Чтение онлайн

— Это звучит слишком великодушно для Ванессы, — прямо говорит он. — Джемма, скажи мне, что она сказала.

— Я не хочу.

— Почему нет?

Я скрещиваю руки на груди.

— Потому что!

— Это не ответ.

— Ну, это единственное, что ты получишь.

Он стонет.

— Господи, ты заноза в заднице.

— О, как будто это поможет твоему случаю, — я закатываю глаза. — Ну-ну, оскорбляй человека, от которого ты хочешь получить ответы. Очень умно.

— Ты уклоняешься, — указывает он.

— Нет, — огрызаюсь я, защищаясь.

Он ловит мой взгляд, и я вижу, что его взгляд смягчился.

— Давай, солнышко.

Его голос тёплый, ласковый.

— Это неловко, понимаешь? — бормочу я, слова вылетают из моего рта слишком быстро, чтобы остановиться. — Возможно, она приравняла меня к блестящей новой игрушке, которую ты используешь и выбросишь, как только я тебе наскучу. Она фактически назвала меня секс-куклой. Просто не так лаконично.

Из горла Чейза вырывается сердитый звук.

— Но это не имеет значения, — продолжаю я, прежде чем он впадёт в ярость. — Потому что там была Фиби, и она полностью расправилась с Ванессой. Серьёзно, за этим было потрясающе наблюдать. Очевидно, она застала её в компрометирующем положении на каком-то благотворительном мероприятии в прошлом году…

— Джемма, — его голос так тих, что я мгновенно замолкаю.

— Д-да? — я заикаюсь, пытаясь сохранить хладнокровие, когда он внезапно сдвигается, так что теперь склоняется ко мне, и его пристальный взгляд ловит мои глаза.

— Ты ей поверила.

— Нет, я не поверила, — настаиваю я, хотя это наполовину ложь.

— Ты поверила, — его голос раздражен. — Ты всё ещё думаешь, что для меня это просто секс. Что дело только в охоте. В том, чтобы унять зуд или развлечь меня на несколько недель.

— Я… эм… ну… — я с трудом подбираю слова, не зная, что ему сказать.

— Чёрт, Джемма! — рычит он. — Ты действительно думаешь, что для меня это не больше сказанного?

— Ум… Нет? — я вздрагиваю от неуверенности в собственном голосе.

— Господи, — бормочет он, откидываясь на подушку рядом со мной и глядя в потолок. — Если ты так думаешь, какого чёрта ты со мной делаешь?

— Наверное, я просто подумала… — я закрываю глаза и заставляю себя произнести это. — Я никогда не чувствовала себя так раньше. Никто никогда не смотрел на меня так, как ты, не прикасался ко мне так, как ты, не заботился обо мне так, как ты. Я никогда не чувствовала, что кто-то по-настоящему понимает меня, до тебя. И я подумала, что каждый заслуживает того, чтобы почувствовать себя так, хотя бы раз в жизни, верно? Даже если это не продлится долго. Даже если другой человек не чувствует того же самого.

— Солнышко…

— Послушай, я лучше, чем кто-либо другой, знаю, что любовь не всегда идеально сбалансирована — она не ломается, не уравновешивает весы одинаково с обеих сторон. Кто-то всегда заботится больше. Так что, думаю, всё в порядке, если я тот человек, из нас. Всё в порядке, Чейз. Просто потому, что это не идеально, не значит, что это не реально.

Он пристально смотрит на меня.

Я пытаюсь улыбнуться, но улыбка немного дрожит.

— Не волнуйся, я не собираюсь сходить с ума или что-то в этом роде и начать преследовать тебя.

Он продолжает пялиться.

— Прости, я знаю, что не должна была ничего говорить. Просто, ну, ты спросил. И я не очень хороший лжец. Однажды Крисси попросила меня прикрыть её перед Марком, потому что они сидели на диете для пар, и она, видимо, умирала от голода, поэтому она улизнула, чтобы купить замороженный йогурт "Розовая ягода", и когда он спросил меня, где она, я сказала ему, что она учится играть на укулеле с помощью…

— Джемма.

— Да?

— Заткнись.

Я фыркаю.

— Не говорите мне заткнуться, мистер… Эй!

Мой протестующий вопль вырывается как раз в тот момент, когда Чейз хватает меня за плечи, прижимает к кровати и перекатывается так, что всё его тело оказывается поверх моего. Я пытаюсь оттолкнуть его, но он слишком тяжелый, чтобы сдвинуться даже на сантиметр.

— Слезь! — жалуюсь я, тщетно извиваясь. — Ты тяжёлый!

— Ты ненормальная.

— Прошу прощения?

— Ты. Ты ненормальная в этих отношениях. Не я.

— Нет!

— Джемма, количество бессмысленной ерунды, в которую ты убедила себя поверить всего за несколько дней, может установить мировой рекорд.

Грубиян!

— Ну, я так уверена, — говорю я чванливо, глядя на него снизу вверх.

Он щурит глаза.

— Ты убедила себя, что меня это не волнует так сильно, как тебя, что я не так заинтересован в этом, как ты, и что я не чувствую того же к тебе. И всё это уже и так достаточно плохо, но вдобавок ко всему, ты также убедила себя, что это почему-то нормально чувствовать себя так. Что это не совсем хреново для тебя — быть в отношениях, в которых ты единственная инвестируешь, где парню на тебя наплевать.

— Ну…

— Сейчас я говорю, — его голос не оставляет места для споров, и я захлопываю рот. — Я знаю, что ты никогда не делала этого раньше, я знаю, что ты думаешь, что у нас разные определения того, что происходит между нами, поэтому я изложу это для тебя, как дважды два. Моё определение.

О, боже.

Он наклоняется так близко, что его губы практически прижимаются к моим.

— Мы вместе. Ты моя. А это значит, что мне насрать. Мне всегда будет насрать. Мы будем ссориться, мы будем совершать ошибки, мы, вероятно, сведём друг друга с ума, потому что, как я уже говорил ранее, ты ненормальная.

Я открываю рот, чтобы возразить, но он продолжает говорить:

— Только не говори мне, что ты мне безразлична, потому что это чушь собачья. Не говори мне, что я не с тобой в этом, потому что это так. Я в деле, солнышко. И мне не всё равно, точнее гораздо больше, чем я когда-либо думал, — он опускает лоб и прижимается им к моему лбу, и его голос немного теряет свою резкость. — Эти отношения — это то, что сейчас происходит. Ты и я — мы партнёры. Равные партнёры, с равными чувствами и равными шансами получить травму. Ты меня поняла?