Чтение онлайн

— И что? — жёстко отрезал Герт. — Ты бы всё равно ничем не смог помочь. Да и мы все.

— Но ты был солда…

— Заткнись, — грубо прервал Алана на полуслове кузнец. Он с силой сжал поводья и тяжело вздохнул. — Извини за грубость. Но мы правда ничем не смогли бы помочь. В этих краях не водится мертвечина. Ей, как ты должен понимать, кто-то отдаёт приказы. Герцог наверняка пришлёт военный отряд, чтобы разобраться, так что не переживай об этом. Мертвые ходят медленно, так что, думаю, все успели уйти. Почти все…

Алан вспомнил темные силуэты между деревьев, и от этого воспоминания по спине пробежал табун мурашек. Вельсигг была на удивление спокойна, и парень понял, что это явно не напускное ее состояние.

— Любопытно, откуда в этих землях взяться некроманту. Гильдия магов обычно быстро находит самоучек, дорвавшихся до запретных знаний. — Девушка поморщилась, будто вспомнила что-то неприятное.

— А ты откуда знаешь про гильдию магов и ее дела? — спросил Герт, на миг бросив взгляд в сторону знахарки.

— Мать рассказывала один раз, — мгновенно ответила та, кутаясь в плащ, из-под которого торчало круглое навершие меча.

— Вот как, — задумался кузнец. — Понятно.

Дальше разговор не клеился, и остаток пути до Штаркхена прошел в гнетущем молчании.

Когда на горизонте показались внушительной высоты крепостные стены столицы и возвышающиеся над ними квадратные башни с бойницами, небо заметно посветлело. Последние тусклые узоры спрятались за облаками, а воздух стал чуть теплее.

— Не думал, что он такой… — с нотками восхищения в голосе протянул Алан, стараясь охватить взглядом всю длину стены, расходящуюся в разные стороны на, как минимум, тысячу ярдов.

«Если так выглядит столица герцогства, что говорить о королевстве?», — поразился про себя парень.

Герт перехватил поводья и почесал бороду.

— А то. Центр всего герцогства, как ни крути. Это вам не деревенька с сотней селян.

Перед крепостной стеной с массивными главными воротами, усиленными железными решётками, раскинулись бескрайние поля, усеянные пахотными землями и домишками местных крестьян, мастерскими небогатых ремесленников, которым не хватало средств на аренду места в городе, лавочками и простенькими жилыми домами приезжих. Дальше всего располагалось подобие палаточного лагеря по обеим сторонам тракта, который обосновали нищие, выживающие только за счёт попрошайничества.

Стоило повозке пересечь границу этого лагеря, как в нос путникам ударил весьма неприятный и специфический запах сырости, гнили, грязи, пота, мочи и фекалий. Замотанные в рваное тряпьё старики, исхудавшие женщины, подростки, больше напоминавшие скелетов, чем людей — всё это наводило на невесёлые мысли.

— Рай для антисанитарии, — негромко проговорил Алан.

— Что для чего? — переспросил Герт, непонимающе глядя на помощника. Тот отмахнулся и постарался дышать чуть менее глубоко.

— Говорю, простор для болезней тут. Можно запросто подхватить целый букет болячек.

— Тут ты прав, — согласился Герт. — Когда-то таких же расселяли по отдельным деревням, но немногие остались там, чтобы честно трудиться. Кто подался на большую дорогу в поисках лёгкой наживы, кто вернулся сюда. Потому в округе осталось немало брошенных деревень, не протянувших и десятка лет. А лагерь этот… Как стоял, так и стоит. Смешно.

— Нет ничего более вечного, чем временное. — Алан вспомнил знакомую фразу и вздохнул.

«М — да. Даже здесь никто не отменял тотальную бедность и разделение на классы. Знал бы, что попаду сюда однажды… И что? Создал бы всех равными и счастливыми? Коммунист недоделанный, блин».

Парень горько усмехнулся собственным мыслям под взглядом Вельсигг, которого не заметил.

Вскоре ряды рваных палаток закончились, и повозку окружили построенные тут и там дома, мастерские и лавки. Это могло бы напоминать деревню или небольшой городок, если бы не полная хаотичность застройки.

«А еще это рай для стихийного пожара»

Чем ближе становились городские ворота, тем больший трепет они вызывали: две гигантские створки высотой порядка десяти — двенадцати ярдов были надёжно обиты толстыми железными полосами, которые удерживали вместе широкие крепкие брёвна с вырезанными на них угловатыми узорами. В этих линиях Алану удалось высмотреть надпись «Штаркхен». Перед воротами была выкопана глубокая яма, залитая водой и накрытая тяжёлой кованной решёткой. Саму решётку соединяли с каменной аркой ворот массивные цепи, выходящие из гнёзд в главной башне.

«Это же барбакан!», — вдруг понял Алан. Он бросил взгляд на основание крепостной стены и не сразу увидел, что оборона города спланирована очень хитро: вокруг стен располагался такой же глубокий, как яма под решёткой, ров, который был ловко замаскирован настилом из толстых веток, покрытых дёрном, но увидеть это мельком было невозможно. Алан вспомнил, что когда-то видел подобное укрепление в одной компьютерной игре.

Одного или нескольких человек такое покрытие могло бы выдержать, а вот наступающую армию с лестницами и осадными башнями — вряд ли.

У ворот собралась целая толпа. В некоторых из присутствующих здесь Алан узнал бежавших из таверны постояльцев. Чуть поодаль от ворот стояли телеги с запряжёнными лошадьми, хозяева которых возбуждённо что-то обсуждали. Из обрывков разговора беженцев со стражниками троица поняла, что в связи с произошедшим нападением в город временно никого не пускают.

— И что нам делать? — растерянно поинтересовался Алан у Герта. Тот нахмурился, но всего лишь повёл плечами.

— Отведём повозку к остальным. Обратно всё равно без запасов не воротиться. Придется подождать, пока разберутся.

К вечеру на месте остановки беженцев образовался небольшой лагерь. Повозки расставили вкруг, лошадей распрягли, а в центре разожгли большой костёр и несколько десятков малых, возле которых собрались отрядами все путники, включая и Герта с компанией.

В походном котелке бурлила свежая густая похлебка с мясом, жиром и хлебными мякишами, дрова громко потрескивали, и путники, укутавшись в плащи, спасались от сумеречной прохлады, обогревая руки возле пляшущих языков пламени.

Алан невольно вспомнил свои редкие походы на природу, когда с большим рюкзаком он выбирался подальше от родного дома, чтобы провести несколько дней в лесу. Точно так же он сидел перед огнем, слушая переклич ночных птиц, треск углей в костре и наслаждался единением с природой. Разве что, в этот раз были несколько… иные обстоятельства.