Чтение онлайн

Я отчаянно надеялся теперь, что это свидание не станет последним, что ничего в этом бездновом мире не сможет меня вынудить покинуть навсегда и прекратить навещать мой город из серого камня, растворяться в переплетении его улиц, вдыхать трескающийся от сухости ледяной воздух и тонуть в омуте его неба. Серион был моей первой любовью, безрассудной и страстной, и ни один самый распрекрасный и важный уголок мира не смел заставлять меня отказаться от наших встреч.

Я немного побродил по улицам, забыв обо всем, просто смотрел на городские будни и стуком собственных каблуком выбивал по мостовым тот же размеренный ритм, что и остальные. Пока еще я был его частью и еще имел на это право. Стражники, завидев меня, коротко кланялись, почти кивали, со своих постов, приветствуя своего командира. Я знал, что о моем приезде уже известно отцу, а то, что было известно генералу Равелу, в очень скором времени становилось не новостью и для мастера Сэддока. Я снова почувствовал неумолимый бег времени. Пора было действовать.

– Ты должен понимать, Алво, – сказал отец перед моим отъездом к бабушке, – что каждое твое действие теперь будет нести за собой почти бесконечную череду последствий. От маленьких и незначительных, до вполне ощутимых. И каждое из них можно расценить как полезное или как опасное, в зависимости от того, с какой стороны ты предпочтешь на него взглянуть.

Он стоял у окна в моей комнате, задумчиво изучая стекающие по стеклу капли дождя.

– Великие Дома, – продолжил отец после небольшой паузы, дающей мне максимально четко ощутить все то тяжелое отчаянье, с которым я готовился сейчас к новой роли, совершенно ничего в ней не смысля, – обещали тебе свою помощь, но никто не собирался уточнять, какой именно по характеру и масштабам она будет. Они полагают, что качество этой помощи ты определишь сам. В том числе тем, к кому из них придешь с докладом. Они не знают, что ты им готовишь, и ждут информации, которая даст контроль над ситуацией. И каждый жаждет заполучить ее раньше остальных.

Если честно, я и сам задумывался об этом. Я одинаково сильно уважал и любил всех своих учителей и готов был бы помочь кому угодно из них, если бы выбирал сейчас сам для себя, а не закладывал бы прочный фундамент отношений с четырьмя могучими китами власти для всех алхимиков настоящего и будущего. Я прекрасно осознавал, что здесь уже не могу полагаться исключительно на свои теплые чувства – мне нужен был холодный рассудок и расчет, качества, которые определяют настоящего мастера Дома, но не меня, как человека.

– У тебя есть четыре Великих Дома, считающих тебя частью своей семьи, – отец нарисовал на вспотевшем от влаги стекле круг и разделил его на четыре части. Я коротко усмехнулся, наблюдая за ним – папа всегда любил наглядность. – Каждый из них примет тебя и твой доклад с распростертыми объятиями. Хэйлед, – он поставил точку на левый верхний сектор, – с его интригами, развитой шпионской сетью и статусом Первого Дома, даст тебе немыслимое преимущество на первое время.

– На первое? – Я удивился, искренне полагая, что достоинства хэдденов вполне способны обеспечить счастливую жизнь многим поколениям моих людей.

– Если ты сумеешь правильно распорядиться информацией, то, конечно, на очень долгое время, – вздохнув, признал отец.

Кажется, он не слишком-то в меня верил.

– Но ты должен понимать, что это будет означать для тебя в плане отношений с Дех-Рааденом, – с мрачной усмешкой добавил папа. – Далее, – вторая, верхняя правая четверть круга была отмечена отцовской рукой, – Суулед. Мастер Ани-Ла может предложить, как минимум, финансовую и торговую помощь, которая вряд ли доступна кому-либо из остальных. Плюс, ты получаешь теплые отношения с Хэйледом, обращаясь к его союзнику. И сохраняешь надежду на поддержку Денно, что тоже немаловажно. Но тут следует учесть – мастер Орлин не забудет о том, что ты пришел не к ней, и с большим удовольствием припомнит об этом при случае. Не мне тебе объяснять как хэддены относятся к информации.

– И как припоминают долги, – криво усмехнулся я.

– Алво, это в любом случае не станет твоим долгом, – отец устало вздохнул. – Мы говорим о мастерах Великих Домов и, тем более, об Орлин. Она прекрасно понимает, что у нее всего один шанс из четырех, плюс способна великолепно справиться с получением нужных ей знаний сама. Мстить она точно не будет. При любом твоем выборе.

– Зато интриг и пакостей устроит столько, что проще будет самому вздернуться, – мрачно хмыкнул я.

Отец, оглянувшись через плечо, посмотрел на меня с ехидной ухмылкой. Да, папа, я помню, что сам во всем виноват, мне не дают случая об этом забыть.

– Ладно. – Я потер пальцами виски. – В конце концов, я создаю всего лишь Малый Дом. Вряд ли они захотят тратить на меня свое время.

Отец наконец обернулся и, качая головой, очень иронично уточнил:

– Ты сам-то действительно веришь, что твой Дом хоть на мгновение будет Малым?

Я прикрыл глаза ладонью. Статус Дома определяется количеством живущих и обучающихся в нем Детей Нитей и услугами, которые они могут предоставить другим Домам. В моем случае это будут тысячи алхимиков, большая часть из которых уже является магами, пусть и не в очень привычном понимании этого слова. Да, они сейчас умеют плести Нити только в отношении собственных зелий, причем именно хорошо плести всего одну из двух – Воды или Разума. Но, тем не менее, умеют, и готовы продавать это свое умение. Лекарства, созданные алхимиками, вполне способны оказывать положительный эффект и действительно помогают, так что тем же врачам-серионцам они могут стать очень нужны, как бы маги пока еще не воротили от них носы. Принципы принципами, но они все, как и я, влюблены в свои науки и готовы идти на любые сделки с совестью ради расширения области их применения и новых открытий. Плюс, очень быстро мои алхимики научатся плести все пять Нитей и в обычной жизни. Навыки у них уже есть, у них нет знания узоров, а этим-то я их обеспечу сполна. Тогда они смогут пошатнуть положение традиционных школ, предлагая те же виды услуг, что и остальные Дома. Да, мои алхимики, в среднем, более слабые маги, чем те, кто потерял Зрение, но так ли часто миру требуется создание каких-то необыкновенно сложных плетений? Или, все-таки, к магам куда больше обращаются за вполне обыденными вещами, не требующими великих затрат сил? Вещами, которым, при необходимости, можно обучить моих людей всего за один-два месяца. К тому же, учитывая, что мои догадки о детях и их Зрении целиком и полностью подтвердились, а школы при новых Домах по общим правилам первые несколько лет бесплатны, как много бедняков, неспособных накопить на учебу своих отпрысков, бросятся ко мне, стремясь не упустить своего шанса получить в семью мага? Особенного мага, плетущего все Нити мироздания. Я понимал, что мой Дом не будет нести такой уж огромной угрозы положению традиционных школ, ибо их статус и известность сослужат им добрую службу. Но раздражать будет, все-таки, знатно. Я собирался забрать по неплохому куску пирога у каждого их четырех Великих Домов и прекрасно осознавал масштабы своих планов. А они тем более очень быстро осознают, когда я приду к одному из них.

– Ты выбираешь не сюзерена, Алво. – Отец, усмехнувшись, вновь отвернулся к окну.

Я коротко вздохнул и с ироничной улыбкой поднял взгляд в потолок. Великие Дома считали, что, дав им ответ на вопрос, кто мы такие, маги пяти Нитей, я буду еще долго собираться с силами и решимостью, чтобы, наконец, создать свой Дом. С трудом для начала уговорив пару десятков себе подобных. Да, они благословили меня на это и предложили помощь, но имели ввиду Малый Дом и когда-то потом. Пятьдесят-сто магов в явном подчинении одного из Великих Мастеров. Магов, которым всегда можно напомнить об их месте. Они торопили меня исключительно с ответами – им нужно было время поразмыслить над той информацией, которую я принесу в их руки немедленно, опасаясь гнева своих учителей за задержку. И вот именно времени я им и не дам, так же как они не дали его мне. Я все-таки хэдден, а хэддены не прощают долгов.

– Хорошо, – я перевел взгляд на отца. – Кто у нас дальше? Дех-Рааден?

– Да. Подобный союз может продлиться столетиями, и ты никогда не будешь сомневаться в их дружбе. Они обещали тебе защиту и выполнят это обещание. Готовы будут без оговорок поделиться ресурсами, которыми обладают. Но тут следует помнить о Хэйледе и его отношениях с рааденами. Врага ты себе, конечно, не наживешь, но вот о поддержке со стороны хэдденов в этом случае можно сразу забыть. Ну и мнение Сууледа в таких обстоятельствах остается для нас тайной. Ани-Ла целиком и полностью предан Орлин, но очень не любит упускать выгоды, так что тут шансы на помощь или ее отсутствие абсолютно равны.

– Угу, – мрачно ухмыльнулся я, глядя на оставшийся неотмеченным сектор уже смазанного влагой круга. – И последний…

– Серион. – Кивнул отец, все так же стоя ко мне спиной. – Ты знаешь, что он может тебе предложить.

Равелов. Мою семью, защита которой никогда не будет сломлена. Ощущение, что какая-то часть меня все еще остается дома…

Я мотнул головой, прогоняя подобные мысли. Только холодный рассудок и расчет, ничего лишнего. Я понимал, что Серион действительно предоставит мне защиту, равной которой на Востоке не было. Кроме того, он в дружеских отношениях с Дех-Рааденом – это позволяло надеяться, что то самое «если захочешь» из уст Денно будет расценено им как то, что я захотел. Благодаря Равелам же, Серион имел крайне теплые отношения с Сууледом, где была расквартирована часть нашей армии для борьбы с их вечными бунтами. И нейтрально-приятельские отношения с Хэйледом, который, в принципе, не слишком интересовал наш Дом, но они все же ценили ту помощь, которую мы оказываем их союзнику.

Отец не стал тогда спрашивать, что я выбрал, или давать советов, предоставив мне разбираться самому. Он, как и я сам, прекрасно понимал, что это должно очень быстро войти у меня в привычку, для моего блага и блага моего будущего Дома. К тому же, любой выбор был хорош, следовало исключительно определиться, что именно будет мне необходимо в будущем больше всего. Четыре сектора круга: информация, деньги, ресурсы или защита. Четыре дороги, по одной из которых я должен был пойти, ведя за собой тысячи людей, доверившихся моему решению.