Чтение онлайн

–  Добили-и-и…- В ужасе простонал в строю один из дембелей, видно, представив себя в качестве следующей жертвы.

Другие его коллеги по призыву вообще ничего не могли выговорить… Одни от страху проглотили языки самые слабонервные да впечатлительные валяются в обмороке… Кого-то стошнило прямо на плац… А некоторые натурально, как старички, плачут по невинно убиенным братьям-товарищам.

Тем временем военный катафалк уезжает спокойненько в тайгу… Закапывать трупы… Стоит мёртвая тишина и замерший в строю полк… Командир полка медленно возвращается на свою трибуну, истово крестится и громко так говорит:"Царствие им небесное! Отмучились бедняги… И так будет с каждым… кто нарушит воинскую дисциплину. Я здесь и прокурор и судья."

–  Он их что, действительно расстрелял? А что было дальше?
– настороженно спрашиваем мы.

–  А после такого образцово-показательного расстрела во всем полку уровень армейского порядка и уставной дисциплины взлетел аж до самых небес! Старослужащие даже и думать забыли о том, чтобы молодых отправлять за ужином, заставлять их стирать форму и чистить сапоги. Да их пальцем никто из дембелей тронуть не смел. Даже офицеры перестали пить.

–  Так куда же они дели этих расстреляных?
– улыбается Лимонов.

–  В соседний полк отправили, - говорит Махаев.
– В это же время там к расстрелу приговорили уже своих двух хулиганов, которых почти также прилюдно"лишили"жизни. А потом командиры полков попросту обменялись на полдороги "телами" и отправили их служить на дальние полигоны, чтобы те ни с кем из солдат не встречались и языками не болтали. Хотя если по правде, "расстрелянные" дедушки еще долго не могли прийти в себя после своей "смерти". Как кэп приказал им, ошарашенным, так они и сделали: после выстрелов упали на землю, благо, что сами едва стояли; не подавали признаков жизни, когда их за ноги тащили к ГАЗ-66-ому и забрасывали в кузов. Теперь им оставалось только дожить до дембеля в чужом полку и тихо-мирно уехать домой.

–  А офицеры?

–  А им то что! Лейтенанты молчали о том, что у них в карабинах были холостые патроны, что на "трупах" не было ни одной дырочки, что могилы они никому не копали… Ну и прапор держал язык за зубами. Когда все утихло, все действующие лица получили от командования благодарности за отличную службу и образцовое выполнение воинского долга. Хотя солдаты еще долго шептались о своих "безвинно павших" товарищах и кровавых злодеяниях офицеров. А еще через две недели командиры полков встретились опять в служебном кабинете, тихо смеялись и громко поминали души "преставившихся" воинов.

–  Да-а, - облегченно вздыхаем мы.

В нашей части аналогичный спектакль провернуть было практически невозможно, хотя под боком располагался идентичный батальон спецназа из Берцкой бригады. Чуточку подальше, через взлетно-посадочную полосу находились такие фискально-пакостные структуры, как военная прокуратура и полевой суд, контрики и ГБшники. Естественно, что не дадут себя позабыть наши родные штабные отделы и управления с бесчисленной оравой контролирующих и проверяющих, порученцев и направленцев, кураторов и внештатных ординарцев, офицеров связи и прочих командировочных нахлебников.

Уж они то умеют раздуть любой мало-мальский инцидент до ЧП вселенского масштаба! Надо же им хоть когда-нибудь демонстрировать свою полезность! После чего проявят невиданную прыть да усердие к своей службе и во всех красках доложат о ЧП самому высокому начальству, у которого руки давно уже чешутся от безделия… И сразу же вспоминаются предки-кавалеристы, шашка вылетает из ножен вон и начинается такая рубка, что только стук идет от слетающих наземь голов.

–  Вот фиг вам всем! Не дождетесь нашей кровушки! С нашими Уставами мы победим любого врага, будь то обнаглевший дембель или супостат из НАТО!

На том мы и порешили.

У командира первой роты майора Пуданова с самого утра было приподнятое настроение. Ведь радоваться было чему… В армии праздники на пустом и ровном месте не возникают.

Ведь сразу же после развода командир первой группы сходил к начальнику службы РАВ и провел с ним сверку оружия и средств наблюдения. Все автоматы, гранатометы, снайперские винтовки, пулемет вместе с приборами бесшумной и беспламенной стрельбы, а также обычные и ночные прицелы, вкупе с полевыми да ночными биноклями, и даже трубы разведчика ТР-4… Все номера совпали… Это означало то, что списки вооружения и оптики, закрепленных приказом командира части за командиром первой группы первой роты, были абсолютно идентичны тому боевому оружию и средствам наблюдения, которое сейчас находилось в моей пирамиде… Ничто не пропало и не было заменено на трофейный образец.

–  Хоть и пустячок, а всё ж приятно!
– улыбался ротный.

После моего доклада о полном соответствии штабных списков с имеющимся в ружпарке оружием первой группы майор Пуданов почувствовал себя гораздо лучше, нежели сразу после трудного подъёма… Спасительная стопка тогда конечно сделала своё доброе дело… Однако… Не хлебом же единым живёт человек.

–  Стало меньше только одной головной болью… - бодро констатировал командир роты.
– А их-то осталось ещё!… Ого-го-го!.

Понять его было нетрудно… Ведь после гибели старшего лейтенанта Кириченко прошло уже много времени… А всё имущество первой группы, которое подвергалось последней проверке при появлении нового командира подразделения - капитана Пуданова, теперь нуждалось в тщательной ревизии… Но… Слава Богу, по линии ракетно-артиллерийского вооружения все данные оказались в очень хорошем состоянии… То есть всё совпадало до каждой цифирки.

Затем я принялся за проверку средств связи… С этим направлением дела обстояли несколько сложнее… Если автоматы и прицелы находились в одной пирамиде, ну, на крайний случай - в нашем же ружпарке… То радиостанции.

–  Что-то есть в ящике дежурного по роте… - сообщал мне ротный направления поиска.
– Который в ружпарке. Две штуки - у наших патрульных… Четыре радиостанции - это караульный комплект! В третьей палатке лежат… Ещё два "Арбалета" находятся на охране Доки - это Денисов попросил на недельку! А прошло уже полтора месяца… Кажется всё!… А-а!… И одна радиостанция - в штабе у майора Отто.

–  Фон Штирлица?
– пошутил я.
– А ему-то зачем?

–  Ты не смейся! Он дежурным по ЦБУ через день заступает. Вот и попросил у меня на время!
– объяснял Иваныч.
– Их рация накрылась тогда медным тазиком… Вот и помог я ему! Но я её сам заберу.

Я аккуратно переписал на отдельный листочек все номера радиостанций и поисковых радиоприёмников Р-255пп, после чего пошел обходить все злачные места их хранения… За первой группой числилось десять радиостанций, которые и представляли собой более ценные устройства, чем поисковые приёмники… Как и следовало того ожидать… Именно Р-255пп были в полном наличии… А вот радиостанций я обнаружил только семь штук… Да и то… Часть антенн отсутствовала… Другие представляли собой лишь куцые огрызки.

Через час напряженных поисков я возвратился в канцелярию роты и доложил о своих результатах.

–  Куда же они прое… Пропали, короче говоря?
– озадаченно спрашивал меня командир роты.

–  Мне кажется… Вопрос не по адресу!
– честно заявил я.
– Я приехал вот… Два дня назад.

–  Понятное дело… - со вздохом отмахнулся ротный.
– Ну… Ты тогда рапорт по связи пока-что не пиши!… Когда всё перепроверим… Тогда и накатаешь.

–  Я могу подождать только до того момента, пока не стану писать рапорт комбату о принятии группы.
– нахмурился я.
– Нафига оно мне надо?