Чтение онлайн

— Спасибо, стараюсь, — поклонился я, не теряя самодовольной ухмылки.

— Ты поэтому так долго общался с этой человеческой самкой? — в голосе Патины скользнула нотка… ревности? Нет, скорее, того же самого исследовательского интереса, с которым она смотрела на меня всё это время.

Я аж фыркнул.

— О, нет! Нет-нет, — покачал я головой, делая большие честные глаза. — Меня интересовал технологический прогресс в целом.

Принцесса прищурилась, будто пытаясь поймать меня на лжи.

— Эта самка знает что-то полезное?

Я слегка качнул головой.

— И да, и нет. По нашим меркам, она как молоденькая кобылка, что ещё живёт в табуне родителей, но уже жаждет большего и, само собой, набивает свои собственные шишки.

Патина задумчиво хмыкнула, а потом, словно подытоживая, процитировала из местного философского трактата:

— Наблюдая за падающей каплей, можно догадаться, что есть сила, которая заставляет её падать.

Я чуть улыбнулся.

— Именно. Обыденные для неё вещи могут оказаться удивительно востребованными открытиями у нас. Например, полёт. Я бы не отказался полетать, как птица.

Принцесса на мгновение растерялась, будто не знала, смеяться ей или принять мой энтузиазм всерьёз.

— Ну… — протянула она, явно неуверенно. — Я могу изобразить что-то вроде очень высокого и медленного прыжка. Если залезешь ко мне на спину, сможешь испытать что-то вроде полёта. Ну, почти.

Я чуть не поперхнулся воздухом.

— За предложение спасибо, но нет, — отмахнулся я, всё-таки не сдержав смешок. — Я говорил об ином. Само знание о том, что люди умеют летать, уже достаточно, чтобы понять: это возможно. Значит, есть путь, по которому уже кто-то прошёл.

Принцесса кивнула, принимая довод, но было видно — ей ещё нужно переварить это.

— Ты всё ещё думаешь о способах быстрой связи?

Я приосанился, вскинув голову с видом аристократа, пойманного за не самой благородной забавой.

— Ваше высочество, — перешёл я на высокий слог. — Вы ведь не расстроитесь, если порывы этого пони окажутся предельно низменными и эгоистичными в этом вопросе?

Она чуть наклонила голову, задумавшись.

— Не могу связать между собой полёт и низменные порывы.

— Мне просто хочется насладиться полётом, — протянул я, мечтательно глядя в небо. — И когда я говорю «полёт», то не имею в виду сброс моего бренного тела с высокого обрыва или запуск в небо при помощи катапульты.

Я весело рассмеялся, но, кажется, Патина уже представляла оба варианта в красках.

— Осознаю, что умение летать, можно использовать для полезных дел в королевстве, но изначально моя мечта сугубо личная.

Принцесса задумчиво всмотрелась в мои глаза, словно проверяя, нет ли там подвоха. Потом криво улыбнулась и, к моему удивлению, прижалась ко мне.

— Учитывая то количество изобретений, которые ты уже привнёс, было бы странно, если бы тебе не помогли с твоей личной, но один пёс полезной для королевства мечтой.

Я одобрительно хмыкнул. Люблю, когда люди… кхм… кобылы понимают очевидные вещи.

— Твои мечты не похожи на те, что были у дворян, — продолжила она, чуть мягче. — Ты напоминаешь мне дедушку.

Я вскинул бровь.

— Вот как? — переспросил я, и тут же в голове вспыхнула шальная мысль и я пошутил: — Он тоже мечтал летать над головами врагов и заливать их ядом?

Патина замерла. Не просто замерла — остановилась как вкопанная.

Я почувствовал, как на меня упал её взгляд. Тяжёлый, оценивающий… И это был не взгляд супруги. Это был взгляд принцессы.

— А вот с этого места поподробнее, муж мой, — её голос стал чуть ниже, чуть медленнее… и чертовски настораживающим.

О-о-о, похоже, я случайно ткнул копытом в нечто… очень важное.

=*=

Как Игнис и сказала, так оно и оказалось. Едва мы переступили порог, нас встретила дивная картина: Фрейя с упоением каталась по новенькому матрасу, методично тестируя каждый его край, будто это был не обыденный матрас, а сверхточная поверочная плита, от точности которой зависила судьба человечества… в смысле, судьба всех пони.

— Надо же, удобный какой, — довольно протянула она, перекатываясь на другой бок. — Вот тут жёстче, тут мягче… Думаю, буду спать по диагонали.

Но не успели мы почистить копыта от дорожной пыли, как Фрейя, обеспечила нам и поздний перекус и новости:

— Приходила кобылка, тебя спрашивала, — Фрейя зашла с козырей. — Она сказала, что её зовут Ежевика, и ты её знаешь.

Я моргнул.

— Ежевика? — Переспросил я с недоумением, не находя в голове ни единой подходящей ассоциации.

Фрейя понимающе усмехнулась, а Игнис, чья тёмная шерсть, казалось, могла скрывать любые эмоции, бросила на меня внимательный взгляд:

— Не представляю, каково это — жить с частичной потерей памяти, — как бы невзначай заметила она, а затем пояснила: — Когда я собирала информацию о тебе, имя Ежевика встречалось. Если память не изменяет уже мне, то это твоя прямая сестра. Младше тебя на год или два.

Прямая? Ах да… Это значит, что у нас с ней одна мать.

Память что-то такое мне уже подсовывала, но, видимо, я был слишком занят попытками не сойти с ума в этом мире, чтобы всерьёз вникать. Теперь же передо мной во весь рост встал новый вопрос: как реагировать?

Родная сестра… А я о ней — ничего. Пустота. И что мне теперь делать? Изобразить радость? Кинуться обниматься, даже не зная, как она выглядит? Так… Надо срочно «стелить соломку».

Я сделал жалобное выражение морды и протянул:

— Принцесса, выручай.

Игнис даже бровью не повела, лишь коротко уточнила:

— Что надо делать?

— Я их не помню. Никого не знаю. Для меня они просто незнакомые пони. Но если это действительно моя семья, такое отношение — верх хамства.

— Не нагнетай. Что конкретно делать то?

— Не могла бы ты их встретить и разъяснить этот момент? Чтобы, когда я ударю мордой в грязь, было не так стыдно и меня окружали понимающие ситуацию пони.

Игнис неожиданно усмехнулась: