Чтение онлайн

– Вам лучше, госпожа? – заботливо поинтересовался он, и когда та утвердительно кивнула, сердито спросил у Ва-Йерка:

– Ваше любопытство удовлетворено, надеюсь?

– Не вини его, Гродвиг, - болезненным голосом произнесла Немферис, - господин Ог Оджа считает, что мы находимся в черном святилище Нехинета. А это большая удача для меня.

– Неужели?

– С рассветом я зайду в алтарную, – добавила она и посмотрела на Ларенара.

– Ты пойдешь со мной, наррмориец.

– Желаете уединиться? – насмешливо и грубо подхватил супруг, все это время молча наблюдающий со стороны.

Она с недоумением перевела на него взгляд, который был таким спокойным и чистым, что принц невольно смутился.

– Ревность вам не к лицу, – барон подошел к нему и, похлопав по плечу, тихо добавил:

– Я еще не забыл откровений, услышанных мною близ ущелья Пурфа. Ваше сердце принадлежит другой женщине. Так почему не освободить от тягостных уз ту, которая не по своей воле стала вашей женой, и не позволить ей пойти по зову сердца?

– К кому? К послушнику? – вскочив, возмутился Ормонд и с силой толкнул кузена в плечо. – Пошел вон! Не нуждаюсь в твоих советах. И никогда не прощу тебе, что Пления-Лиэлла принадлежала тебе! Мне отвратительна мысль, что невинная Свеллия искала утешения на твоей груди! – лицо его побагровело. Он схватил Гродвига за грудки и основательно встряхнул.

Барон отбросил от себя его руки.

– Ты слишком часто лезешь в драку, - отступая, спокойно проговорил он. – Однажды можешь и получить по заслугам.

– Предатель! – принц выхватил меч, набрасываясь на Гродвига, который едва успел отбить удар. – Думаешь, я не знаю, что у тебя на уме? – Он яростно наступал, обрушиваясь на барона еще и еще.

Тот только защищался, не пытаясь ударить в ответ. Недоумение Гродвига сменилось досадой. Он мог многое простить Бэгу, понимая, что принц пытается задеть его, но озлобленность его высочества становилась чрезмерной.

– Дерись, трус! – крикнул Ормонд.

– Госпожа, умоляю, останови их! – вскрикнула Зана, видя, что принц отшатнулся, едва не упав, и задетый за живое Гродвиг уже теснит его.

Немферис, внимательно следившая за поединком, посмотрела на рабыню с изумлением.

– Что ты сказала?

Кифрийка опустила голову, зажмурившись и сдерживая подступившие слезы.

Выбитый из рук меч Ормонда, звякнув, упал на каменный пол.

– Вы отличный воин, барон, - впервые обратившись к нему на «вы», заметила царевна.

Гродвиг усмехнулся и галантно поклонившись, сказал:

– Для меня огромная честь слышать это от вас, госпожа.

– Не надейся, дурак, - Ормонд подхватил свой меч, - это для того, чтобы еще раз унизить меня, не правда ли, принцесса? Вам доставляет особое удовольствие оскорблять своего господина и мужа. Теперь я растоптан. Хвала небесам! И вы восхищаетесь соперником вашего супруга! Вот как? Так добейте его и откройте, наконец, вашу маленькую тайну, растолкуйте – что связывает вас с любезным Ларенаром?

– Нас ничего не может связывать. Но я поясню вам, господин, по какой причине я вынуждена сейчас обратиться к наррморийцу. Волею судеб мне суждено было стать неприкосновенной, одной из обещанных Арахну. Статус супруги смертного иноверца должен освободить меня от обета, если я приму его, как мужа и как мужчину. Я не сняла с себя «покрова чистоты». Таков мой выбор. Рискнувшего приступить запрет - если он ни одной со мной крови - ждет кара.

– Хотел бы я проверить, - пробормотал барон чуть слышно.

– Но никто из вас, чужеземцев, не может, не рискуя здоровьем, находиться возле меня. Тем более, во время проведения немногих обрядов, – продолжала она.
– Сама не желая того, я могу повредить любому. Кроме послушника.

Расхохотавшись, Ормонд похлопал в ладоши.

– Какая честь! Удачный выбор! Но я все еще не понимаю…

– Он – арахнид.

– Что за бред!

Она посмотрела на послушника:

– Тебе известно кто твои настоящие родители?

– Нет.

– Это известно мне, - сказала Немферис. – Ты – арахнид.

– Магнус знает? – поинтересовался Гродвиг, давно подозревавший нечто подобное.

– Знает, – ответил Ларенар.
– Я не знал, пока не увидел марлогов. И многое вспомнил.

– Кто может подтвердить мне это? – усмехнулся принц, продолжая упорствовать. – Не банальная ли это отговорка, весьма выгодная счастливым любовникам? Ритуалы? Как же! Найдете занятия и поинтересней!

– Пусть не скорбит ваше гордое сердце, господин, - добавила царевна невыразительным голосом. – Душа вашей супруги не ведает привязанностей. Сердце мое, как и тело – чисты. Но это не означает, что я могу принадлежать вам.

– Это мы посмотрим, – обронил Ормонд. Его никто не услышал. Может быть, к счастью для него.

– Все-таки, надо поспать, - кашлянув, произнес тмехт. – Ночка выдалась очень неспокойной.

Барон рассмеялся.

– Да уж, Ва-Йерк, мы все постарались!

Почувствовав пристальный взгляд, Немферис подняла глаза на Ларенара, посмотрев виновато, почти с мольбой. Он отвернулся, нахмурившись. Она, подавив вздох, обняла поджатые колени, уронив на них голову. Их немой диалог также остался никем не замеченным. Может, к счастью для обоих.

Но, засыпая, послушник впервые понял, что царевна способна лгать…

На рассвете, никого не тревожа, Немферис проникла в заботливо огороженную от мира часть храма. За все время, что провела она в темном, сыром и затхлом пространстве, ее не покидало неотвязное чувство бессознательного страха, каким пропиталось там все, до последней крупинки. Особенно густым, почти осязаемым оказалось оно в открытом подземелье, где у каменного ложа царевна заметила следы недавнего пребывания существа, охранявшего осколки статуи. Не найдя то, что искала, Немферис покинула жуткую обитель таинственного создания, вернулась к костру и разбудила тмехта.

– Я была там, внутри, - взволнованно прошептала она ему, присев рядом. – Как много зла скопилось в этом месте. Но тот, кто стерег храм, существовал вне его. Он сильнее заточившей его в этих стенах.

– О чем вы говорите, госпожа?
– не понимая до конца, пролепетал Ог Оджа. – Черный храм был выстроен маакорским жрецом, который посмел влюбиться в … чужеземку, и горько поплатился за это.

– Вы как всегда правы, Ва-Йерк, – царевна пришла в себя, удивляясь, зачем ей понадобилось говорить на эту тему с тмехтом. – Вы знаете, что хранилось в этом святилище?