Чтение онлайн

Доктор ушёл, а я вернулась в комнату отца. Оставлять виконта в одиночестве, когда он только пришёл в себя, было бы неправильным.

Но в то же время я прекрасно понимала, что в данный момент ничем не могу помочь. Да и не хотелось пропустить свадьбу Иви. Я верила, что она обязательно состоится, и подруга с графом найдут общий язык. Ничего, вернусь после венчания.

За обедом в столовой царила гнетущая, почти осязаемая тишина.

— Матушка, я понимаю, как вам сейчас тяжело, — начала я, стараясь не обращать внимания на холодность хозяйки дома. — Я буду приезжать так часто, как только смогу, чтобы помогать с отцом.

— Зачем? — матушка бросила на меня недовольный взгляд. — За виконтом будут ухаживать сиделки, а врачи проследят за его состоянием. Да и у меня теперь будет… много времени… После того как я лишилась…

Она резко оборвала фразу, но я заметила, как женщина машинально прикоснулась к животу. Неужели леди Горделия потеряла ребенка?

Настаивать я не стала. Но решила, что всё равно приеду после свадьбы Иви. Тем более мне нужно было встретиться с редактором «Мира Моды».

Вечером, когда слуги готовили наш с маркизом экипаж, я вышла в сад. День выдался невероятно тяжёлым, полным сложных эмоций. Мне хотелось побыть одной. Прохладный, влажный вечерний воздух приятно холодил лицо. Тонкий, чуть сладковатый аромат роз смешивался с запахом сырой земли и ночной фиалки. Я медленно шла по дорожке, засыпанной мелким гравием, но, услышав приглушённые голоса, остановилась. Они доносились откуда-то из-за густых разросшихся кустов старой сирени в самом дальнем и укромном углу сада. Один голос я узнала сразу: он принадлежал леди Горделии. А вот второй… второй показался мне тоже очень знакомым. Необъяснимое любопытство, смешанное с каким-то нехорошим липким предчувствием, заставило меня подойти ближе.

— …Я не верю своему счастью, Оскар! — взволнованно говорила леди Горделия. — Неужели это происходит с нами?

— Тише, моя дорогая, умоляю тебя, тише… — негромко увещевал матушку её спутник. — Нас могут услышать!

Я замерла на месте, боясь дышать, боясь издать хоть малейший звук. Оскар Дулитл? С леди Горделией? Я не могла поверить своим ушам. Это казалось каким-то дурным, абсурдным сном! Неужели этот тот влюблённый в Адель романтичный юноша?

Осторожно раздвинув ветви, я замерла, поражённая увиденным. Руки Оскара крепко, собственнически обнимали за талию леди Горделию, прижимая к себе. А она, запрокинув голову, с какой-то исступленной страстью отвечала на его поцелуй…

Вот тебе и Оскар! Как же он умело изображал пылкую влюблённость! Смотрел на меня преданными глазами, помог сбежать! Омерзительно!

Я закусила губу. Каждый мой нерв был натянут до предела. Уходить было рано: возможно, получится узнать ещё какие-нибудь секреты.

Влюблённые, наконец, оторвались друг от друга, и, тяжело дыша, леди Горделия произнесла:

— Я думала, что избавилась от Адель, когда ты помог ей сбежать! Надеялась, что виконт не простит дочь, вычеркнет ее из жизни, из завещания! Но эта мерзавка умудрилась охмурить маркиза Кессфорда! Самого маркиза! Теперь она под его защитой! А я… я потеряла нашего ребенка! Нашего ребёнка, Оскар! Который должен был стать следующим виконтом Флетчером!

Последние слова женщина почти выплюнула. В них смешались злость и какая-то звериная тоска.

Так значит, виконтесса носила дитя Оскара Дулитла? Это было слишком чудовищно, чтобы быть правдой. Она изменяла отцу с этим молодым проходимцем, который годился ей в сыновья… И у них должен был быть ребёнок, которого леди Горделия собиралась выдать за наследника Флетчера…

Я пребывала в шоке от всех этих интриг.

— И теперь, если мой муж умрёт, наследство поделят между нами с Адель! — тем временем продолжала злобно шептать леди Горделия. — А если девчонка, не дай Бог, до смерти отца успеет родить ребёнка мужского пола от своего маркиза, то титул перейдет ему! Представляешь, Оскар? Ему! А Адель станет хозяйкой всех денег, всего состояния Флетчеров до совершеннолетия своего сына! Я же получу мизерную вдовью долю, жалкие крохи! И буду смотреть, как она всем распоряжается! Нет! Этому не бывать!

В наступившей тишине было слышно лишь стрекот цикад и тяжёлое дыхание взволнованной виконтессы. Я боялась пошевелиться, чтобы не пропустить хоть слово. Мне было тяжело понять, как женщина, которая воспитала Адель с пелёнок, могла говорить такие страшные вещи. Ни капли сочувствия к умирающему мужу, ни тени любви к дочери. Только жадность, холодный расчёт и злоба.

— Что ты предлагаешь? — голос Оскара прозвучал приглушённо. В нем не было ни удивления, ни осуждения. Лишь деловой интерес. Он был соучастником. Не просто соблазнённым юнцом, а полноправным партнёром в этом грязном спектакле.

— Александра нужно убрать с дороги! — тихо, но отчетливо произнесла леди Горделия. — Он и так одной ногой в могиле. Небольшая помощь и всё закончится. Никто ничего не заподозрит.

Женщина сделала паузу, а затем её голос стал еще более вкрадчивым:

— А нам, мой сладкий, нужно постараться зачать своё дитя. Как можно скорее. Ребёнка, которого я выдам за отпрыска виконта! Доктор Тайсон накануне обследовал моего мужа. И кажется мне, что диагноз неутешителен. Но никто ничего не узнает, ведь виконт парализован! Он не сможет ничего ни подтвердить, ни опровергнуть. А я буду убитой горем вдовой, ожидающей посмертного наследника! И всё состояние вместе с титулом — наши!

Я больше не могла этого слушать. Всё было и так ясно.

Стараясь не шуметь, я выбралась из-за кустов сирени и быстро пошла прочь. Каким бы ни было моё отношение к лорду Флетчеру, но безучастно наблюдать, как его сведут в могилу, я не собиралась. Но что можно было предпринять в этой ситуации? Когда я вошла в холл, Эммануил как раз спускался по лестнице, уже готовый к отъезду. Он увидел меня и нахмурился.

— Адель? Что случилось? Где ты была? Пора ехать.

— Мы не можем сейчас уехать, — подошла к маркизу и тихо сказала: — Я видела в саду леди Горделию и Оскара Дулитла. Этот молодой человек был влюблён в меня… вернее делал вид, что влюблён. Они любовники.

— Кхм… это, конечно, неприятная ситуация, но виконтесса и этот молодой человек — взрослые люди… — Эммануил приподнял бровь, усмехаясь краешками губ. — Тебе это неприятно, но…

— Мне плевать на их отношения! — прервала я Кессфорда. — Но эти люди замышляют преступление!

— О чём ты говоришь? — маркиз тут же посерьёзнел.

И я начала торопливо рассказывать ему всё, что услышала в саду. О плане избавиться от меня, о потерянном ребёнке, о жадности, о страшном замысле убить отца и подложном наследнике.

Кессфорд слушал, не перебивая. Его лицо становилось мрачнее с каждой фразой.

— Эммануил, как же мы оставим отца? Они же убьют его. Они действительно это сделают, — прошептала я, с надеждой глядя в его умные глаза. — Я не могу этого допустить.

— Не волнуйся, — ласково произнёс маркиз, и от этого спокойного тона у меня немного отлегло от сердца. — Мы останемся. Скажем леди Горделии, что перед выездом обнаружили серьезную трещину в передней оси кареты. Потребуется время, чтобы найти хорошего кузнеца. Это задержит нас как минимум до завтрашнего полудня, а то и дольше. Достаточно правдоподобно, чтобы не вызывать лишних вопросов. А я сейчас же отправлюсь к этому доктору Тайсону, о котором упомянула виконтесса. О его профессионализме ходят легенды. В газете была колонка об этом человеке. Я знаю, что он поселился в гостинице «Маршал». Ну а ты веди себя естественно. Я постараюсь вернуться как можно скорее.

С этими словами Эммануил быстро вышел из дома. Я услышала, как он отдаёт распоряжения кому-то из слуг на улице. А спустя некоторое время раздался удаляющийся стук копыт.

Войдя в гостиную, я медленно опустилась в кресло у камина и, взяв со столика томик стихов, сделала вид, что читаю. Вскоре в холле послышались лёгкие шаги, после чего в гостиной появилась леди Горделия. В её взгляде промелькнуло плохо скрытое удивление, быстро сменившееся ещё более очевидным разочарованием. Она явно не ожидала увидеть меня здесь.