Чтение онлайн

– Я все слышу! – раздался его голос сквозь звуки льющейся воды. – И осколки все собери-убери! И протри!

Шер гадостно заржал, предвкушая намечающуюся вечеринку. Хотя у него сегодня не было особого желания устраивать подобное, все же сила характера и врожденная вредность, записанная на скрижалях ДНК, сделали свое черное дело.

Он ополоснул лицо холодной водой, смывая усталость и накопленный за весь день негатив, присел на краешек ванны. В голову пришла замечательная идея принять ванну, пока его друзья доберутся до этого района, он как раз все успеет.

«Блондинистая горилла», как надрывно верещала за дверью Леся, активно запихивая осколки под диван, поставил набираться воду и стал рыться среди всевозможных бутыльков и скляночек со всем необходимым для любой современной девушки. Он уже совсем отчаялся найти среди горы косметических средств пену для ванны, но она словно сама прыгнула ему в руку, гордо величая себя этикеткой «Кофейное удовольствие». Не заморачиваясь, он ополовинил баночку и довольный собой прислушался к отборной ругани бунтарской подружки его любимой девушки.

Последняя, с какой стороны на нее не посмотри, представлялась ему идеальной не в плане того, что она идеальная девушка, а именно что идеальная для него. Будто ее специально создали на небе и отправили Артему, как самый лучший подарок всех времен и народов. А он его совсем не заслужил…

Но все же Лена для него теперь как персональный «плюс» на его вечный «минус».

– Открой дверь! – громко постучала Леся.

– Зачем? Я, может, тут голый сижу, медитирую, душ принимаю? И еще – я женат и верен, так что твои гнусные домогания к мужчине в стиле ню, принимающему водные процедуры, вопиющи!

– Ах, ты! – она пнула дверь, ойкнула. – Надеюсь, Ленка скоро станет вдовой, – ядовито пожелала Радуга, мысленно нарисовав его портрет в черной рамочке с соответствующей ленточкой.

– Ой-ой-ой! – издевательски возопил Артем. – Так ты что, с ножом пришла? Хочешь вызволить меня из удачного укрытия и осуществить свои коварные злодейские намерения?

– Слушай, я уже поняла – ты жутко сообразительный и с фантазией у тебя все тип-топ, но там, на пороге, стоит какая-то куча непонятного вида людей и очень желает ворваться внутрь. Прогони их!

– Позвони Егорчику. Или же твой принц занят?

– Он трубку не снимает. У него телефон разряжен, – сквозь зубы пояснила Леся.

– А, ну, как обычно…

– Дверь открой!

– Не хочу.

– Что значит – не хочу?

– То и значит.

– Я тебя с каждой секундой ненавижу все больше.

– Аналогично, – не остался в долгу Шер. – Ты бесячая. И почему Лена с тобой дружит?

Вопрос был риторическим, но Леся с такими выражениями знакома не была:

– Потому что она с головой не дружит! То есть… Она со мной дружит, вместо головы. А с головой не дружит, потому что с тобой связалась. Вот! Надо же было так быстро сойти с ума, чтобы выйти за тебя! Лучше самоубийство.

– Какая ты готичненькая, – хохотнул Охренчик.

– А ты просто козел. Выходи!

– В отличие от тебя, я вовсе лишен ампирности.

– Чего лишен?

– Не суть. Но мы с тобой резонируем на разных частотах. Ты – на суицидальной, я – на позитивной. Прости, но я свою смерть вижу иначе – чуть покрытая инеем седины голова величественно покоится на шелковой пуховой подушке; уже старое, но все еще спортивное тело, укрыто теплым одеялом; в руках – завещание. А около моего, находящегося в шаге от врат Рая, тела толпятся наследники, а также мои маны. Знаешь, им ведь не положено уходить на тот свет раньше меня. Я буду первым. Не хочу никого терять. И вот… Кто-то плачет, кто-то нервно поглядывает на часы… Но скорбь стоит в их помутневших от надвигающегося горя зрачках и всех объяла заунывная тяжелая атмосфера, в слоях которой над нами зависло облако смерти…

– Фу! Твоя идиотская поэтическая натура не вяжется теперь у меня с остальным обликом. Гад. Ты попортил мое восприятие тебя.

– Пофиг.

– Ты невыносим.

– Это как мусор, складирующийся у тебя на кухне?

Олеся мысленно выстрелила ему в голову из дробовика. Два раза. Глубоко вдохнула, выдохнула. Досчитала до десяти.

Один маленький мешок с мусором, будучи оставленным в квартире, уже за неделю оброс тремя огромными собратьями, поселившись рядом с ним на кухне. Выбросить их руки Леськи так и не дошли.

– На самом деле… – пробормотала Леся, коря себя, но быстро опомнилась. – Выходи! Почему не выходишь?

– Я тебя опасаюсь, – продолжал он паясничать. – А вдруг ты мне специально зубы заговариваешь? А потом возьмешь и – хрясь! Нету больше этого замечательнейшего человека – любимого сына, верного брата и мужа, души компании и героя танцпола. Лишь некролог на две страницы да обалденный аромат типографской краски бонусом за счет редакции.

– Зачем мне тебя убивать? – спросила с расстановкой слов Радуга, а про себя добавила «когда на пороге куча свидетелей?» – Эй, я тебя не трону!

– Именно так безобидно, даже дружелюбно, и начинаются все самые страшные злодеяния века. «Эй, тебе нечего меня бояться, пошли, поиграем в песочнице!« – сказал сорокалетний дядечка в смешных очочках первоклашке, несущейся с портфелем наперевес домой после уроков. А потом ее косточки и нашли. Закопанные в песочнице. Ха-ха. И таких историй – миллион и маленькая тачанка.

– Ты невыносим!

– Ты говорила.

– Точно, ты невыносим, как мусор. Мусор! Я буду называть тебя мусором! – радостно просияла девушка, хваля себя за находчивость.

Но Шеру палец в рот не клади, а уж обзывать его и вовсе гиблая идея:

– А я буду называть тебя коровьей лепешкой-говёшкой, – безапелляционно заявил он, скрестив руки на груди.

– Почему это? – разъярилась Леся.

– Потому что тебе это не нравится. А мне доставляет удовольствие. Так что, решено. Ты теперь официально коровья лепешка-говёшка.

Он ухмыльнулся, представляя себе ее взбешенное лицо.

– Ты труп! Только открой дверь – и ты труп! Открой дверь! Слышишь? Я убью тебя голыми руками!

– А только что уверяла, что не тронешь меня…

– Я пе-ре-ду-ма-ла!

– Ну, окей. Тогда ты гостей-то пусти, а то нехорошо держать их за дверью. Вдруг обидятся и решат выломать мешающийся объект… А жить без двери мне тут будет хреновастенько.

Леся, вспомнив, о гостях, передумала убивать Охренчика прямо сейчас:

– Хорошо. У нас же мирные переговоры. Так что давай заключим перемирие?

– А где гарантия, что ты меня не кокнешь?

– Я тебе не магазин электроники и бытовой техники, чтобы гарантию выдавать, – огрызнулась она, но потом прикинула, что таким образом они и до утра могут препираться, но проблема так и останется не решенной. – Хорошо, – смягчилась Леся. – Что ты предлагаешь? Твои, так сказать, предложения.