Чтение онлайн

Коротко известив посоловевших наставников о намеченной прогулке и получив от них согласие, мы отправились на вечерние улицы Тормира. С наступлением сумерек город стал только красивее. Вдоль дорог тянулись ряды зажженных фонарей разных цветов, отчего каждая улица имела свой цвет: желтый, зеленый, голубой, красный… Точно на город пролилась радуга.

Это было невероятным, и казалось, будто я попала в сказку. Так еще в сумерках можно было не бояться, что кто-то заметит мой шрам на лице, поэтому я позволила ветру разметать волосы и, точно малое дитя, без устали вертела головой. Восхищалась необычным светом, величественными постройками из песчаного камня и принарядившимися на вечернюю прогулку людьми.

Женщины и мужчины щеголяли в чопорных нарядах, украшенных золотыми цепочками и россыпью драгоценных камней. Но если взрослая часть населения предпочитала выглядеть богато, то более молодое поколение выбирало наряды попроще: девушки – сарафаны, а парни – простые штаны и удлиненные рубахи с орнаментной вышивкой на рукавах и воротнике.

Я подметила, что среди женщин почти никто не носил брюки. Они в основном предпочитали более утонченную одежду, хотя днем я подобного не наблюдала. Однако Рив пояснил: с приходом осени раз в год, вечером, Тормир празднует на главной площади день Огненного Цвета.

– Когда листья деревьев окрашиваются в желтый или красный цвет – это значит, что пришло время собирать последний урожай и готовиться к зиме, – рассказывал Рив. – А пока тепло еще не покинуло землю и с небес не обрушились холодные дожди, народ радуется и возносит благодарность Древнему королю за его дар – радужную сферу.

Только он замолчал, как издалека послышалась музыка. Озорно подмигнув, Рив схватил меня за руку и потянул за собой:

– Идем! Это стоит увидеть!

– Д-да, – неуверенно откликнулась я.

Я сомневалась, стоило ли идти туда, где много народу, но любопытство и напористость Рива – я при всем желании не освободилась бы от его крепкой хватки – победили. И совсем скоро мы выбежали на переполненную людьми площадь, где во время погони мы нашли Змея и Талину.

– Кто это? – указала я на величественную статую мужчины со стеклянной сферой в руках, которую заприметила еще днем. – Киал?

– Не-а, – качнул головой Рив и склонился ко мне, чтобы перекричать громкую музыку. – Все зовут его Безликим Древним.

– Безликим? – удивилась я, а Рив кивнул.

– Говорят, образ Киала статуя носила раньше, однако когда на престол вступил его потомок, ее попытались изменить, но что-то пошло не так. Статую обезобразили. Да так сильно, что не смогли восстановить. Тогда скульпторы решили совсем стереть лицо, а люди прозвали статую Безликим Древним. Теперь он олицетворяет весь Древний род и является символом власти и смирения. Смотри!

Расталкивая толпу, Рив за руку отвел меня туда, где я смогла бы рассмотреть лицо статуи:

– Там ничего нет!

И правда. Только светлое каменное полотно без намека на черты лица.

– Похоже на халтуру, – хмыкнула я. – Испортили, а починить не смогли…

– Может, и халтура, – пожал плечами Рив и улыбнулся: – Но признай, выкрутились они здорово.

– Это точно, – согласилась я и вздрогнула, когда вверх устремился сноп огня.

У подножия статуи стоял по пояс голый мужчина и жонглировал факелами. Не страшась ожогов, он касался пламени, раздувал его сильнее, выплевывал огненное облако, а иногда выбивал дождь из искр, который осыпался на его обнаженные плечи. Люди были в восторге от такого представления, а я широко распахнула глаза, наблюдая за танцем человека и огня.

– Укротитель пламени, – пояснил Рив, проследив за моим восторженным взглядом. – Мастера по части ярких зрелищ.

– Невероятно… – выдохнула я. – Невероятно красиво!

– О да, – с улыбкой ответил Рив. – Они умеют впечатлить.

Когда укротитель пламени закончил свое представление, поклонился и покинул центр площади, музыка заиграла громче, а мужчины и женщины с радостными возгласами пустились в пляс. И не просто хаотично двигались, а принялись одинаково покачиваться и в унисон отбивать ногами да ладошами задорный ритм и петь:

– Ледяная поступь… – услышала я голос Ривара сквозь веселое пение и переспросила:

– Что?

– Баллада «Ледяная поступь», – повторил он, помахивая рукой в такт музыке. – Песня задорная, но слова в ней бестолковые. Ты только послушай:

Рив фыркнул:

– Белены, что ли, предки объелись, когда эту чушь придумывали? – а сам тоже начал притоптывать.

Я усмехнулась, наблюдая, как он постепенно втягивается во всеобщее веселье, и вспомнила, как Вайя говорила, что там, где, казалось бы, нет смысла, на самом деле он был. Просто мы не всегда можем его отыскать. Но как я ни старалась следовать совету, понять песню не смогла. Только грустно стало, что никто из сестер не видит со мной этого праздника. Он бы им понравился…

– Рив, – я дернула парня за рукав его темно-синей рубахи. – Я хочу уйти.

– Что-то случилось? – оглянулся он и нахмурился.

– Нет, просто не привыкла к шумным местам.

– Ага, – в синих глазах Рива отразилось понимание. – Сейчас все устроим!

Он опять взял меня за руку.

– Знаю я одно тихое местечко… – и повел прочь с площади, протискиваясь сквозь толпу, которая стала больше.

Хвостиком следуя за ним, я взволнованно кусала щеку. Его прикосновение казалось странным, непривычным и слишком ощутимым, будто все мое естество сконцентрировалось лишь на одних наших руках. И даже не сразу сообразила, что мы шли по дороге, ведущей к нашему постоялому двору. Заметила это, когда увидела длинное трехэтажное здание, огороженное железным забором.

Пройдя через двустворчатые ворота, мы обогнули трактир и направились к конюшне. Только здесь Рив расцепил наши руки, а я хмуро взглянула на свою ладонь, что все еще чувствовала его тепло.

– Что-то не так? – с осторожностью поинтересовался Рив, проследив за моим взором.

Я тряхнула головой и честно призналась:

– Меня редко касались, – стиснула ладонь в кулак и опустила. – К Змею и Талине уже привыкла, а к тебе нет.

– Хм. Довольно… прямолинейно, – ухмыльнулся Рив. – Но я учту на будущее и…