Чтение онлайн

– Мисс Мэнс ещё не поправилась? – процедил сквозь зубы Соммерс, повергнув помощника в состояние лёгкого шока. Насколько же старик отчаялся, что мечтает о возвращении в строй самого ненавистного ему правозащитника?! Соммерс, конечно, надеется про себя, что хоть в полностью прояснившемся деле банковских грабежей сможет наконец-то переиграть ловкого оппонента. – Отправляйся к Вэнрайту, пусть он по-дружески потолкует с адвокатом, как только та выздоровеет, – велел прокурор. – Оборотни не долго сидят на больничном, мисс Мэнс со дня на день придёт в себя.

«А мастера к уговорам подключить не надо?» – мысленно вздохнул Ривз. Однако всяко приятней поболтать с капитаном, чем писать требование в Коллегию адвокатов.

– У главы банды точно денег нет? Со своих плеч на чужие заботу об адвокате никак не переложим? – прикидывал прокурор и так и этак.

– Счета главы грабителей пусты, как брюхо голодного шакала, а про накопления в наличных спрашивать бесполезно: ясно же как день, что мы поинтересуемся их происхождением. Официально глава шайки – самый нищий человек на свете и, согласно шестой поправке к конституции, имеет право на бесплатного адвоката.

Служащие Фемиды замолчали, думая о том, как совсем недавно всё блестяще складывалось в деле грабежей. Задержанные все поголовно давали признательные показания, деморализованные уничтожением их бандитского логова, арестом всего имущества и осознанием, что теперь им некуда деваться, кроме как в тюрьму. Им быстро растолковали, что длительность пребывания за решёткой будет напрямую зависеть от их готовности идти на контакт, и шайка аферистов быстро согласилась сотрудничать со следствием. Большую часть похищенного из банковских ячеек нашли и вернули счастливым владельцам, и даже офицеры Федерального Бюро расследований (с самого начала взявшего дело наглых грабежей под свой особый контроль) выразили удовлетворение работой детективов полицейских департаментов. Но в последние дни всё шло наперекосяк!

– Иди и без адвоката не возвращайся, – велел прокурор своему помощнику, и Ривз пошёл писать обращения и звонить капитану.

...

Мужчину, сидевшего у постели, когда она пробудилась ото сна, Вэл узнала сразу: это был бессменный лекарь посёлка мантикор, частенько вправлявший ей в детстве переломы и пичкавший микстурами при иногда случавшихся несварениях. (В детстве в рацион Вэл вносили разнообразие не только ядовитые жабы).

– С добрым утром, – весело приветствовал её врач. – Долговато в постели провалялась, девочка моя. Вот не думал, что придётся тебя и во взрослом возрасте лечить! Ты мне сколько раз давала зарок по высоким скалам не лазать, всякую дрянь не глотать, глубоко под водой на рыб не охотиться? А матери обещала не подходить близко к незнакомым Иным!

– Сейчас я вынуждена подходить близко к незнакомым Иным – вернее, не сбегать, когда они являются в мою контору, – слабо улыбнулась Вэл.

– Ага, память к тебе вернулась?

– Да, вроде бы провалов нет. Пока я болела, ко мне кто-то приходил? Я голоса слышала сквозь сон...

– Легче сказать, кто к тебе не приходил, – фыркнул врач. – Мастер Лос-Анджелеса являлся, причём с сыном и супругой. Капитан полиции заглядывал – рыжий такой, судя по всему – тоже инкуб. Среди твоих знакомых не слишком много демонов секса в последние годы завелось, а? Твой муж постоянно залетал и грозно смотрел на сына мастера – похоже, ему тоже не нравится обилие инкубов в твоей свободной жизни разведённой женщины. Родители приезжали, причитали над тобой, пока дед их восвояси не отправил. Парень-человек приезжал, утверждал, что твой личный помощник. Ну, дед и его обратно отослал, чтоб контора твоя пустая не стояла. Парочка некромантов заглядывала и ведьма с ними заодно. Ещё вампиры прибегали, много, всех не упомню, пятеро ещё остались, тут живут, деда твоего до печёнок доняли.

– Пять вампиров? – поразилась Вэл. – Это кто?

– Телохранители твои, мужем твоим к тебе приставленные. Брэд в пух и прах разругался с твоим дедом, ворчавшим, что в посёлок мантикор ни один убийца не сунется, но на своём настоял.

Сев в постели, Вэл издала стон великомученицы и обхватила голову руками. За что, высшие силы?! Один-единственный раз она попалась в такую ловушку! При первом просчёте провинившегося человека судьи обычно назначают условный срок, почему же её сразу под стражу отдали?! Она подаст апелляцию и будет требовать пересмотра решения!

При мысли о встрече с судьёй её кинуло в жар, даже злость на приставление к ней телохранителей померкла. Она припомнила недавний «сон», в котором не опознала голос мужа: значит, его разговор с дедом ей не померещился. Это Брэд пресёк нападение на неё убийцы, вырвав у того вопль боли и бессильной злобы. Это Брэд выловил из реки её бесчувственное тело и доставил в расположенный в десятке миль посёлок мантикор, зная, что здесь есть лекарь и тут она будет под надёжной защитой соплеменников. Как он опять умудрился вовремя прийти ей на помощь?! Мистика! Секрет всех мужей, чьи жёны часто встревают в неприятности!

В ответ на её стон в дверях появился дедушка. Годы прибавили бывшему шерифу морщин на лице и глубоких складок на высоком лбу, выбелили и сильно проредили волосы на голове, но не смогли согнуть его сухопарую подвижную фигуру. И взгляд оставили таким же ясным и прозорливым, как в молодости.

– Сколько разделов в Кодексе Иных? – с порога спросил любимый родственник.

– И тебе привет от всей души, – улыбнулась Вэл и бойко отрапортовала: – Двадцать семь разделов – ровно в два раза меньше, чем в Кодексе общего федерального законодательства страны. Те отрасли права, что представители ИГР не сочли нужным адаптировать под себя, регулируются в соответствии с общефедеральными нормами.

– Рад видеть тебя в здравом уме и твёрдой памяти, – обрадовался дед и ласково потрепал взлохмаченные кудри внучки. – Ты умудряешься доставить семье больше волнений, чем твой брат – боевой офицер ФБР!

– Потому что вся деятельность брата строго засекречена и о ней ничего родным не известно, о моей же постоянно трещат журналисты! – оправдалась Вэл.

– Про журналистов верно замечено, ты опять героиня всех статей, – горделиво усмехнулся дед. – Ты и сведения раздобыла, что позволили банду ликвидировать, и при операции захвата многим полицейским жизнь спасла.

– Ребята Уильямса всех нелегалов захватили? – поспешила выяснить Вэл.

– Всех, не волнуйся. Арестовали и тех, кто на момент явления полиции в лаборатории не сидел, – взятые с поличным (награбленным добром) сразу сдали остальных членов шайки. Дело банды Хоупа уже рассмотрено Большим Жюри, которое утвердило обвинительное заключение по нему и передало в суд высшей инстанции.

Припомнив врезавшийся в память диалог, услышанный сквозь сон, Вэл уточнила:

– Шайку аферистов ведьмака судит не Кэмпбелл?

– Нет, твой муж отказался от ведения дела, выдвинув аргумент личной заинтересованности в его исходе.

– Он часто заглядывал сюда после того, как сдал меня на твоё попечение?

Тот визит, что ей запомнился, был единственным? Судья, как ни крути, это очень занятой человек.

– Каждый вечер прилетал, порой уже после полуночи, и до рассвета у твоей постели вахту нёс, – проворчал дед, кивнув в сторону широкого мягкого кресла, стоящего у окна. – Я так и не понял, на кой телохранителей под окнами расставлять, если самому рядом с объектом охраны постоянно околачиваться.