Чтение онлайн

Мальчики не обвиняли. Они просто любили.

За их любовь не надо было платить десятидневными скандалами. Мальчики любили Аню просто так и ничего не требовали взамен. Оказалось, что такое бывает. Такое возможно.

«Никто не будет любить тебя больше, чем твоя мать», — это было отпечатано в голове Ани, как аксиома, это было твердым убеждением Ани — таким же, как то, что соль — соленая, а сахар — сладкий.

Но вот же, Аню любят, и это реальные переживания, Аня чувствует, что ее любят больше, чем ее любила ее мать!

Чему верить? Тому, что говорили родители, наставники, учителя, великие писатели и философы, да все вокруг! — или себе? Чему верить?!!!

Стиснув зубы, закрыв руками лицо, наступив на горло своим комплексам, а заодно и совести — потому что не разобрать, где граница между комплексами и совестью — сдерживая стон, сдерживая хрип, тяжелой подошвой по собственному горлу — вперед.

Верить — только своим реальным переживаниям, своим чувствам. Старых убеждений больше нет. Если они не уничтожены до сих пор, то будут уничтожены в ближайшие месяцы.

Мы больше не доверяем никому и ничему. Мы сами будем решать, что правильно, а что — нет, что хорошо, а что плохо. Мы больше не позволим никому решать это за нас. Хватит. 18 лет позволяли — достаточно. Теперь — хватит.

Теперь мы доверяем только себе.

И никому больше.

Ноябрь второго курса. Ежесубботние походы на дискотеку и рейды по залу в поисках утерянной подруги. Ежесубботние объятия на черной лестнице, каждый раз с новым мальчиком.

Иногда в Ане просыпается совесть. «Ты поступаешь нехорошо, — укоряет Аню внутренний голос. — Со сколькими ты успела перецеловаться за эти два месяца? Юноша должен быть один. Да ведь ты же и сама хочешь любви — сильной взаимной любви, хочешь больше всего на свете. А ведешь себя как Казанова в юбке».

— В джинсах, — поправляет Аня.

— Какая разница?

— Большая. Не в юбке, а в джинсах и черной мужской рубахе на выпуск. И с сигаретой в зубах.

— Причем тут сигарета?

— Притом. Я курю, я ложусь спать под утро, я танцую под тяжелый рок, у меня новая жизнь, у меня война, и, будь любезен, заткнись.

— А как же любовь?

Аня закрывает глаза. Как же любовь, как же любовь, Анечка, ведь это же самая страстная, самая глубокая твоя потребность, ты ведь отдала бы всё на свете ради месяца этого неземного, никогда не испытанного раньше счастья — взаимной любви!

Аня открывает глаза, берет пачку сигарет и идет на черную лестницу.

Любовь подождет. Мальчиков — должно быть — много.

К 19 годам Аня похудеет на двадцать килограмм и впервые в жизни наденет мини-юбку. Мечта ее жизни, казалось, неосуществимая — мини-юбка!

Еще через полгода ее перестанут называть симпатичной. Только красивой.

Позже, спустя много лет, она будет снова толстеть (а потом снова худеть), стричься почти наголо (потому что от густых волос летом жарко), ходить не накрашенной и угрюмой, носить очки и надевать первое, что подвернется под руку, потому что ей плевать, как она выглядит. Но уже никто никогда не назовет ее симпатичной. Только красивой.

О, прекрасные мальчики, самые добрые и любящие, самые замечательные! Аня всю жизнь будет вам благодарна за великую помощь, которую вы ей оказали. И, наверное, она всегда будет считать мужчин самой лучшей, самой доброй половиной человечества…

Тогда же, в девятнадцать лет, Анина однокурсница и подруга скажет:

— Мужчины — не люди, мужчины — существа.

— Ты неправа, — серьезно ответит Аня. — Мужчины — такие же люди, как и женщины, только лучше. Гораздо лучше.

И тогда же, в девятнадцать лет, Аня впервые позволит себе влюбиться. Потому что к этому времени она, наконец, поймет, что есть в мире люди, которым можно доверять, которых можно любить.

Эти люди — мужчины.

— А что было дальше? — спрашивает Костя.

— Дальше… Окончила университет с красным дипломом, поступила в аспирантуру, через год защитила диссертацию.

— Через год? Круто.

— Ага. Я очень сильно старалась. На тот момент для меня это было главным в жизни. Всё забросила, занималась только этим. Денег было мало, сам понимаешь. Снимала комнату в общаге, питалась китайской лапшой из пакетиков. Очень хотела защититься поскорее.

— Защититься? — переспрашивает Костя. — От кого, от родителей?

— Может быть, — смеется Аня. — Очень может быть… Я хотела стать крутой. Чтобы потом всю жизнь быть человеком, который защитил диссер через год после окончания универа.

— А дальше?

— Дипломная и диссер у меня были по математической статистике. После защиты друзья помогли устроиться на работу в банк, в кредитный отдел. Работала, фактически, по специальности — занималась оценкой кредитных рисков. Банк большой, кредитных историй много — почти всё можно смоделировать статистикой.

— Это что за работа такая?

— Грубо говоря, обращается в банк новый клиент, просит кредит и предоставляет о себе информацию. Теперь нам нужно оценить, сильно ли мы рискуем, выдавая ему кредит. Для этого мы пользуемся статистикой по предыдущим клиентам, сравниваем его данные с данными других заемщиков. В итоге определяем вероятность того, что он деньги банку не вернет. В зависимости от результатов решаем, на каких условиях имеет смысл предоставлять кредит: с какой процентной ставкой, какой величины должен быть залог и так далее. Если риск низкий, банк может предложить мягкие условия, чтобы клиент не ушел к банку-конкуренту.

— И как у тебя, получалось?

— Вроде бы, да. Я очень редко ошибалась в клиентах. Начальник говорил, что вдобавок к хорошему образованию у меня еще и интуиция есть. Говорил: «Анька у нас — самый ценный кадр». Кредитные потери в нашем банке с моим приходом сократились почти вдвое, ну, и банк не жалел денег на мою зарплату, чтобы конкуренты не переманили.

— А в науку вернуться не хотелось?

— Очень хотелось… Когда уходила в банк, меня не отпускали. Говорили: «Что ты там нашла? Что тебе эти деньги? Там же неинтересно! Тебе же до докторской рукой подать!» А когда я уже устроилась на работу в банк, завлаб сказал: «Возвращайся, когда угодно. Ставку для тебя всегда найдем». Ох… — с минуту Аня молчит. Потом снова вздыхает и продолжает. — Но в то время для меня было очень важно стать независимой. В том числе, и в материальном смысле. И еще карьеру хотелось сделать. Хотелось быть успешной. Чтоб и кандидат наук, и денег кучу зарабатываю — чтоб всё круто было.