Чтение онлайн

В нескольких футах от меня Майна, Лова и Цаэнь увлечены беседой с парой пожилых на вид кошек. У меня сводит живот. Майна сногсшибательна, её тёмные волосы — чистые впервые более чем за неделю — ниспадают сочными волнами по спине. Сари цвета индиго с замысловатой золотой вышивкой облегает её мускулистое тело и длинные ноги. Гладкая кожа её плеч, потемневшая от солнца пустыни, сияет в свете ламп.

Во мне вздымается волна любви и желания, но её прогоняют тошнотворные воспоминания.

Сожжённые и сваленные в кучу трупы семьи Аоки.

Дым и обжигающий жар щиплют мне глаза.

Флаг Короля-Быка развевается над головой, теперь он кажется ещё более ненастоящим, потому что я знаю, кто на самом деле поместил его туда.

Майна отодвигается, освобождая место рядом с собой, когда мы присоединяемся к ним. Не желая устраивать сцену, я там и сажусь.

– Ты прекрасно выглядишь, Леи, – говорит она с такой нежностью, что у меня комок подступает к горлу.

– Ты тоже, – я проглатываю этот ком.

Оза протягивает мне стакан рома, и я с благодарностью осушаю его, морщась от градуса алкоголя. Цаэнь бросает на меня неодобрительный взгляд, и по лицу Майны пробегает тень беспокойства. Но Оза, кажется, ничего не замечает и наклоняется, чтобы снова наполнить мне стакан.

Лова оценивающе оглядывает меня.

– Я так рада, что одежда пришлась тебе впору. Жёлтый тебе правда идёт, Леи, – её подведённые глаза блестят. – Скоро ты станешь настоящей Амалой.

Я разглаживаю рукой хлопчатобумажную рубашку кебая и брюки, которые горничная принесла мне сегодня вечером. Они сидят идеально, но их простота бросается в глаза по сравнению с роскошными сари Майны и Ловы. Может быть, Лова пытается мне что-то сказать, одев меня не так, как всех остальных?

Если это и так, то её улыбка дружелюбна и безупречна. Она отпивает свой напиток и со вздохом потягивается, закутавшись в меха под звон нефритовых браслетов на своих запястьях и лодыжках:

– Так приятно вернуться домой.

В свете фонаря молодой генерал прекрасна, изящна и соблазнительна, чего я не могу сказать о себе. Бархатистый шёлк струится по её золотистому меху. Она наклоняется вперёд – и золотые амулеты щекочут глубокую ложбинку в её декольте.

– Майна, помнишь выходные, когда вы с Кетаи приезжали в гости? Мы съели так много дадар-гулунга, что попы слиплись от избытка сахара. А потом мы всю ночь не спали и любовались звёздами. Ни разу не видела, чтобы небо пустыни было столь прекрасно. Но, возможно, мы просто перепили рому, или это побочное действие влюблённости.

Моя рука крепче сжимает стакан.

Нор смеется. Её голос похож на хриплое царапанье, столь же грубое, как и сморщенные шрамы у неё на лице.

– Помню, вы обе должны были явиться на следующее утро на заседание совета, а поскольку вас обеих не дождались, мы пошли вас искать и нашли в покоях Ловы. Вы продолжали крепко спать.

– Причём обе были голые, – добавляет Оза с лукавой улыбкой.

Цаэнь кашляет:

– Я... не уверен, что такое уместно вспоминать при разговоре за ужином.

Амалы от души смеются.

– О, Шифу, – поддразнивает Лова. – Какие же, наверное, у вас унылые ужины в Ханно. Налей себе ещё рома. И расслабь же наконец затёкшую спину. К концу вечера ты должен танцевать на столах.

Пока остальные смеются, я поворачиваюсь к Майне. Хотя нас разделяют всего несколько дюймов, пропасть между нами, кажется, увеличивается и становится ощутимой.

– Ты никогда не говорила, что приезжала её навестить, – говорю я, ненавидя себя за то, как по-детски это звучит, но не в силах остановиться. Жар щиплет мне глаза. – Ты сказала, что встречалась с ней только раз, когда она приезжала во дворец к отцу на встречу.

Майна смотрит на меня из-под длинных ресниц.

– Леи… – она произносит моё имя как извинение.

Или оправдание.

Я мотаю головой и, сдерживая слёзы, наливаю себе ещё рома. Пряная жидкость обжигает горло.

– Я знаю, чего ты добиваешься, – хмуро говорю я Лове. – Но у тебя ничего не получится.

– Леи… – на лице Майны появляется тревога.

– Пусть она сама скажет, – я поднимаю руку. – Ты же хочешь вернуть Майну, не так ли, генерал?

Лова безмятежно смотрит на меня, её золотистый мех блестит в свете ламп. Она ставит стакан.

– Да, – отвечает она как ни в чём не бывало. – Хочу.

Мои глаза расширяются.

– Я бы не стала этого говорить при тебе, Леи, – продолжает она, – но ты сама спросила, – она бросает подведёнными глазами взгляд на Майну. – Не так давно мы любили друг друга. И с тех пор я не переставала думать о тебе. Все девушки, с которыми я была с сих пор, не смогли заставить меня тебя забыть, потому что моё сердце по-прежнему принадлежит тебе.

Майна, замерев, смотрит в ответ.

Сдавленный звук застревает у меня в горле.

– Мне жаль, – продолжает Лова, обращаясь ко мне с видимой искренностью. – Ты не заслуживаешь такой боли. После всего увиденного за последние дни, я могу понять, почему Майна влюбилась в тебя. Но мы с Майной созданы друг для друга, – она поворачивается к Майне, её лицо светится яростным возбуждением. – Только представь: два самых могущественных клана Ихары, от Касты Луны и Касты Бумаги, заключают союз. Мы всей Ихаре покажем, каким должно быть будущее королевство, о котором мы мечтаем — королевство равенства и единства, – её голос понижается до шелковистого мурлыканья. Черты её лица смягчаются. – Но больше всего на свете мы были бы счастливы вместе, милая. Ты это знаешь. Ты помнишь, насколько прекрасны были дни и ночи, которые мы провели вместе.

Я даже не осознаю, что делаю, пока стакан сам не выпадает из моей руки. Он пролетает по воздуху, попадая девушке-львице прямо в висок, а потом отскакивает и разбивается о настил.

– Вот как? – Лова потирает голову. – Стаканом?

– Тебе повезло, что у меня не было под рукой чего-нибудь покрупнее! – с горящим лицом я сжимаю в кулаке подол своей накидки. – Так вот зачем ты меня так вырядила? Хочешь, чтобы я предстала перед всеми какой-то простолюдинкой, и не забывала, что я не чета вам двоим, благородным представительницам кланов?

К моему удивлению, Лова выглядит обиженной.

– Вообще-то я подумала, что, возможно, тебе захочется одеться, как в Сяньцзо, что в такой одежде тебе будет комфортнее. И после того, что Майна рассказала мне о твоём пребывании во дворце, мне не хотелось напоминать тебе о том, зачем ты там была, наряжая тебя в шелка и юбки.

Повисает неловкое молчание. Присутствующие беспокойно переводят взгляд с Майны на Лову и меня.

– Спасибо на том, – выдавливаю я, криво усмехнувшись. – Очень было любезно с твоей стороны, – я вскакиваю с горящими щеками. – Мне пора идти.