Чтение онлайн

Машка хмыкнул:

– Удивил, то же мне. Оно давно придумано.

– Просвети.

– Такое вещество на всех королевских праздниках используют. Шуму-дыму много, эффект красивый, но дорого и бестолково. Навоз, из которого его делают, два года пролежать должен. Да и мало вещества получается. Для мин и ловушек слишком дорогое удовольствие.

Если честно, я был поражен.

– Маш, а откуда ты это знаешь? Не каждый алхимик о таком расскажет.

– У меня знакомых много. А головой я ещё и думаю, а не только жую. – Он выловил из своего мешочка последний сухарь и сунул в рот. – Ну, так что там с Жаеном?

– Это другая селитра. Из Дарая. Она сама по себе взрывается. Только нагреть или хорошо стукнуть. Нужны ей добавки или не нужны – я не понял. Но. Её много. И она валяется под ногами.

Оборотень вытряхнул на ладонь крошки из мешочка и сыпанул их в рот.

– Это весомые аргументы, – он прищурился, глядя поверх огромного зеленого пространства, лежащего под нами, – А что там за монастырь?

– Не знаю, Маш. Самому интересно. Какой такой монастырь в стране, где официальная религия даже храмов не признает?

– Это храмов. А деньги и силу еще как! На то она и религия, – философски высказался Машка. – Но и впрямь интересно. Эх, жаль, что мы раньше не узнали. Я бы до Салиба докопался.

– Думаешь Тайная Стража в курсе?

– Уверен. Они же менталисты. Они сейчас лягут последней костью, лишь бы стихийников прижучить. А чем прижучить? Только тем, что может оказаться сильнее их. Порохом.

– Чем?

– Порох. Так назвали этот серенький порошок. И поверь мне на слово – если всё, что ты узнал у Жаена правда, то не далек тот день, когда даже огневым магам будет жарко.

5

Да, это то самое место. Вон и глыбы, и узкая полоска из гальки и песка. А вон тропинка, по которой он таскал мешки. Вместе со всеми.

Алабара передернуло. Он почувствовал, как предплечья покрываются чешуей, но постарался взять себя в руки. Совсем не дело, если от каждого плохого воспоминания начинать перекидываться. Даже частично. Да и заметно сразу.

Правда, сил для полной трансформации было пока маловато.

Оборачиваться обратно в человека он начал еще в полете, хорошо, что сообразил не махать крыльями, а просто спланировать. Приземлился уже во второй ипостаси – сгруппировался в последний момент, что смягчило удар. Но он все-таки упал и прокатился по гальке как бревно. Да, с приземлением с самого начала не задалось.

Но сейчас не это главное. Где-то здесь бродит мелкий хитрый зверь, которого еще надо найти. Где-то здесь может быть и лекарь. Тоже хотелось бы найти.

В растерянности Алабар потер ушибленное плечо, покрутился в разные стороны, но никого не почувствовал. Не говоря о том, чтобы кого-то увидеть.

– Пончик, – тихо позвал дракон.

«Ты еще пошепчи» отругал он себя и уже во все горло заорал:

– По-о!...

И осекся. Перед ним, на одной из глыб, сидел ханур. Худой, как весенний заяц. Сидел спокойно, смотрел внимательно, слушал… тоже внимательно.

– Пончик, надо отсюда выбираться, – неуверенно обратился к нему Алабар. – Тишан и Маша нас ждут.

Дракон поймал себя на мысли, что ситуация несколько… абсурдная. Её нелепость заключалась в том, что разговаривать с существом, раз в пятьдесят мельче тебя было, по меньшей мере, странно. Но это «существо» до последнего момента вело себя настолько разумно, что все представления Алабара о разуме давно пошли прахом и сейчас он не знал как себя вести.

Зато, кажется, знал ханур.

Он неторопливо слез с камня. Так же не спеша подошел к дракону стоявшему на узенькой прибрежной косе, принюхался… И прыгнул на… Алабаровские штаны! Вцепился когтями, повис, вонзил клыки в ткань, и на одних клыках съехал вниз. Разорвав штанину пополам.

Следующие несколько мгновений дракон только и делал, что пытался увернуться от скачущего вокруг него зверька и вставить хоть слово в остервенелую и молчаливую расправу над штанами.

– Подожди…

Рывок, и узкая полоса ткани летит в сторону.

– Пончик, да я же…

Прыжок, и длинная бахрома полощется на легком ветру.

– Ну, не знал я, что так…

Треск, шмяк и элегантный разрез сзади на правой штанине.

– Послушай!..

Фр-р-рть! Такой же на левой.

– Перестань, пожалуйста…

Х-хр! Р-ра! Тр-ра! Пол штанины в мелкую прорезь!

– Пончик! Хватит!

У-ур-рр-ффф! Заключительный штрих, и филигранный надрез в виде косого креста точно на заднице. Главное, даже кожу не задел, стервец!

– Х-хар-р-рош-ш! – зарычал дракон.

Ханур отскочил. Остановился, презрительно чихнул и, задрав облезший за одни только сутки, хвост, неторопливо пошел по тропинке вверх.

А в голове Алабара ни с того ни с сего появилась яркая и четкая картинка: кулак с оттопыренным средним пальцем! И он точно знал, что это вмешательство чужого разума.

Это что сейчас было?! Этот мелкий грызун его послал?!!

Дожили.

6

– Готов? – спросил Машка.

Я пожал плечами. Как в нашем случае можно быть не готовым? Вещмешок на спину, руки в лямки и пошел.

Но кошак придирчиво меня осмотрел и остался недоволен.

– Вытряхни всё из сапог. Подтяни носки. Как следует заправь штанины. Потуже затяни пояс, чтобы он не расстегнулся.

Я решил, что лучше не спорить. Тон у Машки был командирский, с четко расставленными акцентами, рассчитанный на беспрекословное подчинение. Мне это, конечно, не понравилось – я вообще свободолюбивая личность – но ходить по горам я не спец, поэтому лучше сделать так, как кошак требует.

Он подошел ко мне, жестко подтянул лямки моего баула, прижав его к спине. Тонким ремешком, прихваченным у бандитов, связал эти лямки спереди, и, выудив из бокового кармана платок, вручил со словами:

– Повязывай! И покрепче.

Когда я выполнил и это требование, он обошел меня, дернул пару раз за пояс и вздохнул.

– Н-да-а… Ладно. Значит так. Ноги ставить жестко, чуть расставляя. На отдельные камни и движущиеся предметы, как то змеи, ежи, зайцы и прочее, не наступать! По сторонам не глазеть! Только под ноги и только вперед. Пошли.

И рванул с места. Вниз по тропе. Бегом.

Я, опомнившись, подпрыгнул и тоже побежал. За ним. А куда еще-то?!

Сразу же понял, что насладиться видами мне не светит. Еще через четверть часа, когда мы влетели в лес, и елки как сговорились: хлестали своими лапами побольнее, я уже видел только Машкину спину. Взмок, как суслик попавший в лужу, и понял зачем мне косынка на башке, если солнышко скрылось за тучами. А это чтобы пот в глазки не попадал, и низкие веточки волосья не драли!