Чтение онлайн

Вскоре доски закончились и к нам опять вышел начальник лесопилки.

–  Больше не могу! Надо баню комбригу строить!
– по привычке прокричал он, хотя в эту самую минуту пила не визжала.

–  Спасибо и на этом!
– поблагодарил его Пуданов и пожал ему на прощанье руку.
– Бывайте.

Из привезенных досок мы смогли сделать только пол… Да и то… Лишь на большую половину палатки… Вдоль левой стены оставалась широкая полоса мерзлой земли, на которую нам не хватило материала.

–  Выложим там ящики из-под "мух" - получатся нары для солдат.
– со вздохом проектировал Пуданов.
– Надо одну большую и общую лежанку соорудить.

Так и сделали… Вся левая половина палатки была заставлена нашими ящиками с боеприпасами. Правда, поверхность получилась кое-где неровной… Но на это не обращали внимания.

Затем в центре палатки установили печку-буржуйку и трубы вывели наружу в прямоугольное отверстие в крыше. Металлический лист того же размера, но уже с круглой дыркой для трубы, нашли гораздо позже… Когда печку уже затопили… И пришлось нам этот недостаток устранять в боевых условиях… Сквозь пламя, искры и черный дым.

Под самый вечер порадовала нас и местная разведрота, гостеприимно протянувшая к нашей палатке электрический провод. Подвешенная к осевому колу лампочка вспыхнула сначала в руках вкрутившего её электрика, а затем озарила все вокруг слабым, но таким желанным светом.

Когда процесс забазирования был окончен обе группы, экипажи БМПешек, парочка связистов, два минёра и один водитель были построены для получения дальнейших задач.

–  Внимание! Предупреждение первое и самое главное: - очень осторожно топить печку!
– начал говорить Пуданов и даже поднял вверх указательный палец.
– Вы все будете спать на ящиках с боеприпасами: начиная от патронов и заканчивая "мухами". Если случайно от искры что-то загорится, то взрываться всё будет очень долго и упорно! Кто не успеет убежать - я не виноват! Шутка! Предупреждение номер два: в палатке не курить! По той же причине пожароопасности! Предупреждение третье: если я замечу, что дембеля притесняют молодых, то потом на меня не обижаться! То же самое касается связистов, минеров, экипажей и военного водителя. Вопросы есть?

Ну, конечно же вопросы имелись… И очень немаловажные.

–  Товарищ майор, а как мы будем спать?

–  Вот как поместитесь в одной половине палатки, так и будете спать.
– без тени иронии ответил командир роты.
– Придется всем ложиться на один бок на первую часть ночи, а потом всем дружно переворачиваться.

–  Товарищ майор! А можно экипажи будут в десанте спать?
– спросил один за всех механ Краснов.

–  Можно Машку через ляжку и козу на возу!
– произнес Гарин.
– Как нужно обращаться?!

–  Товарищ майор! Разрешите экипажам ночевать в десантных отделениях?
– быстро поправил свою речь Краснов.
– Мы вам в палатке мешать не будем.

–  Спите в десантах!
– охотно согласился ротный, но сразу же предупредил.
– Только двигатели не запускать! У нас соляры мало.

–  А как же тогда там спать?- хмуро поинтересовался наводчик Красновской БМПешки.
– Там же холодно будет.

Но Пуданов был очень логичен и последователен в решении этой проблемы:

–  Ребята! Вы сами попросились - я вам разрешил там спать! Я же вас за язык не тянул! А заправлять соляркой нас тут не будут! Вы за две ночи всё топливо спалите, а как потом обратно поедем? Толкать будете? Силёнок не хватит! Если станет холодно - идите спать в палатку.

На этом традиционный вечер вопросов и ответов закончился. Поужинали мы сухим пайком. Без горячего чая… И не имея возможности всем разогреть консервы… То есть всухомятку.

Самое интересное началось тогда, когда все солдаты попытались было улечься на отведенной им площади. Левую половину палатки мы с командиром роты честно поделили ещё раз пополам, чтобы на каждую группу приходилось одинаковое количество квадратных метров… По моим скромным подсчетам получалось так, что на моих восемнадцать солдат доставалось около пяти-шести квадратных метров. Может чуть побольше… В теории вроде бы и ничего плохого, но на практике всё выглядело очень плачевно.

–  Тут даже не валетом спать надо… - размышлял вслух Пуданов, то почесывая затылок, то разминая небритый подбородок.
– Тут надо двухэтажным вальтом размещаться.

Наблюдая за нашими нравственными муками и солдатскими телесными страданиями, старший лейтенант Гарин и капитан Скрёхин приняли достойное уважения мужественное решение.

–  А мы пойдём спать в разведроту!
– заявил Стас.
– Может кого-то ещё забрать? Мишаня, ты как?

Но лейтенант Волженко остался вместе с нами и на уговоры Засады никак не поддавался. Зато капитан забрал с собой своих связистов… Командир роты этому не противился, так как за них отвечал сам Скрёхин.

–  Короче, так!
– уточнил Иваныч.
– Мы втроем занимаем правый дальний угол, а в правом ближнем разместим кого-то из бойцов.

–  А на чем они будут спать?
– озадаченно вопрошал я.
– Ящиков-то больше нет.

–  Товарищи офицеры поделятся!
– сказал Пуданов.
– Нам хватит.

Лично у меня делиться было практически нечем: мое тело располагалось на "из-под-мухином" ящике, ноги ютились на небольшом ящике с оптикой и электроаппаратурой, а голова удобно покоилась на пока ещё полной коробке сухпая. Мое лежбище находилось между печкой и стенкой, поэтому оружие можно было выкладывать вдоль края палатки.

На отведенном месте солдаты уже расстелили свои спальные мешки и улеглись в них рядышком друг с другом словно шпротины в прямоугольной банке… Кому-то места не хватило, но бойцы долго не раздумывали по этому поводу. Они попросту улеглись сверху и вдоль, укрывшись спальником. После некоторой возни нижние товарищи поерзали-поерзали да и освободили место для коллег сверху… Хоть палатка и не была резиновой, но вместила в себя всех желающих поспать.

Пуданов и Волженко улеглись рядышком вдоль задней стенки, причем ротный по праву старшего по званию расположился поближе к печке, а молодой лейтенант свернулся калачиком сразу за мощной пудановской фигурой… Так что жар от буржуйки до него почти не добирался, зато стужа от стенки неслась и неслась.

Печка-буржуйка находилась ближе к правой стенке и именно между ними я и был вынужден вертеться как шашлык на вертеле… когда один бок томился от невыносимого жара, другая половина моего тела изнывала от пронизывающего холода… К середине ночи мне это надоело и до самого утра я стойко терпел все тяготы военной службы, лишь изредка ворочаясь чуть влево или вправо.

Потому что на-до-е-ло.

Утро нового дня началось с обычных бытовых проблем… Надо было слегка размять одеревенелое тело, застывшее во сне в неприятной позе… Осторожно вылезти из спального мешка, одеться и обуться во всё холодное, наконец-то выйти на свежий воздух для ежедневного ритуала.

–  Подъём! Живо одеваемся и выходим строиться на физическую зарядку.

Я услышал изнутри голос командира роты, бодро отдающего знакомые приказания… На часах было начало восьмого и по распорядку дня утреннюю физзарядку мы вроде как проспали… Но повод для построения у ротного должен быть всегда.

–  Всем - умыться!
– начал Иваныч, когда личный состав собрался в две шеренги. Кто захочет - тот может чистить зубы и даже подшить подворотничок! Но лица у всех должны быть умытыми и чистыми… Если увижу кого-нибудь чумазым… Накажу… Вперёд.