Чтение онлайн

В Синодальный период был проведен ряд важных государственных реформ: Крестьянская (1861 г.), Земская и Судебная (1864 г.), Военная (1874 г.) и др. Подвергался реформированию и такой общественный институт Российской империи, как Православная Церковь. Самой важной в жизни Церкви явилась реформа церковно-административного деления «по примеру Восточных Церквей» [134] , чтобы «младшие епархии были в подчинении старшим» [135] . Характерной особенностью этого периода «является то, что существующее число епархий не успевало за ростом населения и отдельных территорий Российской империи» [136] .

Реформа церковно-административного деления началась еще в 1682 г., когда на Собор, созванный по инициативе царя Федора Алексеевича, был представлен проект образования новых епархий [137] . В том же году открыты новые епархиальные центры в Великом Устюге и Тамбове, Холмогорах и Воронеже. Больше ничего в плане увеличения епархий Поместный Собор 1682 г. сделать не смог по причине недостатка денежных средств [138] . Необходимость проводимой реформы была вызвана, по справедливому утверждению А. В. Карташова, географической обширностью, а также «разрозненностью имеющихся епархий» [139] .

Очередной Церковный Собор 1683 г. провозгласил 14 новых епархий, в том числе были учреждены три викариатства в Сибири, в Даурье и Енисейске, но они так и не были открыты по причине «малочисленности населения в этих регионах» [140] . Реформа протекала достаточно медленно, так как встречала некоторое сопротивление со стороны многих епископов, которые считали, что дробление церковных территорий приведет к ущемлению их власти и понижению статуса [141] . За 200 лет (с 1700 по 1900 г.) было образовано всего 46 епархий, из которых 3 – малороссийские, 4 действовали в составе Грузинского экзархата и одна – на территории США (Алеутская и Аляскинская) с резиденцией епископа в Сан-Франциско [142] . Нетрудно сосчитать, что на русской территории в течение указанных двух веков каждые 10 лет учреждалось в среднем две епархии.

Активное освоение и заселение Сибири и Дальнего Востока и признание их российскими неизбежно влекли за собой установление на них государственной власти и наведение порядка, поскольку долгое время эти территории находились вне досягаемости законов. Крутой нрав и своеволие русских поселенцев по отношению к коренному населению требовал их «укрощения». Важная роль в этом принадлежала Православной Церкви. Только она могла быть духовно-нравственным просветителем людей. Поэтому на повестку дня остро ставится вопрос христианизации народов Сибири и Дальнего Востока.

Функции христианизации народов, населявших присоединенные к России дальневосточные территории, возлагались на церковно-административные единицы – новообразованные епархии. Безусловно, новым территориям была необходима твердая епархиальная власть. Не являлся исключением и Сахалин, где зарождающаяся церковная жизнь нуждалась в «близкой епископской власти» [143] .

Но новых епархий катастрофически не хватало. Как пишет в своих исследованиях И. К. Смолич, существенной проблемой для освоения территорий и их церковного окормления являлось недостаточное количество новообразованных епархий [144] . Они зачастую были обширными территориально, а количество служащего духовенства считалось недостаточным. Осложняли деятельность священнослужителей и объективные факторы: большие расстояния между населенными пунктами, отсутствие дорог, сложные климатические условия, не позволявшие одному священнослужителю окормлять всю паству своего прихода.

Например, созданная в 1640 г. Тобольская епархия почти до второй половины XVIII в. включала в себя территорию Урала, Сибири, Дальнего Востока, в том числе и остров Сахалин. Как отмечается в литературных источниках, она охватывала «300 000 кв. км, на которых действовало 160 приходов, простираясь от Урала до Лены и от Северного Ледовитого океана до границ с Китаем» [145] . Ярким примером влияния географического фактора на церковную жизнь Тобольской епархии может служить челобитная архиепископу Тобольскому и Сибирскому Симеону. Обращаясь с просьбой прислать священника, владыке писали: «…У одного попа в приходе разъезду по пятисот верст и болши. А имать их в Тоболеск, и того будет проезду им года по два и болши, а в то время православные христиане буду помирать без покаяния и без причастия, и роженицы без молитв» [146] . Несмотря на то, что челобитная была написана приблизительно в январе 1653 г., к началу XIX в. ситуация мало изменилась.

«Из-за невозможности посещения всех причтов своей обширной епархии» Тобольский митрополит Филофей (Лещинский) «созвал в 1702 году церковное совещание, на котором принята приходская инструкция духовенства», касавшаяся «деятельности пастырей, благочинных округов, Таинства исповеди, поведения клира и др.» [147] . К сожалению, это благое начинание митрополита в дальнейшем не нашло своих продолжателей.

Положение несколько улучшилось с образованием Иркутской епархии, к которой с 1733 г. и «до учреждения Камчатской епархии» (1840 г.) относились Удский и Охотский округа, Камчатский полуостров и остров Сахалин. Об этом же пишет в своих исследованиях А. Н. Смагин: «До учреждения Камчатской епархии территории Дальнего Востока входили в состав Иркутской епархии» [148] .

В период нахождения Сахалина под духовным руководством тобольских и иркутских епископов, отрезанная водой от большой земли территория острова оставалась необжитой, лишенной условий для жизни священнослужителей [149] .

Создание в 1840 г., благодаря неустанным трудам великого святителя и миссионера митрополита Иннокентия (Вениаминова) [150] , Камчатской, Курильской и Алеутской епархии было продиктовано, как отмечает А. Кириллов, необходимостью удовлетворения религиозных нужд верующих и для потребностей населения Северо-Восточной Азии [151] . В это время остров по-прежнему был недосягаем для православного духовенства, чему способствовало отсутствие русских поселений, а также постоянных жителей. Этап заселения Сахалина начинается с образования военных постов. Именно тогда сюда попадают первые корабельные священники для совершения духовных треб среди служащих поселенцев. Но влияние духовенства на религиозную жизнь острова тогда было слабым. Это обусловливалось полным отсутствием церквей и постоянных священнослужителей [152] .

Во второй половине XIX в. процесс церковно-административного деления во многих регионах Российской империи значительно активизировался, особенно на Дальнем Востоке, коснувшись и острова Сахалин. 16 февраля 1870 г. из Камчатской, Курильской и Алеутской епархии были выделены Якутское викариатство и Аляска, а сама епархия стала называться Камчатской, Курильской и Благовещенской. Одновременно учреждены еще две епархии: Алеутская и Аляскинская, Якутская и Вилюйская. Остров Сахалин вошел в состав первой – Камчатской, Курильской и Благовещенской. Образование этих епархий положило начало новому этапу становления православной жизни на острове: появляются постоянные священнослужители, строятся храмы и часовни, образуются новые приходы. Тогда немногочисленные, зачастую походные и приписные сахалинские церкви объединялись в 12-й благочинный округ [153] .

3 января 1899 г. указом Святейшего Синода из Камчатской, Курильской и Благовещенской епархии образуются новые: Благовещенская и Приамурская, Владивостокская и Камчатская. Сахалин вошел в состав Владивостокской и находился под управлением ее епархиального руководства вплоть до закрытия последнего православного храма в середине 20-х гг. XX в.

Наглядно церковно-административная принадлежность Сахалина во второй половине XIX – начале XX вв. показана на рисунке (см. Приложение № 2).

На момент образования Владивостокской епархии (1899 г.) в ее состав вошли 10 сахалинских церквей: Александровская, Дуйская, Ново-Михайловская, Дербинская, Рыковская, Корсаковская (Анивская), Березняковская, Корсаковская, Мало-Тымовская и Онорская. Со временем в разных частях острова было открыто несколько часовен в селах Галкино-Врасское, Нояси, Владимировка и Кресты [154] . Характеристику положения Православной Церкви на Сахалине в этот исторический период можно найти в архивных документах [155] .

Первоначально все церкви принадлежали одному благочинию с центром в посту Александровском. Если посещение северных храмов было возможно и удобно в любое время, то добраться до южных церквей не всегда представлялось возможным. Летом, во время навигации, благочинный мог с поста Александровского на пароходе легко объехать все церкви. В зимний период юг Сахалина оставался практически недоступным из-за отсутствия дорог и сложного рельефа местности (сопки, тайга). Поэтому зимой, кроме служебной почты, других возможностей объехать все благочиние не было [156] . В связи с этим для создания более эффективного управления церквями в конце 1899 г. Владивостокская духовная консистория принимает решение о разделении острова Сахалин на два благочиния. В северное благочиние вошло 7 церквей, в южное – 3 приходских храма. Неравномерность в распределении церквей по благочиниям объяснялась особенностями островной территории и географическим расположением поселений [157] .