Чтение онлайн

Именно так — естественно, за исключением цвета — должна была, по выкладкам Неркаса, вести себя Первородная Тьма. Арону все сильнее казалось, что на изначальном уровне — уровне Хаоса — Свет и Тьма друг от друга практически не отличались. Разве что только цветом.

Сейчас…

Арон протянул руку, и сгусток Света поплыл к нему по воздуху. Лег в ладонь, защищенную щитами, излучая уже знакомую доброжелательность — но в то же мгновение Арона обожгло болью, и он отдернул руку. Впрочем, боль была терпимая — щиты смягчили ощущения. Без них ему пришлось бы куда хуже.

Сгусток Первородного Света продолжал парить перед Ароном в воздухе, чуть покачиваясь и все так же излучая доброжелательность и, самую малость, недоумение. Будто не мог взять в толк, почему маг его отбросил.

Арон уже однажды прикасался к искре Первородного Света — и тогда это не вызвало никаких неприятных ощущений. С большим сгустком так не получилось — почему?

Убрав перо, Арон еще некоторое время перечитывал свои выкладки, проверял расчеты и каждый раз приходил к одному и тому же выводу: его эррэ, предназначенное для работы с Тьмой, не могло воспринять большое количество Света сразу, но, стоило разбить тот на сотни искр, и он поглощался легко.

«Единение со Светом».

Название звучало, возможно, слишком претенциозно, но Арон чувствовал, что имеет на это право. В конце концов, это была его собственная разработка.

Возможно, когда-нибудь в будущем он поделится этой разработкой с другими Темными — с верными ему Темными. Но только тогда, когда шагнет еще на одну ступень выше, когда достигнет девятого уровня, которого, после смерти Первого Императора, еще никому не удавалось получить.

А пока — Арон привычно провел рукой над записями, и они исчезли, оставив в его дневнике лишь пустые страницы — пока Арон будет единственным владельцем секрета. Заклинание, наложенное на дневник, гарантировало, что только он мог прочитать то, что было написано внутри.

(Арон нынешний)

(Настоящее время)

Арон выдохнул и открыл глаза.

Как всегда, когда Прежний показывал ему часть своих воспоминаний, прошедшие дни, недели, а то и месяцы казались пережитыми им самим, и возвращаться в реальность было тяжело. Требовалось время осознать себя и вспомнить, что магом, достаточно безумным, чтобы проводить эксперименты с Первородным Хаосом, был вовсе не он.

«Никакого безумия», — недовольно буркнул в его мыслях Прежний, — «…ну разве что это было немного опрометчиво… С другой стороны, я не только добился, чего хотел, но и получил защиту от Изнаночников. Или, думаешь, почему ты не рассыпался в прах в тот момент, когда Черный Шаман тебя коснулся?»

Арон проглотил резкость, так и просившуюся в ответ. Подавил и желание назвать Прежнего спятившим экспериментатором. Сейчас это было неважно. Важно было то, что происходило с Уррием.

В реальности, похоже, прошло лишь несколько мгновений. Самое большее — минута, потому что Уррия все так же била дрожь, а чуждый свет все так же окутывал его тело, постепенно впитываясь в кожу.

Идолов человеко-рыб, хранящих от проникновения Изнанки, здесь не было. Сам Арон мог надеяться на защиту той мумии Черного Шамана, что так и оставалась в его эррэ, но…

«Если Изнанка проникнет в Уррия, мы получим бога, одержимого Черным Шаманом», — сказал Арон. Теперь он знал, как открывать ход в Хаос и как закрывать его, знал все нюансы разработанного Прежним ритуала, только вот там не было ничего о том, как защитить от одержимости случайного свидетеля.

«Он же бог…»

«У него человеческое тело с эррэ, полным человеческой магии», — перебил Арон. — «Именно за эррэ цепляются Изнаночники. Нужна защита».

Прежний с этим спорить не стал, задумался и после краткой паузы сказал именно то, что промелькнуло и в мыслях Арона:

«Каменная стена и руны. Этого должно хватить».

Все так же держа в руке жезл Каира, Арон отступил к дальней стене, мысленно отдавая приказ эмеалям Земли. Дощатый пол разломился и из проема, ровно посредине между Ароном и Уррием, начали подниматься камни фундамента, смешанные с глиной. В процессе подъема они распадались на крохотные частицы и вновь сливались вместе, образуя крепкую толстую стену, которая росла очень быстро и всего через несколько мгновений уперлась в потолок.

Едва это случилось, всю поверхность этой стены — и всех остальных стен, и пола, и потолка — плотным слоем покрыли защитные руны. Арон оказался в подобии полностью замкнутого крохотного самодельного склепа.

Несколько фраз призыва к Хаосу — и покореженный пол пересекла трещина.

Во время последних экспериментов Прежний немного изменил ритуал, и теперь из Хаоса уже не лучились разноцветные огни. Теперь оттуда сразу поднимался Первородный Свет. Ну а вместо кристаллов для его сбора прекрасно подходил жезл.

Даже слишком хорошо подходил — Арон непонятным образом ощущал эмоции жезла, ощущал то, с какой жадностью он поглощает Первородный Свет, и, будто оголодавший человек, хочет еще и еще.

«Псевдо-разумный артефакт», — подал голос Прежний. — «Ничего удивительного. Когда бог творит, то вкладывает в творение часть себя. Тем божественные артефакты и отличаются от обычных».

Арон посмотрел на жезл в своей руке, в который все еще продолжал вливаться Первородный Свет. Значит, в этом предмете жила не только божественная Сила Солнечного, но и часть его разума? Эмоций? Самой сути?

«Чем это может грозить?» — спросил он Прежнего.

«Да чем угодно. Вспомни хоть о проклятии сферы Ангун. А ведь при жизни Ангун была всего лишь смертной дочерью Младшего бога».

«Жезл дался мне в руки слишком легко. И за ним не пришли ни Песчаники, ни ядовитые змеи, как в воспоминании Кирка. У тебя есть предположения, почему так?»

«Сейчас мне куда интересней, почему жезлу потребовалась подпитка энергией», — отозвался Прежний. — «Он же сам является источником Силы».

Это Арон помнил, и помнил, как мгновенно восполнялся его резерв, когда он магичил, держа жезл в руке.

«Источник мог перестать работать потому, что сила жезла оказалась направлена против его создателя, Солнечного бога», — медленно произнес Арон.

Поток Света из Хаоса уже не моментально впитывался в жезл, а успевал частично рассеяться в пространстве. И жажда, которую Арон ощущал внутри жезла, поутихла.

Одним движением он закрыл щель, ведущую в Хаос, потом растворился в Тенях — так, как делал Прежний в воспоминании, — и в бестелесном виде прошел сквозь созданную им стену.

Если Изнаночник проскользнул в щель Хаоса и в этот раз, то зацепиться за эррэ Арона он не мог и, теоретически, должен был остаться внутри созданного Ароном «склепа», удерживаемый в нем защитными рунами. Конечно, риск все равно был, но позволить Уррию погибнуть было риском куда большим.