Чтение онлайн

Отбросив желание выглядеть сильным, Чжу Хуэй позволил мечу взять над собой верх. В конце концов, какой толк в соревновании с духом одного из древнейших клинков в Трёх мирах? Цуймин-цзян был внутри него и наверняка насытился кровью, укрепив из без того сильную ци. Теперь он оказывал услугу, выводя из проклятого места одним, только ему ведомым путём.

Присмотревшись, Чжу Хуэй заметил, как странно реагирует рыхлая земля, простершаяся под их ногами, на каждый шаг — след вспыхивает лиловым отсветом и тут же гаснет. Вокруг клубится и мягко стелется красноватый туман. А сам воздух выглядит тяжёлым, пропитанным влагой и навязчивым ароматом цветущего пиона. Странно… откуда в разломе взяться императорским цветам?

— Цуймин-цзян, скажи, здесь растут пионы?

Дух меча не ответил, а лишь ускорил шаг.

— Пф… какой грубый, — проворчал Чжу Хуэй, боковым зрением отмечая — туман становится гуще.

Теперь запах цветущего пиона не просто опьянял, он вызывал неудержимое желание прилечь прямо на сырую землю и хорошенько выспаться. Когда он в последний раз отдыхал? Чжу Хуэй не смог вспомнить ни одной ночи, в которую бы не пришлось хлопотать, исполняя поручения Тёмного владыки.

Споткнувшись о кочку, он с тоской посмотрел вслед быстро удаляющемуся духу меча. Вставать на ноги не хотелось. Чжу Хуэй огляделся, выбирая место поудобнее и растянулся на земле во весь рост. Но сомкнуть веки так и не удалось. Рядом послышалось нежное позвякивание и тихий шорох одежд.

Нехотя подняв голову, Чжу Хуэй вначале уставился на босые ступни, наполовину увязшие в рыхлой земле. Девичьи ступни — узкие с длинными пальчиками и красивым узором, нанесённым на нефритовую кожу яркой киноварью! Его взгляд в недоумении скользнул выше, пока не упёрся в тёмные зрачки, напоминающие перезрелые до черноты вишни. Девичьи глаза искрились неподдельным любопытством.

— О… — удивлённо промолвил Чжу Хуэй, теряя дар речи.

Дева оказалась миловидной и улыбчивой. Задорно подмигнув ему, она отскочила в сторону, а затем достала из рукава тао гу и непринуждённо закружилась в танце. Маленькие шарики-подвески задорно ударяли в тао гу, повинуясь каждому движению её руки. Им вторили босые девичьи ступни, почти беззвучно касающиеся земли.

Вот так подарок! Чжу Хуэй рассмеялся. В Пустынном крае было не до тихих вечеров в окружении улыбчивых дев. А о сладких ночах он и вовсе помышлять не смел.

Миловидная танцовщица постепенно ускорялась, описывая вокруг него широкий круг. Тао гу неистово гудел, отзываясь на удары подвесок. Невесомый шёлк ярко-синего платья вился змеёй вслед плавным движениям девичьих ног, притягивая взгляд.

Совсем скоро Чжу Хуэй не выдержал: вскочил с земли и беззастенчиво заключил юркую танцовщицу в крепкие объятия. Щёку больно обожгло пощёчиной. Он мимо воли разжал руки и тряхнул головой, пытаясь избавиться от пляшущих перед глазами искр.

А когда это неуловимое марево рассеялось, Чжу Хуэй рассмотрел перед собой спокойное лицо духа Дьявольского меча. Ровный нос, крепко сжатые тонкие губы, прямые брови, напоминающие два мазка чёрной туши, нанесённые кистью художника.

— Дева… где дева? — Чжу Хуэй завертел головой, пытаясь отыскать танцовщицу в ярко-синем платье.

— Какую деву ты ищешь, молодой господин? — полюбопытствовал дух меча.

Чжу Хуэй осмотрел того с головы до ног и только сейчас заметил — Се Цзынин снова лежит на земле.

— Ты зачем его на землю положил?

— Его? — дух меча проследил за взглядом Чжу Хуэя. — У меня не было выбора. Ты начал бредить. Не думал, что Ледяной яд настолько быстро доберётся до твоего разума.

— Яд? — растерялся Чжу Хуэй, не понимая, о чём говорит Цуймин-цзян.

Тогда дух меча взял его за руку.

— Сам посмотри.

Чжу Хуэй раздражённо выдернул пальцы из чужой ладони. Все они покрылись тонким слоем инея. Он встряхнул рукой, сбрасывая льдистые иглы на землю, но на коже тотчас выросли новые.

— Это и есть Ледяной яд?

— Да. Точно такой же след остался на твоей щеке. Везде, где кожи коснулась отравленная роса, со временем проступит иней.

Чжу Хуэй потёр щеку. В ладони осталась щепотка белоснежного инея.

— И что… дальше?

— Яд проникнет в кровь и отравит ци.

— Это излечимо?

— Нам нужно выбраться из разлома. Как только воздух станет чистым, я удалю Ледяной яд из твоего тела.

Дух меча казался спокойным, словно храмовой истукан. Чжу Хуэй вцепился в шэньи на его груди и грубо притянул к себе.

— Хватит играть со мной! — крикнул он в безупречно спокойное лицо. — Разве ты не должен верно служить Тёмному владыке?

Прохладная рука сжала его кисть, безжалостно отрывая пальцы от шэньи. Хрупкий на вид юноша был невероятно силён. На глазах Чжу Хуэя выступили слёзы.

— Я верно служу Тёмному владыке, — почти равнодушно отозвался меч. — Но ты не он. Не нужно на меня кричать, это раздражает.

— А ты не думал, что слуга Тёмного владыки достоин хотя бы капли твоего сочувствия? — сердито прошипел сквозь стиснутые зубы Чжу Хуэй. — Ты мне едва руку не сломал!

Дух меча не ответил. Он снова взвалил бесчувственного Се Цзынина на плечо и, не оглядываясь на Чжу Хуэя, распорядился:

— Старайся идти рядом, Гуэр-фу. Здесь нет никого кроме нас троих. Если заметишь нечто странное, скажи мне.

Чжу Хуэй кивнул и обречённо поплёлся следом. Куда Цуймин-цзян ведёт его? За туманом невозможно разглядеть ничего дальше вытянутой руки! И как они выберутся из разлома, если всё время идут вперёд, когда следует подыматься вверх? В этом странном месте ни действует логика…

Он посмотрел на безвольно покачивающуюся в такт шагам голову Се Цзынина. Повезло небожителю! Ледяного яда не ощутил да ещё на руках носит сам дух меча Тёмного владыки.

Чжу Хуэй вздохнул, прислушиваясь к собственному телу. Даньтянь горит, рука вместе со щекой немеет от мороза, а ноги еле волочатся, с трудом повинуясь воле. Кто здесь должен первым упасть, требуя взять себя на руки?

— Не завидуй другим, — неожиданно ответил на его мысли дух меча.

— А ты… — Чжу Хуэй погрозил спине юноши кулаком, — ты не подслушивай!

— Скажи ещё, что родители плохо обучили меня, — неожиданно заметил дух меча.

— Родители… — Чжу Хуэй начал было покорно повторять за ним, но вовремя сообразил — паршивец дурачится! — Цуймин-цзян, чтоб тебя! Я едва ноги переставляю, а ты издеваешься?

— И не думал, молодой господин. Просто, когда ты гневаешься, забываешь о боли.

Чжу Хуэй прикусил губу и с благодарностью взглянул на дух меча. Паршивец не так безразличен, как пытается выглядеть! И этим он сильно напоминает Тёмного владыку. Тот тоже кажется отстранёно-холодным. И только верный слуга знает — под ледяной маской демона скрыто отзывчивое сердце бывшего Бога войны, одного из лучших небожителей Девяти Сфер. Может ли у такого быть по настоящему злое оружие?