Десять железных стрел
Шрифт:
И на визжащих крыльях спустился ад.
На палубе появилась тень – чернильно-черное пятно, мгновенно разросшееся до размеров кареты. Оно пронеслось над отрядом стрелков, которые повернули испуганные взгляды и арбалеты к небу, запуская болты и крича.
Ты всегда первым видишь их когти: четыре черных кинжала, пронзающие облако, чтобы схватить очередного несчастного ублюдка. Потом – крылья, огромные перья цвета слоновой кости, усеянные красными пятнами. К тому времени, как услышишь птичий крик, станет уже поздно.
Вот так все и было для тех мудаков на палубе.
Тамкай, огромный, с острым клювом, несущий имперского всадника, врезался в толпу стрелков и выхватил нескольких из них с палубы. Остальные либо бросились врассыпную, либо тщетно пытались стрелять, когда гигантская птица снова взлетела, исчезая в облаках вместе с их товарищами. Мгновение спустя скудная защита тоже обернулась бегством, когда тамкай уронил жертв обратно на палубу.
По кускам.
– Тамкаи, – буркнула я, наблюдая за скользящими и ныряющими в облаках силуэтами, пикирующими на палубы других аэроблей. – Боевые Сорокопуты. Они подготовились.
– Но как? – спросила Лиетт. – Как они узнали? Никто не знал!
«Никто, кроме меня, – подумала я. – И тех, кто мне рассказал».
Когти тамкая подхватили еще одного солдата. Я поежилась.
– В смысле, я всегда могу у них поинтересоваться, – пробормотала я. – Или мы можем съебаться отсюда.
Я осмотрела перила.
– У этих хреновин же есть спасательные шлюпки, да?
– Я… – Лиетт резко вздохнула и взяла себя в руки. – Да. Есть. У каждого аэробля есть ялик.
– Отлично, погнали раздобудем.
– Не получится.
Лиетт указала на пару шкивов, предназначенных для крепежа маленького судна. Судна, которого не было. Кто-то уже воспользовался яликом и нашей возможностью сбежать.
– Чудненько, – вздохнула я.
– Их больше на флагмане, – сказала Лиетт. – По меньшей мере, шесть.
– Если их тоже не умыкнули.
– Нет, – возразила Лиетт. – Экипаж флагмана отбирал Великий Генерал лично за их преданность и абсолютную готовность пойти ко дну вместе с кораблем.
Она поправила очки.
– В любом случае, никаких других способов сбежать с корабля, не включающих в себя жуткую гибель в пылающих обломках, попросту нет.
Я выглянула из-за трапа. Флагман зловеще парил в небе, беспристрастный и не обращающий внимания на окружающие его атаки; взрывы его пушек освещали облака, отбиваясь от абордажников. А вот и наш выход.
И все, что нас разделяло – многие мили открытого неба, кишащего гигантскими птицами-убийцами.
Так что, как понимаешь, фиговенько, но…
– Неслабо, – фыркнула я. – Ну-с, если у тебя есть идея получше, чем просто усесться тут и ждать смерти, я вся внимание.
– Дай подумать, – Лиетт потерла виски и замычала. – Мы все еще держимся на лету, значит, капитан жив. И Империум не повредил управление. – Она указала на рубку на другом конце пропитанной кровью палубы. – Но мы можем.
– Ты сможешь его посадить?
Лиетт сердито на меня глянула.
– Это исполинский корабль, наделенный невозможной силой летать с помощью непостижимой технологии. Разумеется, я смогу его посадить. – Она снова поправила очки. – Но мы над горами. Так что я не смогу его посадить, чтобы, ну, все не взорвалось. Но, впрочем, могу подтянуть нас ближе к флагману.
– Сойдет, – проворчала я и, открыв барабан Какофонии, грохнула о него патроном. – Если не будем привлекать внимания, то может получиться. Пригнись, держись ближе, и мы как раз, наверное…
Тепло. Давление. Знакомые, как старые шрамы. Я опустила взгляд и увидела пять крохотных пальчиков, сжимающих мою руку. Я снова посмотрела на Лиетт. А она посмотрела на меня – взглядом, которого мне остро не хватало.
Может, в ее глазах я была чудовищем. Может, мир однажды станет другим, без таких, как я. И, может, он будет лучше.
Но я все еще ходила по этой темной земле и по-прежнему удобряла ее сотнями жизней. Если уж мне суждено быть монстром… по крайней мере, я буду тем, кто защитит ее от более крупных чудовищ.
Мы кивнули друг другу. Выскочили на палубу. Вокруг нас взрывались заряды севериума. Арбалетные стрелы проносились мимо, им отвечали вспышки молний, тела уносились вверх, подброшенные силой магии. Мы держались друг за друга, в одной руке я сжимала ее ладонь, в другой – револьвер. Перед нами маячила рубка.
«Ты сможешь, – твердила я себе. – У тебя все получится».
Не нужно мне, чтобы трепались, мол, Сэл Какофония лжет, даже себе. Но если б кто сказал, что Сэл невнимательна, то с чистой совестью поспорить с ним не выйдет.
Я, как бы, человека с огромным арбалетом не увидела, пока он не выстрелил.
Драконоборец взревел мотором. В палубу перед нами вонзился болт размером с гарпун. Я дернула Лиетт за руку, прыгнув за убитого тамкая, и тут же в его тушу врезался еще один болт.
Я выглянула из-за туши. На крыше кабины стояло трио Драконоборцев – двое перезаряжали массивные орудия, третий целился в меня. Как, мать мою ети, я их не заметила?
– Все нормально, – пробормотала я под нос. – Драконоборцы приспособлены сбивать птиц, а не людей. Слишком неточные, в нас не попадут.
Я напружинилась, приготовившись к броску.
– По моей команде, беги в сторону…
– Нет!
Воплю Лиетт вторил вой металла, рассекающего воздух. Она толкнула меня на палубу как раз вовремя, чтобы у меня в лице не появилась дырка размером с гарпун. Болт пролетел в паре дюймов от моей головы и вонзился в дерево. Я в ужасе перевела взгляд с него на Лиетт и обратно.
– Они не должны так уметь.
– Они и не умели, – Лиетт так улыбнулась, что мне захотелось врезать ей по губам. – Пока я их не перекалибровала.
– Ты что?!
– Они были неэффективны! – запротестовала она. – А у меня образовалось немного свободного времени. И что мне было делать? Не чинить их?
– Да, дура ты набитая, именно это ты и должна была делать.
Я снова выглянула из-за мертвой птицы и поморщилась. Драконоборцы перезаряжались. Даже если останусь на месте, они, в конце концов, пробьют мое укрытие из мертвечинки.