Чтение онлайн

Девушка не знала, как ответить на этот вопрос. Принц не сводил глаз с её лица, всматриваясь, и просто ожидая ответа. Он не торопил её. Магичка подняла голову и уверенно произнесла:

– Мне знакомо только одно: люди вокруг меня, знают больше, чем я, о моей собственной жизни, от того решают, куда мне ехать и чем заниматься.

Имаш встал и отряхнулся.

– Разница в том, что ты владеешь роскошью к ним не прислушиваться.

***

Волки вернулись в стаю под утро. Взрослая голубоглазая женщина встретила мужчин и протянула руки. Вернувшиеся с вылазки маги передали ей окровавленную и грязную одежду. Жена Маиса, Сиана, легко поцеловала супруга и мягко улыбнулась остальным. Она была намного старше волка, но все знали, что они глубоко привязаны друг к другу. Детей пара, за десять лет жизни, так и не имела, поэтому женщина часто помогала Эдварду в воспитании Оксет и Харта, когда тот надолго уходил.

– Мне неловко. Я бы сам мог, – устало прошептал вожак, в ответ на желание помочь со стиркой, на что Сиана махнула рукой и указала ему уходить.

Марк теперь жил в построенном для него двухэтажном доме. На первом этаже он решал дела стаи и мог предоставить ночлег гостям, а на втором отдыхал, и хранил личные вещи. Он не спеша поднялся в пока ещё тёмную комнату, и сел на деревянный пол, опираясь о закрытую за собой дверь. Мужчина потёр виски и зевнул. Только сейчас он заметил спящую на его кровати Фриду. Марк встал, и тяжело вздохнул. Он не хотел говорить с ней, и спрашивать, почему она снова сюда пришла. Волк тихо прошёл по комнате, чтобы взять одежду, но девушка зашевелилась и хрипло произнесла:

– Ты вернулся? Уже утро?

– Спи, я лягу внизу, – прошептал мужчина.

Его взгляд упал на тетради для записей, и зацепился на пергаментах, около кровати.

– Ты рылась в моих вещах? – пока спокойно спросил мужчина. Он несколько раз перевернул бумаги и поднял глаза да Фриду, с укором взглянув из-под густых бровей.

Сон у девушки тут же пропал. Она села на кровать, поправила волосы и одежду, легко откашлялась и постаралась приблизиться к волку. Тот сделал шаг назад.

– Где портрет? – строго спросил вожак.

– Какой? Я не видела тут ничего. Не трогала, – девушка повторила попытку подойти.

– Верни, – Марк протянул руку.

Фрида подняла голову. Выражение её лица поменялось. Теперь она смотрела на него с вызовом и упорством.

– Разорвала и сожгла. Что и нужно было сделать ещё давно. Если тебе тяжело, то я помогла, – девушка хотела быть жёсткой, но её страх выдавали пальцы, нервно перебирающие завязки платья на груди.

– Кто тебе дал право копаться в моих вещах? – рыкнул волк. Девушка легко вздрогнула. – Я никогда тебе не лгал. Не стал прогонять, даже когда ты обманула меня. Ты перешла границу, слёзно умоляла простить, забыла? И вот ты снова её переходишь.

– Да! – на глазах у гостьи навернулись слёзы. – Да! И снова из-за неё! Она ведьма, ведьма! Эта проклятая Аваира успела обучить её какому-то привороту! Отчего ты до сих пор не можешь избавиться от неё, забыть? Почему хранил её портрет? Ты не задумывался? – теперь Фрида рыдала. – Это всё чары! Я знаю, я уверена… глубоко в душе ты и сам не хочешь ничего чувствовать к этой предательнице! Но она привязала тебя чем-то. Я верю, настоящая любовь разрушит всё чёрное колдовство.

– Зачем. Ты. Трогала. Мои. Вещи? – равнодушно спросил Марк.

– Искала травы, мешочек, пыльцу! Хоть что-то. Искала магический камень!

– У меня только тот, что очень давно подарила ты, – он прищурился.

– Ты думаешь, я сумасшедшая, да? – Фрида вытерла лицо ладонью и шмыгнула носом. – Йена тоже называли безумным последние годы. Только я и верила ему. Скажи, он ведь не был параноиком? Вы всегда были с Амалией вместе. За его спиной. Да?

– Уходи, – вожак отвернулся.

Фрида всхлипнула и медленно направилась к двери, с надеждой, что сейчас он развернётся, извинится, попросит остаться. С каждым шагом эта надежда угасала. Девушка остановилась в проёме и развернулась к мужчине. Она тихо проговорила ему в затылок:

– И где теперь твоя любимая? И где теперь твой единственный родной брат? Исчезли. А я всегда была с тобой рядом. Моей любви хватило бы на нас двоих. Только ты так и не дал мне даже малейшего шанса сделать тебя счастливым.

Не получив никакого ответа, девушка расплакалась с новой силой и вышла. Марк сел на кровать и опустил плечи. Вожак снял шнурок с волос и закрыл красные уставшие глаза.

Тишина сдавливала, заполняя всю комнату. Он чувствовал, как посреди огромного поселения не было ничего большего, чем его одиночество.

В тронном зале собрался весь свет столицы. Пышные, яркие платья, затмевали собой украшения дворца. На балу в честь приезда короля стало особенно весело, когда в зал ввалился Шут – любимое развлечение правителя.

Мужчина всё время горбился и переваливался с ноги на ногу, то вертясь, как юла, то исполняя гимнастические трюки. Пёстрые одежды скрывали его крепкое телосложение с чётким очертанием мышц. Шут всегда носил зелёную тунику.

Труднее всего было определить его возраст. Незапоминающееся лицо постоянно меняло гримасы, не давая возможности угадать, какая эмоция будет следующей. Он показывал фокусы и задирал юбки служанкам, отвешивал непристойные комплименты дамам из высшего общества, повторяя в оправдание, что он всего лишь Дурак. Сигурду нравились все выходки покорного слуги, даже самые грязные шутки. Титулованные особы хоть и обижались на Шута, но всем видом скрывали это, поддерживая хорошее настроение Его Величества.

– Сигурд Смелый потому и зовётся смелым, что вас всех, лицемеров, тут собирает! – Шут обвёл взглядом полный зал высокопоставленных жителей Бёргрига. – А вы проверили свои яства, хозяин? Нельзя никому доверять, – процедил он, забрасывая одну ногу прямо на стол.

– Не проверял! – король с интересом наклонился к своему слуге. – Я поддерживаю статус прозвища, – громко добавил он и ударил булавой по ноге собеседника.

Шут взвыл и поковылял в другой конец зала, обиженно оглядываясь на хохочущего Сигурда. Восседая на богато украшенном россыпью разноцветных камней, золотом троне, король отпил лучшего вина столицы из высокого кубка, постукивая перстнем власти по ножке бокала. Его ярко-рыжая борода, касаясь круглого живота, ничуть не уступала ослепительности драгоценностей. Правитель был стар, однако седина ещё не тронула его бороды. На лысой голове немного покосилась высокая, но простая золотая корона, украшенная алмазным вороном. Сигурд, не скрывая довольства, наблюдал, как веселятся его подданные.

Дурак встал между двумя вытянутыми, словно струна, женщинами, и заговорил с ними.

– А я вот что видел вчера: вот эта дама, – он указал пальцем на женщину с высокой причёской, – пришла к портнихе, и заплатила ей, чтобы та, показала платье, которое сейчас на Вас, – он ткнул пальцем во вторую. – Она попросила, чтобы ей сшили красивее. И дороже.

Женщины переглянулись. Шут задорно ухмыльнулся, радуясь, что ему удалось захватить их внимание. Он ехидно продолжил:

– Она сказала, что в состоянии позволить себе что-то модное и красивое, а не то, на что у графини Морес хватит денег. Из-за долгов её глупого мужа! – последнюю фразу он произнёс так громко, что рядом стоящие люди обернулись.