Чтение онлайн

— Нет, ты все-таки профи, — и широко улыбнулась. — Унюхала. Встав, ты спровоцировал движение потока воздуха, который донес до меня запах оружейного масла. Судя по интенсивности запаха, ты чистил оружие день-два назад.

— Вчера, — поправил меня Юстас и на его лице, наконец, проявились истинные эмоции. Он отзеркалил мою улыбку, позволив искоркам смеха и заинтересованности достигнуть глаз. — Я скучал по тебе.

— Я тоже, — и что удивительно, в моих словах не было лжи. Я действительно скучала. Вот только не была уверена — скучала я по нему или по той себе, которой я становилась рядом с ним.

С Юстасом всегда было легко.

Он никогда не давил, не требовал, не указывал, не пытался контролировать и доминировать. Он знал, что, если я с ним, значит, на это есть какие-то причины. А заключаются они в нем или в чем-то другом — ему было не интересно. Он никогда не пытался копаться в моем прошлом, редко задавал вопросы и предпочитал думать о настоящем. Его философия — наша жизнь заключается в том, что мы имеем здесь и сейчас. О завтрашних делах будем думать завтра. О делах прошедшего дня — думать бессмысленно. Мне нравилось это в нем, мне нравилось ни о чем не думать. В том числе и потому, что он никогда не создавал мне проблем. Более того, и о его проблемах я ничего не знала. Юстас никогда не жаловался, никогда не просил совета, никогда не приходил ко мне за помощью. Впрочем, и моими проблемами он не имел привычки интересоваться. И меня это устраивало, как устаивало и то, что он не считал меня больной и не пытался вылечить от трогательной привязанности к алкоголю.

Мы были как два спутника, случайно встретившихся на орбите и временно следующих в одном направлении. Я знала, что наши отношения — не навсегда. Знал это и он. И все же, застав его в койке с девицей я расстроилась. Вернее, сначала разозлилась и пошвыряла в голую блондинку огнем, а когда она выпрыгнула голышом из окна, разбив нос, успокоилась. И так же спокойно ушла из его жизни. Мне было больно, но с этой болью я могла жить дальше. Определенную связь мы продолжали поддерживать, но это была скорее дань общему прошлому, воспоминания о котором ощущались как нечто теплое и безмятежное.

— Неужели даже не прокляла ни разу? — светло рассмеялся Юстас.

— Брось, — игриво отмахнулась я. — Если бы я и проклинала, то не тебя, а ту блондинистую выдру, что пригрелась на твоих подушках.

— В наших подушках, ты хотела сказать, — заметил он и приложил палец к подбородку: — Хм, так вот, почему у неё выросли ослиные уши и хвост.

Я склонила голову набок.

— У тебя явные проблемы с зоологией. Я же сказала выдра, а не ослица.

— Знаешь, по уму она ближе ко второму, чем к первому, — Юстас потянулся к пачке сигарет. — Я, конечно, не имел близкого знакомства с выдрами, но что-то мне подсказывает, что с ослами у неё больше общего.

— И я даже знаю, что тебе подсказывает, — хмыкнула я. — Твоя ширинка.

— Нет, моя нога, — указал Юстас на свою правую конечность, — на которую она наступила.

— Надо же, — изобразила я удивление, — а все так хорошо начиналось.

— И не говори, — поддержал меня парень, закуривая. — Но закончилось в момент твоего появления.

— Не смогла пережить сломанную переносицу? — я брезгливо поморщилась.

— Скорее я не смог пережить, — серьезно ответил Юстас.

— Да, личико это ей подпортило, — согласилась я. — Но уверена, через две недели все прекрасно зажило.

— Я про твой уход, — оборвал меня Юстас и прикурив, поднял на меня свои светло-карие, как у олененка глаза. Мне стало грустно.

— Воспоминание, безусловно, очень душещипательное, — поводила я плечами, отгоняя непрошенные мысли, — но я сюда явилась не за тем, чтобы устраивать вечер памяти разбитых сердец.

Юстас затянулся и посмотрел на меня таким проницательным взглядом, что у меня тут же зачесалось все — от лопаток до кончика носа.

— А зачем ты здесь, Серафима?

— Слышал про взрывы в городе? — ответила я вопросом на вопрос.

Юстас выпустил длинную струю дыма.

— О них мог не слышать только тот, кто последний год не выходил из дома, не смотрел телевизор, не читал газет и не использовал Интернет.

— Кто знает? — округлила я глаза. — Может быть ты решил стать Говардом Хьюзом нашего времени? Эта свалка из магического антиквариата буквально кричит о том, что головой ты все-таки малость повредился.

— Магического? — очень натурально отыграл изумление мой бывший.

— Брось! От этих штук фонит так, что я почувствовала, едва вошла.

— А с улицы не ощущается? — мгновенно заинтересовался Юстас, позабыв о своей прежде отыгрываемой роли.

— Нет, так что можешь не переживать, ведьминские амулеты работают, как часы. А теперь, — я подалась вперед, — когда мы выяснили, что ты занимаешься куплей-продажей краденных магических предметов, про многие свойства которых ты даже понятия не имеешь, а иначе не хранил бы их словно кучку грязных носков, можешь рассказать мне то, что знаешь о происходящем в столице.

— Какие свойства ты имеешь в виду? — теперь уже неподдельно напрягся Юстас и бросил тревожный взгляд в самый дальний и темный угол, куда не проникал уличный свет из мансардного окна. Света с каждой минутой становилось все меньше. На город опускались сумерки.

Я поцокала языком.

— Сначала ты делишься информацией, потом — я.

— О какой информации ты говоришь? Про взрывы? Я не знаю про них ничего такого, чего не знали бы все остальные. Если ты пришла ко мне с такими вопросами, значит, снова вернулась к прежним делам. А говорили, что ты вышла из игры, — в его голосе слышался укор.

— Вышла, да сквозняком прошлого обратно затянуло, — пробормотала я, отворачиваясь.

— И я даже знаю, что это за «сквозняк», — чуть-ли не сплюнул Юстас презрительно. — Светлые волосы, голубые глаза, наглая рожа, которая так и просит рихтовки.

— Забавные вы ребята, — улыбнулась я, хотя весело мне не было. — Он думает о тебе примерно так же.

— Так, это он тебя сюда послал? — начал злиться Юстас, чуть побледнев. Хотя могло и показаться.

— Нет, я сама пришла. Он ничего об этом не знает, — покривила душой, конечно, но их взаимная неприязнь достала меня еще в бытность нашего с Юстасом короткого, но яркого любовного романа. — Я пришла, потому что знаю — у тебя есть информатор, услугами которого ты пользуешься не один год. Это благодаря ему у тебя так хорошо шли дела — ты всегда был предупрежден и имел сведения, которых не было у других.

Юстас поджал губы и посверлил меня нехорошим взглядом.

Я отреагировала на это сарказмом:

— Мы оба знаем, что кобр у тебя в роду не было, так что ты можешь сколько угодно пытаться загипнотизировать меня взглядом — и вряд ли это что-то даст. А вот своим «Глоком» проделать в моем лбу отверстие ты можешь за полсекунды. Да и напрягаться так сильно не придется, как сейчас. А то ты то бледнеешь, то краснеешь.

А после с тяжелым вздохом добавила:

— Он мне нужен, Юстас. Мне нужна помощь, потому что на этот раз я не вывезу. Что-то затевается. Что-то крупное, но я не могу понять, что именно. У меня полно обрывочной информации, которую я не могу собрать воедино. Но самое главное… Хасан жив, Юстас.