Чтение онлайн

— Я надеюсь, что вы не станете ничего просить у этих колдуний, — сказал Туррис. — Чудо будет, если мы уберемся отсюда целыми.

И он снова, уже в который раз, напомнил Артусу о воинах, истощенных неведомой болезнью. И снова, в который раз, Артус отмахнулся от его слов.

— А почему бы не попросить, раз уж есть возможность? — У Ариуса даже голос был как у пьяного. — Я же ей всё рассказал. Алисе, то есть. Как сражался за дело либертинов, как отправился за патроном в Скогар, где тот обезумел. И про колдуна Скъегги рассказал, и про Убийцу богов, и про амулет Хеймо И про Арзрана рассказал. Ох, и встрепенулась она, когда услышала про Арзрана! Наверняка его знает. Вот бы она сделала нас всех невидимыми! Я прибрал бы к рукам черный кинжал и увел бы остатки либертинов, а Растус… О, Растуса я бы пальцем не тронул. Зачем, если можно убить Ансельма? Во только найти бы его еще…

На другое утро Артус был разочарован и разозлен. Алиса так и не пришла к нему. Он ругал ее последними словами и готов был уехать, но тут явилась старая хозяйка и пригласила на прогулку по дому его и Турриса.

Старая госпожа была в полупрозрачной рубашке до щиколоток, голые руки и шея бесстыдно выставлены на обозрение. Смуглые и жилистые, они не внушали аппетита, но обличали немалую физическую силу.

Артус заметно растерялся, и Туррис его понимал. Нобили могли продлевать молодость очень долго, они изменяли тела по собственной прихоти, и никто из них не выбрал бы обличие старика или старухи. Одряхлевших слуг отсылали, чтобы не портили господам настроение своим видом. Пожалуй, можно сказать, что нобили боялись старости больше, чем самой смерти. Однако старуха вела себя как ни в чем не бывало, и гостям пришлось смириться. Вскоре Туррис заметил, что в Артусе отвращение борется с любопытством. Его тянуло рассматривать полуобнаженную престарелую прелестницу — так любители изучают уродов.

Старуха вела их, пока они совсем не потерялись среди галерей и комнат. А потом в небольшой укромной зале толкнула Артуса на раззолоченную лежанку и села рядом. О Туррисе она, казалось, забыла, и он встал у входа, делая вид, что охраняет господ от нескромных глаз.

— Я хочу предложить вам свои услуги, Артус, — сказала старуха своим обычным строгим голосом.

— Благодарю, госпожа, я всем доволен, — ответил Артус.

— Неужели? И нет ничего, что ты мог бы получить только от меня?

Всё так же строго глядя ему в глаза, она стала расшнуровывать завязки у ворота. Сначала Туррис решил, что ей душно. Но она обнажила грудь, висящую словно два пересушенных кожаных мешка, и кокетливо улыбнулась, показав редкие желтые зубы.

Туррис сглотнул и отвернулся. Но уши затыкать не стал и слышал ее веселый, удивительно молодой голос:

— Что ж, Артус! Раз ты еще не бежал отсюда, думаю, ты понимаешь, с чем имеешь дело. Но тебе зла мы не желаем. Я не желаю.

— Я вижу, куда попал, — отвечал Артус, и голос его звучал твердо, но невесело.

— Очень хорошо, — проворковала старуха. — Я знаю, что ты замышляешь ограбить этого Ансельма. И готова сделать три подарка. Они помогут тебе достичь желаемого. За всё это я попрошу только амулет Хеймо. Тебе он без надобности: он сам выбирает, кому служить. Ну что, по рукам?

— Ты умеешь читать мысли, госпожа? — спросил Артус. — Что ж, мне и правда хотелось бы навестить Ансельма. Но что, если амулет выберет меня?

Старуха захихикала.

— Тогда оставишь его себе. Если же нет — принесешь сюда. — И добавила тише, почти прошептала: — Ну? Решайся.

Туррис разрешил себе посмотреть — и увидел, как Артус обхватил руками уродливую голову старухи и поцеловал в губы.

— Я готов принять твой вызов, — сказал Артус, отпуская ее. — Я принял бы его, даже если бы ты не обещала даров.

— О! — сказала старая колдунья. — Да сопутствует тебе удача, отважный воин. — И обратилась к Туррису: — А не пойти ли тебе вон?

И Туррис подчинился. Через некоторое время он увидел патрона — тот шел, шатаясь как пьяный.

— Старуха выпила из меня все силы, — пожаловался он. — Туррис, дотащи меня до постели.

Туррис довел его до спальни, уложил в постель и остался охранять его сон, потому что Артус совершенно упал духом, дрожал и боялся, но не говорил, чего. Он проспал весь день и всю ночь, а Туррис всё это время сидел на пороге его спальни с обнаженным мечом.

Утром же, проснувшись, Артус легко вскочил с кровати и перевернул ее — массивную, дубовую — на бок так легко, словно она была из тоненьких дощечек.

И это был первый дар колдуньи. Артус получил силы пяти человек, и никто в его отряде не мог противостоять ему.

Одеваясь, Артус подошел к круглому бронзовому зеркалу. И вдруг исчез. Зато почти сразу же с того места, где он только что стоял, раздался крик:

— Туррис, ты меня видишь?

— Я и себя не вижу, патрон, — откликнулся Туррис, вытянув пуки и пытаясь их рассмотреть.

Когда Артус и Туррис вышли к воинам, те стонали, гневались и жаловались. Все они стали невидимыми и считали это вражескими происками. А это был второй дар колдуньи.

За обедом старая хозяйка обращалась к гостям, ориентируясь по голосам.

— На сколько времени рассчитаны твои дары? — спросил Артус.

— Тебе придется поторопиться, — ответила она. — Но здесь тебе поможет третий мой дар. Ты говорил, что Ансельм отобрал у Растуса сосуд с силой, собранной в здешних лесах. И силы там много. Так вот, я наделила тебя даром чувствовать силу. Ты почувствуешь большое ее скопление, как старуха со слабой головой чувствует изменения погоды. Так ты найдешь Ансельма. Но этот дар проявится у тебя только за пределами наших владений. — Ее глаза под косматыми бровями сверкнули неожиданно зло. — Я не хочу, чтобы ты здесь мучился от головной боли.

— А где Алиса? — спросил Артус. — Я хочу проститься и с ней тоже.

— Для Алисы прощанье было бы слишком тяжелым. Она будет ждать тебя. Мы обе будем ждать.

Старуха объяснила, как добраться до усадьбы лагмана. От ее объяснений в голове у Турриса всё перевернулось. Выходило, что они, желая попасть на юго-восток, забрались далеко к северу. Если верить местным, в эту сторону до самого моря ничего нет, кроме лесов и болот.

Когда они перевалили через холм по лестницам, дал о себе знать третий дар колдуньи: у Артуса разболелась голова. Но чем дальше они уходили от холмов, окружающих удивительный дом, тем легче ему становилось. Силу, рассеянная по лесам, он чувствовал гораздо слабее. Видимо, в кольце холмов ее было собрано огромное количество.

В заброшенной деревне устроили привал. И здесь пятеро воинов, пораженные неведомой хворью, разлеглись и стали просить, чтобы их оставили здесь или убили на месте. Тогда Артус устроил охоту. Им повезло убить лося, и Артус чуть не насильно пихал больным куски полусырого мяса. И остальным велел есть побольше. Ну, какая сытость может быть от колдовской еды? Может быть, кто-нибудь видел рядом с домом коровник? Свинарник? Овчарню? Огород или сад, увешанный плодами? Или охотников? Откуда, как они думают, взялась эта еда?