Чтение онлайн

Вечно женщины, которые ему дороги, плачут из-за него.

Дэмиан уронил поцелуй на высокий лоб, затем, когда она, не выдержав его взгляда, закрыла глаза, на веки, легонько коснулся языком прозрачной, соленой капли, все-таки покатившейся по щеке…

Наэ… такая родная, такая знакомая — но сейчас у того, что между ними происходило, был налет сюрреалистичности. И вместе с тем это казалось правильным.

У первого поцелуя был соленый привкус. И вполне невинный мотив — утешить, успокоить, дать понять, что не равнодушен к ней и не собирается никуда ее отсылать…

Но прикосновение к этим чувственным губам обожгло его как огнем.

К Дьяволу невинность.

Он подсознательно ожидал сопротивления, но его не было. Когда их языки встретились, он на миг замер. Но мгновенное удивление сменилось неуверенным, неумелым ответом.

И огонь, тлевший до этого момента слабыми угольками, взревел в полную силу.

Страсть, которую он считал запретной и старательно не замечал, вырвалась на волю.

Тихий стон слился в тишине с голодным рычанием.

Не было нужды представлять на ее месте кого-либо еще. Такого безумия он еще не испытывал. Ее вздохи, стоны заставляли гореть, как в лихорадке, исследовать податливое, гибкое тело, ласкать ее губами и языком, теряясь в огненном потоке.

Быстро теряя контроль, Дэмиан ждал, что она вот-вот испугается и остановит его. Ждал этого, когда припал губами к ее шее. Когда коснулся груди, лаская сквозь шелк. Когда прижал ее спиной к стене и потянул вверх подол платья, гладя ладонью шелковистую кожу, поднимаясь все выше по бедру…

А в ответ — прохладные ладони на плечах, упоительные поцелуи… Вместо того, чтобы испугаться, она начала расстегивать на нем рубашку. Она точно так же горела вместе с ним…

И Дэмиан остановился сам. Хрипло выдохнул в мягкие губы:

— Наэ…

Бирюзовые глаза, затуманенные страстью, беспомощно смотрели в его собственные.

Сирена облизнула губы.

— Дэмиан, я…

— Помолчи.

Уткнулся ей в шею, пытаясь отдышаться и хоть немного успокоиться.

Сегодня — никаких духов. Только ее собственный запах. Свежий, с ноткой моря…

Головокружительный.

— Дэмиан…

— Что?

— А ты… из жалости?

Хриплый смех.

— Глупая…

Прильнул губами к изгибу шеи. Тихий стон Наэлели — и самоконтроль снова осыпается истлевшими клочьями.

Зажмурился, пытаясь взять себя в руки.

— Давай не будем спешить, — пробормотал он. — Я…

Но она решительно обхватила его лицо ладонями и поцеловала сама.

Прикосновение ее язычка к губам. Одно, другое… и он снова сорвался.

Она хотела именно его. Дэмиана. Она знала его. И хотела быть с ним, на любых условиях.

К дьяволу условия, Наэ!

И он ей предлагал только что узнать близость с кем-нибудь другим? Предложение отзывается!

Но и дальше он заходить не будет. Не сейчас… пока она все еще его игрушка.

И Дэмиан решительно оборвал поцелуй, отстранился, жестко, почти грубо прижал ее к себе, не давая продолжить.

А в следующий миг мир вокруг изменился.

Пахнуло горячим ветром и солью, а затем их окружил плотный жаркий кокон.

Вокруг плещется жидкий огонь. И кроме него, больше нет ничего. Ни воздуха, ни земли, ни неба.

Пламя, которое, обжигая, не оставляет ожогов, жар, который проникает до костей, не причиняя вреда. Огненное марево, с легкостью дотянувшееся до самого…

Сердце словно сжала чья-то рука. Не больно, скорее, оценивающе.

«Она достойна», — прошелестел чуждый голос, напоминавший не то шепот ветра, не то шуршание песков в пустыне.

И огонь исчез.

Дэмиан растерянно посмотрел на сирену. Та тоже казалась озадаченной… и как-то странно прижала руку к груди.

— Дэмиан… — неуверенно произнесла она. — Мне показалось, я сейчас что-то странное слышала и видела…

Дэмиан растерянно, непонимающе уставился на нее… и вдруг рассмеялся, слегка истерически.

— Проклятье, вот, значит, как это происходит…

— Что происходит, Дэмиан?! — встревожилась сирена. — О чем ты? Что это вообще было такое?!

Но он закрыл ей рот поцелуем, пытаясь таким образом унять ее тревогу и успокоить. Говорить прямо сейчас не хотелось, не хотелось ничего объяснять… он сделает ей предложение в другой раз, коли уж благословение получено.

Этот мир, конечно, жесток… но он тоже знает: яростнее всего защищают то, что любят.

Дайри, наверное, всегда будет занимать в его душе свое место… Но у любви совсем другой вкус. И пламя совсем иное. Теперь он это знал.

Но он был идиотом, столько лет не замечая чувств Наэлели… и своих собственных по отношению к ней. Отмахивался даже от желания, сразу сказав себе, что она недоступна…

Ничего, у него будет время на исправление этой ошибки.

Вопрос о желанно-нежеланных гостях на свадьбе спровоцировал в дальнейшем жаркие баталии между моей мамочкой и леди Аэрой, которые длились все время подготовки. Не то чтобы мы так уж спешили, да и разрешения пришлось долго ждать… Но вопрос оказался неожиданно острым.

В итоге сошлись на том, что отправить приглашение Дэмиану стоит, хотя бы из вежливости, но владыка прекрасно поймет, что ему здесь не рады, а потому не приедет. Леди Аэра предлагала подстраховаться и для верности отправить ему приглашение за пару дней до торжества, чтобы он точно собраться не успел, но этот вариант был отвергнут моей семьей — и самим Аркаиром, кстати. Будущая свекровь, которая действительно оказалась женщиной с весьма непростым характером, была обижена, на мой взгляд, не столько тем, что с ее мнением не согласились, сколько тем, что ее сын посмел принять сторону будущей тещи в этом вопросе.

Какое счастье, что после свадьбы мы будем жить вдвоем, а матушка Аркаира вернется на родину… но такие мысли я, понятное дело, не озвучивала.

Когда мы наконец утрясли все формальности и до свадьбы осталось ровно два месяца, баталии разгорелись с новой силой. Но нас ждал сюрприз.

Мы с Аркаиром сидели вдвоем в гостиной, наслаждаясь временным затишьем — воинствующие стороны разъехались по магазинам, — но тут неожиданно раздалось громкое шипение, прямо в воздухе вспыхнуло пламя, и из него выпорхнуло письмо, спланировавшее Аркаиру на колени.