День саранчи (сборник)
Шрифт:
Лем выглянул из окна лимузина и заметил, что машины попадаются им все реже и реже. Да и люди исчезли: только изредка мелькали какие-то оборванцы.
Когда машина вылетела на какую-то подозрительную окраину, бородач опустил штору на одном из окон.
– Зачем вы это сделали?
– удивился Лем.
– Солнце бьет в глаза, - пояснил его спутник и опустил вторую штору, отчего в машине сделалось совершенно темно.
Эти действия заставили Лема заподозрить неладное.
– Поднимите хотя бы одну из штор, - попросил он и сделал попытку сделать это сам.
– Нет, они должны быть задернуты, - услышал он мрачный грубый голос.
– Что это все значит, сэр?
Вдруг железные пальцы схватила Лема за горло, и он услышал:
– Это значит, Лемюэл Питкин, что вы в руках Третьего Интернационала!
Несмотря на неожиданное нападение, Лем храбро вступил в бой, намереваясь дорого продать свою жизнь. Он считался одним из лучших спортсменов в средней школе Оттсвилла и в гневе был страшен, что бородач вскоре понял. Лем пытался оторвать от горла руку, душившую его, и ему это удалось, но когда он попробовал позвать на помощь, то понял, что лишился голоса.
Впрочем, даже если бы ему и удалось закричать, ничего из этого не вышло бы, потому что шофер был тоже заговорщиком. Ни разу не оглянувшись, он только жал на акселератор и вдруг резко свернул в какой-то темный закоулок.
Лем неистово отбивался и нанес отменный удар по лицу противника. Последний свирепо выругался, но не ударил в ответ. Вместо этого он что-то яростно нашаривал в кармане.
Лем ударил еще раз, и его рука запуталась в бороде. Она оказалась фальшивой и легко отвалилась.
Хотя в машине было темно, вы, любезные читатели, если бы сидели в ней, сразу бы догадались, что наш герой сражается не с кем иным, как с тем толстяком, что сыграл главную роль в разгоне митинга, на котором выступал мистер Уиппл. Лем, однако, не мог его узнать, потому как никогда в жизни не видел.
Неожиданно Лем почувствовал, как что-то холодное и твердое уткнулось ему в лоб. Это был пистолет.
– Ну что, негодяй, попался? Только пошевелись, и я разнесу тебе башку.
– Незнакомец не произнес, а прорычал эти слова.
– Что вы от меня хотите?
– с трудом проговорил Лем.
– Где находится прииск, на котором вы собираетесь добывать золото?
– Не знаю, - сказал Лем. Это была чистая правда, поскольку Кочерга держал в тайне пункт их конечного назначения.
– Врешь, проклятый фашист. Говори, а не то…
Его слова потонули в визге сирены. Их машина резко свернула, потом вильнула, и раздался страшный грохот. Лему казалось, что он мчится по тоннелю, полному звенящих колоколов. В глазах потемнело, и последнее, что он почувствовал, была острая боль в левой руке.
Когда бедный юноша пришел в себя, он понял, что лежит на ка- кой-то койке и что его куда-то везут. У его изголовья сидел человек в белом халате и спокойно курил сигару. Лем понял, что он уже не в лимузине: задний борт машины был откинут. Было светло.
– Что случилось?
– спросил Лем.
– А, очухался, - отозвался человек в белом.
– Ну, теперь, наверное, ты выкарабкаешься.
– Но что произошло?
– Тебя сильно помяло.
– Помяло? А куда вы меня везете?
– Давай по порядку. Лимузин, в котором ты ехал, врезался в пожарную машину и разбился вдребезги. Водитель, похоже, удрал, потому как в машине, кроме тебя, никого не было. Ты в карете «скорой помощи», и мы везем тебя в больницу Лейк-Шор.
Лем понял, что попал в очередную передрягу. К счастью, он был жив.
– Ты, часом, не скрипач?
– загадочно спросил врач.
– Нет, а что?
– Твоя левая рука была в жутком виде, и нам пришлось кое-что отрезать. Короче, у тебя ампутирован большой палец.
Лем тяжко вздохнул, но, будучи стойким юношей, заставил себя думать о другом.
– Из какой вы больницы?
– переспросил он врача.
– Лейк-Шор. А в чем дело?
– Как себя чувствует ваш пациент Натан Уиппл? На ярмарке его сбил автобус с экскурсантами.
– У нас нет пациента с такой фамилией.
– Вы уверены?
– Вполне. Я знаю всех, кто попал к нам по «скорой».
Внезапно Лему стало все ясно.
– Он надул меня!
– воскликнул юноша.
– Кто надул?
– поинтересовался врач.
Лем не ответил. Вместо этого он спросил:
– Который час?
– Час дня.
– У меня, стало быть, еще пятнадцать минут, чтобы успеть на поезд. Остановите машину и выпустите меня. Пожалуйста!
Врач уставился на нашего героя, пытаясь понять, не сошел ли он с ума.
– Мне надо выйти!
– с жаром повторил Лем.
– Конечно, вы имеете право делать все, что вам заблагорассудится, но я бы советовал поехать в больницу.
– Нет, - упорствовал Лем.
– Прошу вас. Мне надо на вокзал. Я должен успеть на поезд.
– Я просто восхищен вашим мужеством. Черт возьми, может, и впрямь пойти вам навстречу?
– Будьте так добры, - взмолился герой.
Без лишних слов врач велел шоферу гнать что есть сил на вокзал, пренебрегая правилами уличного движения. В результате неистовой гонки через весь город они подкатили к вокзалу, когда «Вождь» должен был вот-вот отойти от платформы.
Как и предполагал Лем, мистер Уиппл и его спутники уже были в поезде. Увидев Лема с перевязанной рукой, они начали спрашивать, что случилось, и Лем рассказал про встречу с агентом Третьего Интернационала. Это вызвало у слушателей бурю негодования.
– Настанет день, - зловеще предрек мистер Уиппл, - когда покатятся головы с бородами, с усами и без оных!
В остальном путешествие прошло без происшествий. В поезде нашелся отличный доктор, и к тому времени, когда «Вождь» достиг Южной Калифорнии, рука Лема понемногу заживала.