Чтение онлайн

– Ацео-ремо. Замри, – обездвижив рептилию, Тогль достал лист из ее пасти. – Зачем скармливать не врученный документ?

– Как не врученный? – покраснев, возмутилась эльфийка. – Ах, не может быть! – она взяла в руки пергамент и, заметив магическую печать, покраснела еще сильнее. – Это все от волнения. Не подумайте чего плохого, Тен.

– Верю, что не специально, – открывая документ, сказал он. – За малым не лишили министерство денег за штраф, – пошутил Тен. – Уверен, этот бедолага Стив Фаррел был бы рад такой оплошности, – внезапно Тен осекся и еще раз перечитал приказной лист. – Фаррел? Случайно не сын лепрекона Тона Фаррела?

– Нет информации, – пунцовая от неловкости момента, ответила эльфийка.

– Как жаль, – улыбнулся Тен и тут же сменил тему. – А где у вас можно остановиться на ночь? А то я впервые в Чикаго. Помогите, растерян, как студент.

– Найдем. Давайте приказной лист, попрошу Туска сделать новую печать.

– Не стоит, я лично вручу его нарушителю, – строго ответил Тен. – Надо же начинать знакомиться со здешними жителями, заодно расспрошу о фамилии.

– Как хочешь, – поправляя брошь, ответила эльфийка и собралась на выход.

– Так что насчет гостиницы? – крикнул ей вслед Тогль.

– У вас деньги есть?

– Да.

– Значит, проблем не будет.

Уже через час Тогль распаковал чемодан в одном из номеров хорошего отеля и, поблагодарив Туска, сказал, что на сегодня его служба окончена. Вещей у него было немного: чемодан со сменным костюмом, волшебная палочка, мешочек золота и старинная книга по родовым проклятиям эльфийской знати. Номер в отеле типовой: небесного цвета обои, паркет, большая кровать и уборная с душевой кабинкой. Заказав ужин, Тогль в охотку поел, а сразу после взялся за чтение книги. Перед сном он сел напротив зеркала и довольно долго смотрел в свое отражение, и как только радужка глаз приобрела темно-синее свечение, он недовольно заговорил сам с собой.

– Что ты устроил в магазине? – возмутился Тогль, – Зачем этот показной экскурс, допрос троллей, ты в своем уме? Нас и так чуть не раскусили!

«Они ненавидят тебя» – послышался чей-то низкий голос в его голове.

– А никто и не дожжен был меня полюбить, – стоял на своем Тен. – Сколько раз говорить – не управляй мной! Или ты хочешь, чтобы я написал служебную записку в Атаракс? Требуя ужесточения режима?

«Прости, не мог устоять перед заносчивостью эльфийки».

– Повторяю в последний раз: разрешаю наблюдать за моей жизнью, но не жить ею. Надеюсь, ты меня услышал.

«У Фаррела есть сын».

– Не факт, возможно, однофамилец, молодые лепреконы не чтят прошлого, наверняка какой-то мальчишка хотел себя почувствовать великим волшебником и взял древнюю фамилию.

«Он был не один».

– С чего ты взял?

«Прояви вырезанное из приказного листа».

Удивленный Тогль достал из кармана палочку и дотронулся до пергамента, но обратное заклинание не сработало, и тогда пришлось восстанавливать все манипуляции с пергаментом с помощью волшебного золота. Получилось очень затратное удовольствие, однако, когда на очередном витке усилий волшебные чернила на доли секунды начертили эмблему рода Лемм, наместник улыбнулся.

«Род Лемм предал наместничество!»

– Уймись! – ударив себя по лицу, сказал Тен, и цвет его глаз стал прежним.

Он аккуратно запечатал приказной лист и, понимая, насколько важным может быть документ, убрал его под подушку.

– Итак, в ближайшие дни, не привлекая внимания, надо найти этого лепрекона Стива Фаррела, проживающего в 76 доме Эверстоуна, пригорода Чикаго, – прошептал Тогль, – Очень надеюсь, что семьдесят шестой дом не спрятан от человеческих глаз, как это обычно любят делать лепреконы, не хочу привлекать троллей госпожи Лемм.

Он замолчал, а в голове, не давая покоя, крутилась фраза: «Род Лемм предал наместничество! Род Лемм предал наместничество!»

Кувшин Ра

Бывший придворный зельевар Адольф Куффер в миру преподавал промышленную химию в технологическом университете, вкладывал знания в головы будущих технологов. Пожилой учитель ничем особенным не выделялся на фоне коллег: исполнительный, аккуратный, нравился студентам, водил старенький форд и все свободное время уделял племяннику. Ничего необычного, что привлекало бы взоры наместничества. Обычный старичок. Волосы выпали, а оставшиеся редкие пучки, поседев, стали незаметными на фоне бледной кожи, нос острый, с родинкой сбоку, брови густые, глаза впалые, серо-голубого цвета. А единственное, что осталось от бурной молодости, так это козлиная бородка аспидного цвета. Впрочем, Куффер не комплексовал из-за возраста, напротив, стоило ему начать говорить, собеседник проваливался в этот мудрый и вдумчивый взгляд, не всякий профессор мог вести беседу так изысканно, а тут рядовой сотрудник кафедры.

Одевался Куффер в классической манере: строгий костюм, однотонные сорочки, галстук, удобная обувь, тот еще модник, и надо заметить, это сочетание элегантности и ума, несмотря на преклонные годы, привлекало взгляды женской половины. Были и те, кто мечтал окольцевать Адольфа. В общем, если делать выводы, то у Куффера была нескучная, насыщенная старость, но он и не жаловался.

– Добрый утро, студенты, – войдя в кабинет, поприветствовал публику преподаватель, зал в унисон ответил тем же, и Адольф, дождавшись тишины, продолжил: – Кто заметил, какое замечательное сентябрьское утро за окном?

Студенты оживились, расценив реплику как некий намек на отмену пары, но преподаватель уверенно встал за кафедру, достал из кожаного портфеля папку с лекцией на тему: «Промышленные яды» и недвусмысленно улыбнулся.

– Уверен, все знают, что солнечная погода – это благоприятные условия для закладки ядов, – с улыбкой начал Куффер, и зал недовольно загудел, догадавшись, что лекция неизбежна. – Ну что вы, право, по себе знаю, после каникул всегда трудно войти в учебный процесс. Но чем быстрее ваш разум начнет мыслить, тем успешнее пройдет учебный год, так что достаем конспекты, и далее под запись, тема сегодняшней лекции…

Лекторий вмещал до сотни человек, сделанный по типу амфитеатра, он удобно сочетал в себе нужные качества для обучения, так что сто двадцать минут, отведенные на лекцию пролетали, как мгновение, разумеется, не без мастерства учителя. Адольф умел увлечь публику, насыщенный терминами материал лекции в его устах становился интересным. Чередуя полезную информацию с примерами из жизни, преподаватель умело погружал студентов в учебный процесс, большая часть студентов просто обожала лекции харизматичного старика.

Со звонком на перерыв студенты нехотя стали собираться на новую пару, а зная, как ревниво реагируют коллеги по университету к задержке учеников, Куффер даже подгонял особо впечатлительных. Неожиданно в аудиторию вошел мужчина в черном костюме, он держал за плечо Стива, племянника Куффера, и это был не дружеский жест, в позе и мимике чувствовалось некое напряжение. Бледный юноша то и дело приветствовал знакомых. Будучи учащимся последнего курса, он частенько на переменах заходил к дяде. Студенты, здороваясь, тайком рассматривали брюнета, похожего на агента ФБР. Мускулистый, высокомерный, не реагирующий на приветствия, однозначно сотрудник органов правопорядка.