Чтение онлайн

«Мы поедем вместе?!»

Повозка, потряхиваясь на неровной дороге, все дальше удалялась от Клэрмо, и вскоре деревушка совсем пропала из виду, скрывшись за холмами. Через несколько часов путники выбрались на большой каменный тракт, который, как полноводная река, вбирал в себя небольшие тропинки и просёлочные пути.

Герт с Вельсигг увлечённо болтали о чём-то своём, Алан же, погружённый в собственные размышления, молча осматривал плывущие мимо окрестности, сидя на покрытом тканью деревянном ящике позади них. Иногда троица встречалась с одинокими путниками или группами соратников, идущими в разные стороны. Периодически Герт перебрасывался с ними парой слов, а затем подстегивал коней, и повозка набирала скорость.

Алан беспокоился, что поездка в Штаркхен вместе с Вельсигг станет поводом для шуток со стороны Герта, но тот, к вящей радости молодого мастера, не проронил ни слова в эту сторону. Зато голову парня вновь начали занимать мысли о доме. Сейчас он твердо был уверен, что всё это реально, и его действительно перенесло в собственный мир. Наивная детская мечта обрела плоть и кровь, но радость смешалась с тревогой и тоской из-за постоянных волнений. Что сталось с родителями, чей сын вот так просто исчез без следа?

Алан постоянно возвращался к этим мыслям, и в эти моменты лицо его становилось невыразимо потерянным, даже привычные огоньки в глазах угасали, уступая место липнущей пустоте, которая обволакивала изнутри, делая краски жизни бледными.

Рассказывать Герту о своих переживаниях Алан не хотел. После нескольких попыток вытянуть из помощника хоть что-то кузнец махнул на это рукой и оставил парня в покое, за что тот в глубине души был ему благодарен.

Но проблема все равно оставалась нерешённой. Алан никак не мог толком разобраться в себе, понять, чего он действительно хочет. Даже если парень отвечал себе, что он рад возможности жить в своем мире, шепот в голове тут же напоминал о родителях и доме, о немногих друзьях и будущем великого мастера. Можно ли было просто взять и отпустить всё, через что прошёл за 20 долгих лет бок о бок с отцом, воспитавшим в нём трудолюбие и ответственность, и матерью, которая подарила заботу и внимание? Сделать вид, что всего этого не было, точно не получилось бы даже при искреннем желании. Но Алан и не хотел забывать.

С другой стороны, здешний мир был другим. Здесь Алан мог развить в себе такие способности, о которых можно было только мечтать, создать свою крепкую семью и…

Увлёкшись внутренним конфликтом, парень не сразу заметил внимательный пристальный взгляд темно-карих глаз. Он машинально вскинул бровь, и Вельсигг коротко усмехнулась.

— Ты очень громко о чём-то думаешь.

«Громко думаю?» — Видимо, на лице Алана появилось неподдельное удивление. Девушка наклонила голову, глядя на молодого кузнеца вполоборота.

— Он часто так, — вклинился в разговор Герт, перехватывая поводъя поудобнее.

— И о чём думаешь? — уточнила Вельсигг. Перестав сверлить Алана взглядом, она начала рассматривать бегущую мимо повозки стену древнего леса, утопающего в разноцветности пышных крон.

— О тебе, — невпопад брякнул Алан.

Герт вдруг громко расхохотался, а девушка снова посмотрела на Алана, будто пытаясь понять, правду ли он говорит.

— Так быстро? Надо же.

Безобидная, казалось бы, фраза сильно смутила парня. Он надеялся, что его ответ обескуражит Вельсигг, но его оружие в итоге использовали против него.

— Забудь, — махнул рукой Алан. — О своём, о вечном.

— Понятно. — Вельсигг снова вернула себе непоколебимую уверенность, и дальнейший путь они провели в молчании, под звуки скрипящих колёс, щебета птиц (некоторых Алан всё-таки успел увидеть мимолётом) и шелест листвы.

Когда на землю спустились сумерки, спутники остановили повозку на перепутье, где главный тракт разделялся на несколько путей. Один вёл на север, к границе герцогства через всю его территорию. Вторая дорога уходила на северо-восток. Указатель на ней сообщал, что до Штаркхена ехать осталось около пяти лиг.

Правда, с измерительной системой в этом мире была проблема: она не соответствовала таковой в реальности. Основными единицами здесь были шаг, который приблизительно равнялся ярду, и лига — чуть больше шести миль или десять километров по европейской системе. Привыкнуть к этому Алан до сих пор не мог, каждый раз ему приходилось напрягать мозги и конвертировать расстояния в уме.

— Если проедем ещё с половину лиги, сможем остановиться на постой в придорожной таверне, — озвучил мысль Герт. Возможность поспать в теплой постели была соблазнительной, и решение приняли единогласно. После небольшого перерыва спутники отправились дальше.

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Алан до самого прибытия к таверне рассматривал вечернее небо, на котором светящиеся точки беззаботно танцевали в замысловатых пируэтах. В воздухе запахло свежестью приближающейся ночи, и путешественники закутались в тёплые плащи из шерсти, которую здесь получали, постригая греннов — некую помесь лошади и крупного оленя.

Эти грациозные животные обладали мирным нравом, массивными рогами, а их прочную шкуру бирюзового цвета почти полностью покрывала густая светло-синяя шерсть. В средней полосе гренны изначально не водились: их родной средой обитания были заснеженные северные регионы центрального континента, носившего название Айнзельд. Население этих регионов использовало греннов для получения шерсти, питательного молока и торговли. Со временем некоторые феодалы стали закупать животных в собственные хозяйства, и так гренны расселились по немалой части материка.

В трактире было тепло и уютно. Когда путники расседлали коней и вручили их конюху, первым делом они отогрелись элем. Гостей в зале было много: торговцы со всех окрестных деревень спешили в Штаркхен, чтобы продать свои товары и пополнить необходимые запасы перед сезоном дождей, а таверна стояла на пересечении всех южных дорог в направлении столицы герцогства.

По словам Герта, раньше хозяин заведения часто сам стоял за стойкой и обслуживал гостей, но со временем, когда появилась возможность, нанял с два десятка работников и стражников, которые полностью обслуживали и охраняли заведение от бандитов, а сам поселился в пригороде и лишь изредка навещал таверну лично, чтобы убедиться, что всё работает так, как нужно.

— Хорошо ночевать под крышей, — протянул довольно Герт, поставив опустевшую кружку на стол. — Раньше я, бывало, часто путешествовал, пока своё место не нашёл в Клэрмо.

— А как давно ты стал кузнецом? — поинтересовался Алан. До этого он не спрашивал мастера о его прошлом, а сейчас атмосфера и приятное тепло в животе располагали к разговору как нельзя лучше, позволив отвлечься от мыслей о родном мире.

— Да по молодости еще, — задумчиво ответил бородач. — Как тебе лет было, наверное. Мы тогда с отцом и матерью жили в другой деревне. В то время наше герцогство грызлось с соседями за какие-то свои хотелки, и нашего кузнеца взяли в войско отца нынешнего герцога, вместе с отрядами снабжания бродил, лошадей подкатывал, оружие да доспехи солдатам правил.

— Снабжания? — переспросил Алан. На его памяти такое коверкание привычного слова он слышал впервые.

— Угу. Солдаты так людей из снабжения ласково называют. — Герт слабо улыбнулся, будто погрузившись в приятное воспоминание. Вельсигг молча слушала разговор, изучая взглядом сидящих в зале гостей.

— Ты тоже солдатом был, что ли? — Алан заинтересованно наклонился ближе к столу, ожидая интересную историю.

— Был, был, — кивнул кузнец.

— Интересно. Староста упоминал, что тоже был связан с военными, вроде, даже с герцогом пересекался.