Чтение онлайн

— Столица всегда славилась красавицами, но она, Тери, обладала чарами особого рода, не имеющего отношения к магии. Меня потянуло к ней… Но потом я выбрал другой путь в жизни, а она осталась. Вышла замуж. Ее благородный муж, ар-Мэлгон, стал, не зная о том, отчимом моему ребенку. А когда обнаружил, что мальчик носит в себе Темный Дар, попытался его убить.

Мэа-таэль вздрогнул — как от слов Арона, полных откровенной горечи, так и от воспоминания о своем давнем видении.

— У тебя сын? — вырвалось невольно.

— Да.

— Сколько ему сейчас?

— Почти десять.

— Десять, — повторил полуэльф тихо, а перед глазами возникла однажды уже виденная картина.

Арон и черноволосый мальчик идут по темным переходам подземелья, по коридору, ведущему к лабораториям мага. Мальчик шагает беззаботно, взгляд у ребенка невинно доверчивый, бесстрашный. Вот он поднимает голову, что-то спрашивает, и Мэа-таэль замечает, как сильно они похожи — маг и этот незнакомый мальчик. Арон кивает, улыбается и распахивает перед сыном дверь самой страшной из своих лабораторий — той, откуда люди никогда не возвращаются живыми, только разобранными на части…

— Ты должен помочь мне найти его, — разбил видение голос Арона. — Подними всю сеть, всех осведомителей! Я пытался задействовать следящую магию, но ни ритуалы, ни Тени, ни Отражения не работают. Или же я просто не помню, как заставить их работать… — Арон прервался, и Мэа-таэль с запозданием понял, что, должно быть, изменился в лице.

— В чем дело, Мэль? — резко спросил маг.

Полуэльф встряхнул головой.

— Зачем он тебе?

— Что?

— Зачем тебе этот ребенок?

Арон отвернулся и ответил после долгой паузы.

— Некоторые из вернувшихся воспоминаний для меня ярче, чем нынешняя реальность. Таким кажется все, связанное с Тери и с сыном.

— Еще несколько дней назад ты не знал о его существовании, — упрямо возразил Мэа-таэль, изо всех сил пытаясь не вспоминать страшные легенды и не легенды о том, для чего Темным магам нужны люди одной с ними крови.

— Это несущественно. Мэль, он важен для меня! Важнее, чем все остальное! — Арон глубоко вдохнул и медленно выдохнул, успокаиваясь, и продолжил уже другим тоном: — Ты воспитан кочевниками, ты должен понимать: род, семья — это самое главное. Рик — мой единственный ребенок, моя плоть и кровь. Я не представляю, как вернуть Тери. Я не нужен ей, она замужем и счастлива, у нее дети от другого мужчины, и наш сын — это все, что осталось.

Мэа-таэль опустил взгляд на свои сжатые в замок руки, избегая смотреть в глаза другу, говорившему так искренне.

— Понимаю. Я отдам необходимые распоряжения.

После визита жреца Серой Госпожи остальной мир тоже вспомнил о «дорогом Тонгиле» и загорелся желанием его видеть.

Первым стал император, который разрывался между страхом за свою жизнь и яростью на мага. Еще бы — могучие сихха ушли из этого мира, оставив монарха без привычной защиты, а посылать новых хранителей богиня Смерти не торопилась.

На настойчивые просьбы императора явиться во дворец Арон отвечал отказами, а приказать ему прямо монарх не осмеливался.

Повышенное внимание императора было неприятно, но ожидаемо, однако через несколько дней после посещения поместья ар-Мэлгонов самому Арону тоже нанесли визит. К счастью, гостем оказался не тар Мэлгон. Арон сомневался, что сумел бы спокойно разговаривать с бывшим другом, а теперь счастливым соперником. Он и так постоянно ловил себя на мысли устроить Дейкасу несчастный случай, а по истечении траура посвататься к его вдове. Если Тери смогла полюбить Арона в прежнем мире, что мешает в этом?

Эта мысль пришла незваной, но корни пустила быстро, прогнать ее не получалось. А ведь Арону казалось — готов отпустить Тери, позволить ей быть любимой в семье, которую она сумела построить в этом мире. Но нет, внутренний голос шептал: никто не даст ей того счастья, которое дал бы он. Ведь его любовь настоящая, а любовь Дейкаса к жене пришла из магии и обмана. Шептал, что он сделает это не только ради себя, но и ради не найденного пока сына с непривычным именем Альмар…

«Рикард, — думал Арон, — все равно моего ребенка зовут Рикард».

Потом он спохватывался, корил себя за подлые мысли. Ведь Дейкас в прежней жизни был ему другом, в этой вырастил его сына… Да, он пытался убить Альмара, но Арон мог только посочувствовать отцу, оказавшемуся перед страшным выбором: предать своего бога или своего ребенка. Сложное это решение. Будь он таким же верным слугой Солнечного, как Дейкас ар-Мэлгон, неизвестно, как повел бы себя.

Впрочем, Арон даже не знал, как бы поступил на своем месте, узнай в той, прошлой жизни, что его ребенок носит в себе Темный Дар. Убил бы, выгнал бы из дома, проклял бы или любил бы таким, какой есть? Это сейчас принять решение легко, он сам несет это проклятие, уже почти смирился, принял. Уже почти рад быть магом, особенно когда Тьма так сладко поет в крови, когда дает ему Силу, власть и что-то еще, чему никак не получается подобрать определение.

И все же визит… Единственное, что он принес хорошего, так это отвлек от искушающих мыслей. Но в остальном…

Темные маги с себе подобными обычно вежливы, ни к чему ссориться по пустякам тем, у кого и так довольно врагов. Но чего Арон не ожидал, так это встретить человека, которого он когда-то поклялся убить — и убил. В том, прежнем, мире Лорган ар-Сиркут уже несколько лет как гнил в холодных северных болотах, где им довелось встретиться в последний раз.

Демон обещал Арону вернуть любимых и близких. Враги, очевидно, шли довеском.

С первого взгляда местный Лорган выглядел как обычный человек… обычный Темный. Держался скромно, как и положено непрошеному гостю, но как же Арону хотелось приказать Теням скрутить его, чтобы захрустел и переломился позвоночник, а потом сырой Силой размазать по каменному двору…

Но не было пока причины, и даже нынешнее имя бывшего врага оставалось неизвестным. Ведь там, в прежнем мире, он не был магом, как не был им сам Арон. Вряд ли здесь знатные родственники позволили Темному выродку носить их славное имя. Это для простолюдина стать магом, даже Темным, значило подняться. Для нобиля же, а почти все благородные служили Солнечному, это было падением и позором.

Вот Лорган спешился, почтительно поклонился.

Арон стиснул зубы, наблюдая за гостем. Маг, но никаких щитов, никакой защиты, даже амулеты оказалось невозможно ощутить. Только одинокий кинжал у пояса, да и тот для виду — два застегнутых ремешка не позволят быстро вытащить клинок.

— С чем пожаловал? — Арон стоял на верхней ступени, не торопясь спускаться, как полагалось бы гостеприимному хозяину. Даже вопрос он выдавил через силу.

Гость поднялся по ступенькам, протянул запечатанный свиток, улыбнулся, словно делясь шуткой.