Чтение онлайн

Войну с немцами начал в районе Глуцка.

Позже 13 июля наше командование получило разведданные, что в районе деревни Горки встала большая колонна немецких танков. Порядка 300 боевых машин. Причем встала она не на отдых, а в ожидании подвоза бензина. В хваленом немецком орднунге, тоже бывали сбои.

Ночью рота десантников в количестве 64 человек из 214 воздушно-десантной бригады была в полной экипировке доставлена на аэродром. По мимо обычного оружия с боекомплектом, рота получила большое количество бутылок с горючей смесью (КС тогда еще в войска почти не поступало, потому десантникам выдали бутылки наполненные бензином, с пробками вставками) и противотанковые гранаты.

В задачу подразделения входила высадка с парашютом в тылу немецких войск, и уничтожение стоящей техники противника. 64 Советских десантника против более 300 немецких танков. И все это в 45-50 километрах за линией фронта.

С первыми лучами солнца четыре громадины ТБ3, взяв на борт подразделение десанта, покинули аэродром. Погода стояла ясная, как говориться видимость 100 на 100. И в данный момент это было плохо. Тяжелые, неповоротливые ТБ3 шли на небольшой высоте и представляли собой отличные мишени, для вражеских зенитчиков.

Зенитки расстреливали низколетящие тихоходные цели с большой точностью. И только огромный запас прочности ТБ3, позволял им еще держаться в воздухе.

Однако зенитный огонь нанес потери и десанту, находившемуся внутри воздушных судов.

Появились раненные и убитые.

Самолет, на котором летел Беченя, шел предпоследним в строю, и ему хорошо досталось от пристрелявшихся немецких зенитчиков. Совершая противозенитный маневр, уже перед заходом на цель, летчик увел самолет немного вправо от заданного курса, и в момент, когда он хотел перестроиться для выравнивания курса, для сброса десанта, в самолет ударил зенитный снаряд. С одной стороны повезло. При взрыве никто из десантников и экипажа не пострадал. С другой, машине повредило руль направления. Элероны перестали отвечать на манипуляции пилота, и самолет летел практически только прямо. Высота была не большой изначально, сейчас же она не превышала метров 600-550. Командир экипажа дал команду десантироваться, немного не долетая до цели, так как не мог вывести на нее свой самолет.

К большой неудачи десантников, высадка произошла рядом с расположением немецкой части. Часть десантников погибла еще в воздухе, те же, кто смог приземлиться и освободиться от парашюта, начали вести бой в полном окружении вражеских солдат. Не надо думаю говорить, что этот бой продлился недолго. Хотя тому же Бечени и бывшему с ним Блинову в какой-то мере повезло. Одного ударило осколком гранаты по голове. Осколок перерубил одетые красноармейцем защитные очки, но каким-то неуловимым образом застрял в шлеме, оглушив бойца, но, не нанеся ему более серьезного ранения. Второго, просто скрутили в возникшей рукопашной схватке. С ними вместе пленили еще двоих парашютистов из их взвода, но где они и как Осип не знал.

Про плен рассказывал скупыми словами, видно было, что дается ему это нелегко. В принципе ничего нового не рассказал, заодно подтвердив, что с Хлыновым познакомились только на мельнице. Добавив правда, что если бы не действия Кривоноса, сами с Блиновым попытались бы бежать, уже даже план прорабатывали.

В конце допроса поднялся Воскобойников и задал вопрос:

– Извините Осип, а что у Вас за фамилия такая интересная, вроде и не казацкая?

– Ну, здесь все просто. Когда-то один из моих предков в одном из ратных походов сильно обгорел, что уж там случилось, я не знаю, но с тех пор его стали звать "Печеня", ну а в дальнейшем "П", сменилось на "Б", Вот и возникла моя фамилия.

– Что скажете?
– Опять обратился я к собравшимся в землянке, после того, как Беченю отправили дальше отдыхать.

– А, что тут говорить, давайте третьего послушаем.

– Ну, раз комиссар так считает, то так и поступим.

Разговор с Блиновым 1921 года рождения, пополнил нас знаниями о довоенном Воронеже, и его аэроклубе, где этот красноармеец учился вместе с Беченей, ну и еще узнали, что сам Блинов числился во взводе пулеметчиком. Из интересного, пожалуй, и все, если не углубляться в жизнь простого городского парнишки, школа, рабфак, армия. Собирался поступать в институт, но не сложилось. Про десант 14 июля, нового ничего не рассказал, немцев было очень много, навалились, скрутили. В плену старался держаться Бечени, как в прочем и до него. Вот, пожалуй, и вся информация.

– Ладно, идите, отдыхайте.

После ухода красноармейца обсуждений особых не возникло, было принято решение выдать людям оружие, но Илюшин, как бы не в значай отметил, что он еще за ними понаблюдает. На том и порешили.

Снова разведка мельницы. В это раз пошли одни пацаны, Костя Кирилов и Антон Сашко, без оружия и в цивильной одежде. Их на расстоянии, не приближаясь близко к селу, страховали Иванов с Фриш. Нам было необходимо узнать, что предпримут немцы после нападения на грузовики и дерзкого налета Кривоноса.

Нас утро встречает прохладой. В принципе так оно и есть. Абсолютно по первой строчке стихотворения В. Корнилова, на которое потом положили музыку и исполнили в фильме "Встречный". А нас, это меня и Ульяну. Ну а куда я из колеи то денусь. Сами знаете, если чего хочет женщина.... А прохлада, потому, что ночевать то вместе нам негде, нет, конечно, можно в моей землянке, но там комиссар, или в землянке Ульяны, но там наш старший военфельдшер, да и не одна. Про Кротова забывать не надо. Да и мы с Улей, свои отношения особо не афишируем, незачем оно как-то. А вот по поводу Кротова и Галечки Зотовой нужно вопрос поднять. Мы же им даже бумагу с комиссаром составили. Надо для них отдельную землянку оборудовать, как раз и нам с Ульяной место освободиться, а то холодновато по ночам начинает быть. Нет, решено, организовываем молодым подарок, а то как-то упустили это дело.

Разведка доложила интересные вещи. Немцы прониклись, и теперь в селе, где находилась мельница, было до взвода немецких солдат. Людей собрали возле бывшего здания поселкового совета и, назначив нового старосту, бывшего агронома, мужичка лет 50 довольно потрепанного жизнью, с вечной боязнью чего-либо, довели до сведения населения, что в округе появилась небольшая банда коммунистов, и если что, то и того. В смысле за оказание помощи бандитам расстрел, за укрывательство расстрел, за недоносительство, расстрел, за ... расстрел, и так далее. В принципе все как всегда, чуть, что расстрел и точка. Приехавшие солдаты даже попробовали прочесать близлежащий участок леса, но быстро поняв всю бесперспективность этой идеи, вернулись в село. Новых пленных на мельницу не привозили, ограничившись парой оставшихся, добавив к ним несколько местных жителей. Интересно было и то, что полицаев видно не было, возможно убрали из села, а может просто были в отъезде, сказать трудно.

Собравшись в нашей штабной землянке с комиссаром и Кривоносом, которого специально позвал посоветоваться, пришли к выводу, что наши мысли шли в верном направлении, и муку немцы повезут теперь в составе конвоя, далеко не из пары машин. Да и под обязательным силовым прикрытием. Возможно, даже притащат откуда-нибудь броню. Что в свете последних событий было вполне реально.

На следующий день в село пришло сразу девять машин с зерном в сопровождении нескольких мотоциклов и грузовика с солдатами. Разгрузившись, машины остались в селе. Наутро пришло еще шесть грузовиков с зерном, под охраной мотоциклистов. И это не считая, постоянно подъезжающих подвод. В этот же вечер прибыли на двух подводах и полицаи.

Получив ночью доклад, о такой активности немцем принял решение, с утра устроить засаду, и ждать прохода большой колонны с мукой, на это дело вместе с собой подписали мужиков из Бобровичей, а так же после некоторого колебания и людей из расположившегося неподалеку от нас лагеря. Правда, четко оговорив со всеми, что до окончания боя никто, никуда не лезет.

Утро мы практически всем отрядом встречали в засаде. Немного в отдалении, в черте леса собрался народ, надеющийся поживиться мукой, если нам удастся разгромить караван.