Чтение онлайн

Это все суперски. И даже то, что из цэ-два-аш-пять-о-аш во всей квартире обнаружилась лишь непочатая бутылка пятизвёздочного конька, и то под кроватью Макса, к которому прилагалось устное:

– Это мне благодарные читатели из Армении прислали.

Клянусь, я даже слышала, как его нога шаркала по ковру. А Нина Павловна, вызывая ревность мужа, была на одной волне с моим шизанутым дядей:

– Правда? У вас, наверное, даже в Африке читатели есть.

Соня, переглядываясь со Стасиком, подозрительно захрюкали, принимая ее слова за сарказм, но они, очевидно, еще не знают, как жестока бывает судьба.

Максим благодаря неудачно подавляемому ржачу, заметил их и тут же скооперировался, перестав гордо выпячивать грудь, послал на задание сыночка:

– Стас, возьми у меня заднем кармане джинс бумажник и сходи в аптеку за спиртом.

– В нашем районе в радиусе километра аптек нет, – обрадовала его Сонька.

– Значит в магазин за водкой, – отрезал строгий, он иногда умеет таким быть, папа.

Дети перечить перестали, а папа, наверное, все-таки прочувствовал вину.

Правда, так быстро братик не свалил, он еще полчаса бумажник искал, потому что не знал где лежат джинсы Макса. Что уж там – сам Макс не ведал этого. В итоге они нашлись на спинке стула под ворохом одежды.

Пока он бегал в магазин, я заметила, что пропал Сеня. У меня же к нему были личные вопросы по повожу того, что он сбежал от меня в клубе, так что, оставив мирно треплющихся взрослых в зале, пошла искать мелкого. Его комната была закрыта, что неудивительно, а я решила проверить свою.

Наверное, я с этого момента буду каждую дверь открывать с опаской. Иначе у меня вся голова станет с оттенком «пепельный блондин».

Я искала Сеню, а стоило задуматься о другом. А именно – о том, куда подевались два истерящих ребенка. Нет, ну кто же ожидает подлянки от милых пятилетних карапузов?.. Да любой должен, нет, просто обязан ожидать! И не прогадает. Это же изгнанники ада. Не иначе как сам дьявол посылает их на землю, чтобы они сеяли здесь смуту.

Эти два обормота, насмотревшись «Один дома», решили поймать страшное чудище. Меня то есть. Они устроили мне облаву: рассыпали по полу круглые шоколадные шарики, а на дверь водрузили ведро с мукой. Муку они нашли на кухне, думаю, в этом им помог Сеньчик, который, сидя на моей кровати и улыбаясь до ушей, держал камеру так, что я находилась в фокусе в течение всего своего фееричного полета в комнату. С ведром на голове. Я влетела, распласталась на полу, а сверху на меня закинули сеть и вопили:

– Мы поймали Шлека! Мы поймали Шлека!

На шум, грохот и мои стенания раненной выпи прибежали остальные домочадцы.

Злую и грязную меня, причитая, достали из сети (вот где дети эту сеть взяли вообще? Может, ограбили дядин балкон?), отмыли, привели в божеский вид, в общем, обращались как с маленьким ребенком.

Обиженных судьбой (в лице меня и прочих) детей наказали и закрыли в туалете. О, глупые! Да эти дети крокодила из канализации достанут, как минимум. Их вообще надо в бочку сажать, чтобы ни с кем и ни с чем не контактировали, и тогда, вероятность избежать угрозы существует. Маленькая, но существует.

Макс наградил своего младшенького ведром и шваброй, наказав «все вылизать». Камеру его он отобрал и обещал вернуть только после того, как улицезреет результат. Сеня разобиделся, но на конфликт не пошел.

Если бы не вернулся Стас с печальными известиями, я бы, наверное, простила мир и передумала биться об стену, но он расстроил меня еще сильнее:

– Вообще-то, мне ничего продали. Сказали, что я слишком молод, чтобы так мелочно пробухивать свою жизнь.

– Точно, у нас же спиртное с двадцати одного года продают, – стукнул себя по лбу Максим.

– Так что, разбирайтесь сами. Адиос!

Потом он гордо развернулся и скрылся в направлении своей комнаты, где трусливо прятался мой двойняшка. Егор вообще по-умному поступил: так и не вышел из комнаты, пока наш цыганский табор не покинул территорию. Хотя, думается мне, он просто спал. Нацепил, наверное, наушники еще ночью, когда папа посягал на его сон, так и спит в них.

А водку все же принес сам Максимилиан, так и не обнаружив ни в одной паре глаз желания сгонять за «лекарством». Но он и сам делал это в течение часа. Получилось так, что кассирша оказалась его рьяной фанаткой и оперативно собрала своих соратниц из покупательниц, так что они оккупировали его и требовали автографов. Вот надо же было ему напороться на фэнов в такой ответственный момент!

Но, к счастью, ему удалось вырваться из их цепких объятий, не в первой.

В общем, тетя Нинель старательно вычищала мое лицо от зеленки. Очень старательно. Я думала, что она мне там дырку протрет… размером с лицо. Но обошлось. Хотя я чуть не померла от непередаваемых ароматов, глаза и нос нещадно щипало, но, несмотря на мое непоколебимое терпение, бриллиантовый зеленый его не оценил и оказался въедливым. Это каждый знает, кто в свое беззаботное детство переболел ветрянкой. Так что зеленый раствор не стерся до конца. Мое лицо приобрело эдакий, как бы культурно выразиться, благородный цвет плесени на тухлом дорогом сыре.

– Завтра-послезавтра сойдет, – пообещала мне тетя Нина.

Мне понадобилось время, чтобы «привыкнуть» к своему новому имиджу. Поэтому я посидела немного в комнате перед зеркалом. Порывшись в шкафу, я нашла сонин платок красного цвета, такие в моде у всяких рэперов, и повязала себе на пол лица. Надела солнцезащитные очки, которые скрыли вторую половину лица, натянула красную бейсболку и в целом, скрипя зубами, осталась довольна.

Систер посмотрела на меня сочувственно, а по моему телу от ее теплого взгляда прошла волна благодарности.

– Ты не одинока в этом мире, – заверила меня обычно вредная сестренка.

Я кивнула:

– Ага, спасибо.

Но эта мелкая гадина оставалась самой собой, поэтому следующая ее фраза нисколько меня не удивила:

– Тогда зачем травмировать психику окружающих? Сиди дома, а то их инфаркт хватит. Всех сразу. Ты же от расстройства сама лапки откинешь.

– Ха-ха. Отстань.

Я лишь махнула рукой и ушла. Будет лучше, если я поеду вместе с родителями Леськи. В последний раз подруга после встречи с ними плакала и даже хотела с моста сигануть. Так что будет лучше, если рядом с нею будет плечо лучшего друга – меня. К тому же в моем присутствии они будут интеллигентно отмалчиваться и кидать на нее грозные взгляды, а вот ругать не будут.

На первый этаж мы спускались в лифте, который имел благородство не быть сломанным сегодня. Аж не верится – хоть что-то хорошее в жизни. Количество запланированных у обожающего меня наверху кого-то на сегодня ужасных событий, кажется, исчерпало свой предел, так что и лифт не встал на полпути. Но это я рано радовалась.

Именно в лифте я обнаружила, что за Лесей едет делегация из шести человек: Николай Велимирович, Нина Павловна, Максим (тетя Нина к нему просто приклеилась клеем-моментом), Таня с Костиком и я. Последние два кренделя меня откровенно напрягали. Но мамаша детишек оставить не могла, да и на кого? Мой папуля улизнул в офис, а Соня со Стасиком были отбракованы автоматом.