послали ей счастье”, - подумала Ка-Нейт.

Она поднялась, и ей на несколько мгновений стало нехорошо – в глазах потемнело, закружилась голова. Молодая женщина положила руку на живот и шагнула наружу, слегка пошатываясь.

Муж подхватил ее, с тревогой вглядываясь в лицо:

– Тебе дурно?

– Немного, - сказала Ка-Нейт. – Пройдет…

Улыбнулась супругу и прижалась к его плечу.

Неб-Амон поцеловал ее волосы и обнял ее, думая, что обнимает сейчас не только свою жену, но и дитя.

Он так боялся лишиться их на этой земле.

***

– Это – Анх*, - говорил жрец, направляя руку Тамит. Она почти завороженно следила за тем, как ее рука выводит священный символ: крест и кольцо, знак вечности. – Это – Ра.

Круг и точка в центре. Только и всего, а ведь это были символы бога…

Тамит рассмеялась, смущенно и удивленно.

– Я никогда не писала прежде!

– Для этого нужны учителя, - ответил довольный Нечерхет. – Рука должна учиться правильным движениям.