Чтение онлайн

– Я убью тебя быстро, мужчина, – уведомила я. – Полагаю, история твоя достойна уважения, если ты можешь вынуждать меня прятаться в собственном Даре от призываемого тобой солнечного света. Но к несчастью, тело твое было не готово. Пусть душа обретет новую оболочку в новом мире и явится передо мной в лице сильного противника. Упокойся, бренный разум.

Клинок без особых проблем вошел в череп. Мозг, частично сожженный невероятно горячей энергией, умер быстро. Я с сожалением отряхнула клинок. Часть моего лица была покрыта ожогами. Недостаточно сильными, чтобы создать проблемы. Но достаточными, чтобы не сойти с кожи в ближайшие недели. Священник лежал у моих ног, заливая пол кровью из глазниц и раны в голове. Кончики его пальцев были обуглены, а кожа на ладонях пузырилась. Вера его оказалась сильнее тела.

***

– Алиса… Могу я потревожить ваше уединение?

– Да, Михаил, проходи, – я отвлеклась от созерцания картин на стенах; мой личный кабинет в Доме Купцов был весьма уютным. – Что тебя привело? Какие-то проблемы у людей?

– У людей все прекрасно, – адъютант слегка улыбнулся, как он это любил делать: сухо, без тени эмоций. – С каждой минутой прибывает по паре-тройке новобранцев. Никто не хочет быть слабой плотью в этом городе. Я пришел не по делу. Просто захотел составить вам компанию. И, – он убрал из-за спины руку, показав мне неплохого размера бутыль, – решил разбавить напряжение небольшим количеством виски. Которое, может, утешит боль в ваших ожогах.

– Надеюсь, ты принес стаканы? Не сильно-то люблю пить из одного горла с кем-то.

– Алиса, я был бы слишком непочтителен, если бы позволил себе забыть о стаканах, – Михаил склонился в почтительном жесте, ставя на стол передо мной бутыль виски.

Лезвием отпихнув от себя кипу бумаг, которые я просматривала время от времени, перебарывая лень, я стала наблюдать за действиями своего адъютанта. Наконец, позволила себе легкую усмешку.

– Михаил, ты уже слишком непочтителен, предлагая калеке стакан, – конец моего клинка легонько стукнул по краю стола. – Забыл?

– Если вы позволите, Алиса, я готов подносить вам питье.

– Пить алкоголь из чужой руки такая себе затея, – скривилась я.

– И тем не менее, вы можете мне довериться, – Михаил выглядел абсолютно спокойным. – Если я сделаю что-то не так, можете лишить меня руки. Вы будете иметь на то право.

– Договорились, – с ухмылкой кивнула я. – Тост скажешь?

– Хотел бы обойтись без этого, – покачал головой Михаил. – Мы пьем ради расслабления, праздновать пока что нечего.

– Ладно. Тогда, надеюсь, ты подготовишь что-нибудь к празднику.

– Вы так любите речи?

– Я люблю слушать ложь и смотреть в глаза тех, кто лжет. А тост – лучший в мире повод удовлетворить мои вкусы.

– Никогда не лгал перед тем, как выпить, – спокойно сообщил Михаил, наливая мне выпивки на несколько пальцев. Либо, уходя от подобной архаичной меры, – на ширину моего клинка.

– Будет интересно послушать, что же ты такого говоришь.

Адъютант сухо усмехнулся. Взял оба стакана. Один из них поднес к моим губам. Я, улыбнувшись, коснулась прохладного стекла.

– Советую упрятать язык, если вдруг вы раньше не пили подобный виски. Он горяч, как жидкий металл.

Легонько прикрыв глаза, я чуть задрала нос, подавая знак Михаилу. И он ровным движением наклонил стакан, опрокинув в мой рот все до капли. Раскаленное пойло обжигающим потоком устремилась вниз по глотке, заставляя меня скривиться и крякнуть.

– Ох, хорошая дрянь, – выдохнула я, открывая глаза и поднимая взгляд к адъютанту, залпом выпивающим свою порцию. – Чувствую, будет жарко.

– Возможно, – улыбнулся Михаил, но на этот раз уже не так сухо. – Хотя здешние ночи слишком холодны, чтобы согреться одним лишь виски…

Легкая шпилька флирта, пущенная моим собутыльником, вызвала во мне усмешку.

– Ну, знаешь, я на тепло как-то перестала претендовать, – ответила я, поднимая руки. – Эти клинки всегда холодные, и их вряд ли согреет что-то кроме крови.

– Не будьте столь критичны к себе, Алиса. Тепла заслуживает любой, – Михаил пустил бутыль по второму кругу.

– Присядь. Стоя пить не очень удобно.

– Боюсь, мне будет неудобно поить вас с другого конца стола…

– Рядом садись. Нечего стесняться, в этих стенах столько картин, что ни один глаз не сможет подсмотреть, чем мы занимаемся.

– Боюсь, подсматривать не за чем: мы лишь пьем виски, чтобы согреться в эту холодную ночь, – чинному голосу Михаила мог позавидовать любой священник. Не прячься за его словами столько сладкого меда. Хотя – для меня он был скорее горьким.

Пальцы адъютанта, удерживающие стакан, будто бы ненароком коснулись моего подбородка. Виски, словно искусный змей, проскользнул через мой рот к сердцу, разжигая огонь в груди.

– Скажи, Михаил… – начала я, но меня перебили.

– Для удобства можно просто Миша.

– Твое имя так сокращается? – удивилась я. – Почему «ша»? Разве Миха не логичнее?

– У нас на родине это слишком… фамильярный вариант. Миша – для друзей. Миха – для тех, кто хочет подраться.

– Сложно как-то у вас. Откуда ты корнями, говоришь?

– Далекая страна. Славянская.

– Какие же черти занесли тебя в Холиврит? Здесь холодно как в заднице призрака, а местные обычаи вряд ли позволяют жить так же раскованно, как у славян. Там ведь, слышала, гораздо проще жить? Крест не так распространен?

– Алиса, я мало что знаю о своей родине. Семья моей прабабушки уехала оттуда. С тех пор мы… кочуем по странам. Добрались и до Холиврита.

– Надо же, знаешь семейную историю до прабабушки?

– Даже немного дальше. У нас семейные байки вместо сказок перед сном.

– Ха! А я ничего не знаю о своих родителях. Разве что…

На секунду у меня в голове почему-то появился Джордан. Он говорил что-то о семье. И своих родителях. Я с раздражением прогнала воспоминания из головы.

– Что, Алиса?

– Разве что, меня опекал один хороший вампир. Его недавно убили.

– Сожалею.

– Не стоит. Все истории рано или поздно кончаются, Миша. Скажи лучше, почему ты с такой уверенностью вызвался мне помогать? Вряд ли это слишком весело: бегать за безрукой вампиршей, открывая перед ней двери и выслушивая нудные приказы.

– Мне нравится эта работа. Она не похожа на то, чем я занимался раньше.

– А чем?

– Я… – Михаил замялся, будто стесняясь чего-то. – Я ведь могу быть с вами откровенен, Алиса? Это не повлияет на наши отношения?