Чтение онлайн

– Хорошо зашли, братва, - подытожил черноглазый.

– Не свисти, денег не будет, - оборвал его Петрович. При виде богатой добычи черноглазый и думать забыл о том, что должен был спуститься во двор и стоять там "на стреме". Остальные, у которых тоже глаза разбежались, не посчитали нужным ему об этом напомнить.

А тем временем Борихин и счастливый Василий уже зашли в подъезд, но продвигались вверх очень медленно. Причиной тому, а одновременно и причиной Васиного счастья была элегантная игрушка - крохотный сияющий "Эриксон". Вася любовался им, то и дело останавливался и хватал Борихина за рукав.

– Нет, Борисыч, вы - человечище! Насчет вашей природной жадности я был не прав. Нет, вы поглядите сюда.

– Да ладно! Что ты как ребенок в самом деле?
– брюзжал Борихин, но видно было, что ему доставляет удовольствие и новое приобретение, и, главное, щенячий Васин восторг,

– Нет, вы гляньте, гляньте... Или лучше вот что - позвоните мне со своего...

– Нечего мне делать - зря деньги тратить...
– повел плечом Борихин.

– Да что вы такой скучный, - тормошил его Вася.
– Заказчик же все оплатит.

– Тем более!
– ответил верный себе Борисыч. В нескольких пролетах лестницы от них беспечные бомжи уже начали увязывать добычу в узлы.

– А чего у них темно, как у негра в жопе? Рука черноглазого потянулась к выключателю. Но Колян, самый ушлый из троицы, ухватил его за обвисшие на поджаром заду штаны.

– Ты чего - совсем придурок?

– Так не видно ж ни хрена! Не заметим чего крутого - потом жалеть будем.

– Занавесочку подвинь, - провел короткий ликбез Колян.
– Только тихонько. И не мельтеши перед окном.

...За один пролет до двери Вася снова дернул Борихина за рукав:

– Тогда я вас сам наберу!

– Да хватит тебе, честное слово. Наговоришься еще!- уже не на шутку возмутился Борихин.
– У нас работы непочатый край.

Сидевший в машине наблюдатель уже начинал нервничать: пять минут он не сводил глаз с окна, а в нем - ни малейших признаков жизни. Куда ж они там делись? Наконец шторка осторожно отползла в сторону, за стеклом мелькнула чья-то рука. Палец сидевшего в машине уверенно нажал кнопку дистанционного взрывателя.

На лестничной площадке взрыв начался легким хлопком запала, и только потом рванул основной заряд. Взрывная волна шлепнула незапертой створкой железной двери о стену так, что посыпались крошки кирпича, а потом пошла гулять по подъезду. Борихина и Василия волна настигла, когда они, хихикая, переговаривались по телефону, повалила и сбросила вниз с лестницы на целый пролет. Василий едва успел прижать драгоценную игрушку к животу. Вслед за жарким дыханием волны сыщиков достал жадный язык пламени.

Глазам сидевшего внизу подрывника взрыв предстал несколько иначе, совсем как в кино. Сначала беззвучно вспучились стекла и полетели осколками вниз, потом взревело пламя и огненным шаром устремилось к небу, и в конце на асфальт полетели обломки мебели, какие-то части аппаратуры и безобразные ошметки человеческих тел. Прямо перед глазами наблюдавшего, на капот его автомобиля, шлепнулась еще дымящаяся рука, оторванная в локте.

– Сделано, - совершенно невозмутимо проговорил подрывник в микрофон рации.

– Гарантия полная?
– поинтересовался голос в динамике.

– Полнее не бывает, - хмыкнул мастер своего дела.

– Отлично. Уходи.

Машина рванула с места, заложив крутой вираж. Дымящаяся рука слетела с капота на покрывшийся обломками асфальт двора. На запястье сквозь кровь отчетливо проступала затейливая татуировка.

ГЛАВА 12

На этот раз, входя в дом Кудлы, Толстый уже не чеканил шаг и не колотил кулаками по стенам - на ошибках учиться он умел. Осторожно приоткрыв входную дверь, чтобы она не скрипнула, гигант прокрался по коридору и опасливо заглянул в зал под стеклянным фонарем. Обнаружив там одного только Буржуя, облегченно перевел дыхание. И тут же радостно гаркнул:

– Теряешь бдительность!

Стоявший к Толстому спиной и укладывавший свои вещи в небольшую вещей было немного - сумку, Буржуй даже не вздрогнул.

– Ничего я не теряю, - Коваленко развернулся лицом к другу и улыбнулся.
– Твои слоновьи шаги я из тысячи узнаю. Привет.

– Привет.

– Как Вера?
– первым делом поинтересовался Буржуй.

– Вера - лучше не бывает!
– доложил Толстый.

– В каком смысле?
– удивился Коваленко, привыкший за последние дни к тому, что Толстый постоянно жалуется на то, что вконец извел жену.

Толстый горделиво выпятил грудь:

– В прямом. Что я, по-твоему, свою жену не сумею успокоить?!

Буржуй еще раз внимательно и удивленно оглядел его.

– Порочное ты создание, Толстый!
– с ухмылкой заметил он.

– Ну порочное, есть такое дело, - шутливо повинился гигант.

– А что следствие? Что Борихин?
– Коваленко перевел разговор в серьезное русло.

– Борихин? Глухо!
– Толстый вздохнул и развел руками.
– Может, ты и прав - надо гнать его в шею. Раньше хоть не пропадал!

– Ладно, разберемся... Ты коллектив подготовил?

– К оживлению покойничка? Пока нет, на завтра намечено. Что смотришь? Скажи я им вчера - работа бы остановилась, только это все и обсуждали бы... Что я - людей не знаю?!

– Слушай, надо бы Олежке...
– Буржуй помялся.
– Ну... раньше, чем остальным. Он же все-таки не посторонний.

– Ясное дело. Сегодня и скажу.
– Толстый поскреб в затылке. Только он все равно обидится. Говорил я - надо было от него не скрывать!

– Ерунда! Сам подумай. Одежка - человек эмоциональный, так?

– Ну так.

– Вот. Скорбеть искренне не смог бы. Так?

– Наверное. У меня и самого-то не очень получалось.

– Вот видишь...

– Все равно обидится.

– Ничего, простит. Пообижается немного - и простит.

– Ты, я вижу, барахлишко уже того, упаковал. Так я тебя отвезу?

– Нет, езжай один. Я хочу сам в дом вернуться. Не обижайся...

Буржуй закурил и принялся бесцельно щелкать зажигалкой, завороженно глядя на то, как вспыхивает и гаснет крошечный огонек. Потом тряхнул головой и бросил зажигалку на стол. Поднял глаза на Толстого.