Чтение онлайн

География длилась довольно долго, но все когда-то кончается, вот и этот урок закончился. Я сгребла все в сумку, достала книгу и хотела выйти уже из класса, но тут Саня преградил мне дорогу.

— Стой! — рявкнул он так, что я аж напугалась. Парень осекся и заговорил уже тише. — Хватит убегать от меня! Объясни, что происходит с тобой!

Я уже было открыла рот, чтобы в срочном порядке что-то выдать, но резко останавила себя. Стоп! Нужно подумать и ответить нормально.

— Друг мой, — после небольшой паузы начала я, — неужели тебя это так сильно волнует? — чувствуя, что моя речь начинает ускоряться и сбиваться, я была вынуждена постоянно тормозить себя. И это реально тяжело! — Тебя не смущает, что только что ты… твоя девушка, то есть, официальная, закатила тебе скандал? И подозревает тебя в измене?

Руки, хватит, не тряситесь!

— Да пофиг на нее, я потом все улажу! — отмахнулся он. — И да, мне интересно, какого хрена ты меня избегаешь!

— Ради Бога, не ори, — понизила я голос. Нужно так-то на физ-ру идти… А вот тут прикол. Пока я носилась дома за вещами, я благополучно забыла форму. Черт. — Пошли на физ-ру, перемена-то короткая.

Я мягко рукой отодвинула парня в сторону и прошла к двери. Ноги с непривычки болели в туфлях, а потому я мечтала о том, чтобы побить Евглевскую. Вот завтра нормально оденусь, и тогда она у меня такого люля огребет!.. В платье так сложно ходить быстро, приходится делать много-много маленьких шажков. За что мне все это, блин? Где я так провинилась? Перед кем?

Мы с Орловым шли вместе по коридору, потом по лестнице. На его доставания по поводу моего состояния я решила отделаться тем, что встала сегодня не с той ноги (ну, если честно, это в чем-то даже правда). Типа, ничего особенного и все такое. Теперь разговор почему-то не клеился, отчего мы оба чувствовали себя неловко. Мне хотелось убить себя от неспособности завести нормальный разговор. Не знаю, о чем вообще Орлов думал. Наверное, о том, какая я дебилка по жизни. Или вообще обо мне не думал… Как ни странно, мысль о том, что он думал не обо мне, вызывала какое-то отчаяние. Как будто лучше, чтоб думал плохо, чем вообще не думал. Вот интересно, это я такая тупая, или у всех влюбленных такой косяк?

Мы разошлись по разным раздевалкам, где я старалась забиться куда-нибудь в угол, чтоб меня никто не видел, однако на физ-ру все-таки пойти пришлось. Там я сидела на скамеечке да и читала книжку себе, пока в меня уже в который раз не прилетел мяч. В этот раз он попал мне в колени и отскочил. Было даже не больно, однако ко мне подбежал Петренко, который в последнее время почему-то пытался все чаще заговорить со мной (что даже иногда получалось). Странно это все вообще, если честно…

— Ты в порядке? — спросил Дима, глядя как-то ну очень обеспокоенно.

— Да. Не больно даже.

— Ладно.

Только сейчас я решила осмотреться. Оказывается, Марины-то нет! Похоже, решила сбежать с последнего урока в качестве протеста против Сани. А ситуация-то все больше отдает идиотизмом! Зачем с урока-то сбегать?

Физ-ра закончилась, я раньше всех спустилась в гардероб и оделась. Господи, какое блаженство — надевать кроссы после целого дня на каблуках! Кажется, я что-то натерла… С довольно-таки оптимистическими мыслями я вышла на улицу, мечтая о скорейшем попадении домой и о мучительной смерти лучшей подруги, но когда я проходила мимо сарая, в котором люди бывали только на время субботников, кто-то схватил меня за локоть. Не успела я среагировать, как в спину мне уперлось что-то очень тонкое. Почему-то от этой детали мне сделалось не по себе.

— Будешь орать — будет очень больно, — услышала я у себя над ухом. Это был голос Марины, вот только какой-то он стал другой. В нем было столько металла, что душа невольно стыла от такого. Я почувствовала покалывание в мышцах от приливающего адреналина, но не шевелилась. Меня мягко потянули в сторону этого самого сарая. Почему он открыт? Что за фигня происходит вообще? Тропина втолкнула меня внутрь и захлопнула за собой дверь.

Свет. Где-то должен быть свет. Я дернулась в сторону от двери, шаря рукой по стене. Как ни странно девушка Орлова меня не стала держать, ее лицо освещалось только экраном телефона. Наконец-то я нашла включатель и нажала кнопку. Неяркая лампочка за стеклянным абажуром, сделаным еще во времена Советов, кое-как освещала небольшое помещение, но этого пока вполне хватало. Марина как раз убрала телефон и изучающе смотрела на меня. В одной руке у нее был кухонный нож. При виде него живот невероятно скрутило. Я, стараясь не согнуться пополам от неприятных ощущений, начала заплетать себе косу. Чую, это может мне слегка помочь. Господи, во что я ввязалась… Главное сейчас будет — не зареветь. А вдруг она меня реально пырнет?

— Собственно, я всего лишь хотела прояснить пару вопросов, — заговорила Тропина все таким же голосом, в котором сквозил металл. Я не узнавала ее. До встречи с Сашей она была только тихоней с ванильными наклонностями, потом просто ванилькой, а сейчас было что-то новое. Причем, я ведь это что-то в ней чувствовала, но сейчас оно сильнее показывалось наружу. — Я думаю, тебе не стоит объяснять причину моего недовольства.

А я ожидала что-то вроде "Запомни, Саша мой и только мой!".

— Эм… Ну? — я, забив на то, что платье слегка задралось, расставила ноги чуть пошире, готовясь ко всему.

— Так вот… — Марина вздохнула и как-то совершенно неожиданно оказалась передо мной с ножом. Надо было отойти подальше, надо было отойти подальше, надо было отойти подальше! Эта мысль беспрестанно крутилась в моей голове. Было чудом само то, что я успела увернуться от удара. Тут уж во мне сработал инстинкт самосохранения, и я все-таки догадалась побежать.

— Ты больная! — взвизгнула я, преодолевая трудности с платьем и стараясь максимально ускориться. Нужно что-то делать! Мозг в ужасе бушевал, накидывал всякие странные и неожиданные мысли, но все они перекрывались всего одним словом — БЕГИ! И я бежала, не соображая ничего от страха.

Теперь слова "идиотизм" уже было недостаточно. Существовало всего лишь одно слово в великом и могучем, способное описать сложившуюся ситуацию, но оно плохое. То, что творилось сейчас, было настолько неожиданно, страшно и одновременно глупо…

Не знаю, сколько кругов по гребаному сараю мы намотали, но я не ожидала от себя такой изворотливости и скорости. Несмотря на все неудобства, я как-то умудрялась сбегать и уворачиваться от Марины. Однако через какое-то время судорога мозга слегка ослабла, и я поняла, что вечно так продолжаться не может. Не долго думая, я схватила ближайшие грабли и ткнула черенком Тропиной в живот. Толчок оказался достаточно сильным, чтобы девушка с выпученными глазами упала на пол от него. Преимущество теперь было на моей стороне, что не могло не радовать. Секунду подумав, я решила, что первостепенной задачей является изъятие ножа у девушки, а уже потом ее избиение. Нет, конечно, избивать я ее не буду… Или буду. Вопрос этот я решила оставить на потом, со всей силы шарахнув тем же черенком по запястью Марины. Естественно, нож она с диким воплем выпустила. Я граблями оттолкнула его подальше, а затем подбежала и схватила сама. Страх сменился на злорадное торжество. Я нависла над девушкой и вздрогнула, увидев на ее лице ухмылку. Твою мать, чего я не знаю?

Буквально через несколько секунд дверь в сарай открылась. Марина ее не заперла? В следующее мгновение я вздрогнула, осознав весь ужас ситуации. В проеме стоял охреневающий Орлов.

На какое-то время я буквально выпала из реальности. Мой мозг проигнорировал и визг Тропиной, и ее вставание и побег поближе к Саше, и ее слова… Я просто сфокусировала взгляд на его лице, а шок уже пробрал все тело. Руки сами собой затряслись мелкой дрожью, а потом резко расслабились. Не было сил держать оружие в своих руках, и оно со стуком и звоном упало на каменный пол сарая. В горле встал ком, глаза наполнились слезами. Это провал. Полный провал.

Марина что-то рассказывала Орлову про то, как я пыталась ее пырнуть ножом, а потом еще граблями избить, и что я ее уже повалила, но тут подоспел ее личный принц на белом коне, дабы спасти принцессу из лап злобной бабы… А у меня чуть не все тело судорогами сводило. Мышцы рандомно напрягались и расслаблялись, даже стоять было сложно. Хотелось провалиться куда-нибудь под землю, пройти сквозь мантию и, миновав жидкое ядро, попасть в центр твердого ядра, чтоб там сгореть к хренам… Но, к сожалению, это сейчас было невозможно. Мыслей вдруг не стало, я просто не знала, что мне делать. Это проигрыш. Марина, которую я считала не самым умным человеком, победила. Единственное, что мне остается — это бежать. И не возвращаться.