Чтение онлайн

Надев рубины, которые когда-то ее отец подарил матери, и глядя на родственников, собравшихся на лужайке. Жасмин улыбнулась - она испытывала глубокое умиротворение.

Сибилла и Том выглядели такими же счастливыми, как и они с Рованом. Маленькая элегантная Сибилла стала более плотной, чем была два года назад, но это, казалось, не волновало ни ее, ни тем более Тома. Братья быстро росли. Сэнди было пятнадцать - почти мужчина, и Чарли в свои тринадцать лет догонял его. Недди, круглощекий и по-детски полный, к восьми стал совсем худеньким, как и его братья-близнецы.

Дядя Патрик и тетя Валентина детей оставили дома, зато Бесси и Адам Бурк взяли своего третьего сына: годовалого светловолосого только-только начинающего ходить мальчугана. В волосах отчима появились серебряные пряди, а мать, как и бабушка, с годами становилась все привлекательнее. "Возраст будто не властен над старейшиной семьи", - думала Жасмин. Дедушка выглядел как обычно - молодо, и лишь седые волосы напоминали, что ему уже семьдесят восемь.

– Я вижу, ты счастлива.
– Рован подошел и поцеловал ее в плечо.
– А поэтому счастлив и я. Хочешь сейчас получить свой подарок или, может, отложим до следующего раза?

– Нет! Нет!
– закричала Жасмин и повернулась к гостям.
– Рован приготовил для меня особенный подарок и до сих пор мне его не отдал.
– Она хватала его за карманы.
– Ну, где же он?

Муж рассмеялся:

– Какая ненасытная алчность, мадам!
– И подал знак привратнику, который тут же выступил вперед с серебряным подносом, на котором лежал скрепленный печатями лист пергамента.
– Это тебе. Жасмин, любовь моя. С днем рождения тебя, и пусть мы вместе справим еще много-много твоих дней рождения.

Жасмин взяла пергамент, сорвала печати и пробежала глазами документ.

– Что это?
– спросила бабушка.
– Что там такое?

– Дарственная на триста акров земли, деревню Магвайр-Форд и небольшой замок в местечке Ольстер. Где это Ольстер? Скай побледнела.

– Это в Ирландии, - сказала она. Среди гостей воцарилось молчание.

– В чем дело?
– спросила Жасмин.
– Почему вы все притихли?

Наконец заговорил Патрик Бурк:

– Король Яков раздает земли, которые ему не принадлежат. Они ворованные.

– Это не так!
– возмутился Алекс Гордон.
– Яков Стюарт - честный человек.

– А как еще это назвать, - спокойно ответил Патрик Бурк.
– Магвайр-Форд земля Магвайров, а не Якова Стюарта, чтобы он мог ею распоряжаться по своему усмотрению. Ирландцев лишают собственности, а землю заселяют иностранцами: шотландцами и англичанами.

Алекс Гордон посмотрел на родственника так, будто Патрик сошел с ума.

– Какое отношение ты имеешь к Ирландии? Ты вырос в Англии и владеешь имением, пожалованным тебе английской королевой.

– Мои отец и мать - оба ирландцы, - заметил Патрик Бурк.
– Дедушка с материнской стороны был Дубхдара О'Малли из Иннисфаны, с отцовской Мак-Уилльям из Мид-Коннота. Я воспитывался в Англии, потому что таково было желание Елизаветы Тюдор, а земли в Англии она пожаловала мне вместо моих наследных земель, которые у меня украла и передала английским поселенцам. Мне больно видеть, что то же самое происходит и с другими, кому, да поможет им Господь, не возместят их потерю. Да, я рос в Англии, но я - ирландец, поэтому и считаю, что это не правильно!

– Рори О'Доннелл, Хав О'Нейлл и Конор Магвайр уехали из Ирландии почти год назад, - возразил Алекс Гордон.
– Они едва ускользнули от людей короля, которые прибыли арестовать их за измену. Говорят, в Дублинском замке нашли документы, уличающие их в новом заговоре. Сам сэр Кахир О'Дохерти свидетельствовал против них.

– Бог мой! Разве можно верить этому грязному предателю, - взорвался Патрик.
– Всякий здравомыслящий человек поймет, что обвинения были сфабрикованы. О'Дохерти лгал, а потом сам в апреле восстал против короля, когда посчитал награду за свое подлое дело слишком незначительной.

– Ну, он теперь мертв, - резонно заметил граф Брок-Кэрнский, - а выездная сессия суда присяжных объявила, что земли в Ферманахе, Тиране, Колерене, Донегале, Каване и Армафе переходят к королю ввиду предательства их прежних владельцев.

– Виновны или невиновны, ирландцы всегда должны страдать, - проворчал Патрик.

– Жалованная грамота Жасмин - одна из первых, - объяснил Рован Линдли. Мне удалось ее достать благодаря королеве. Приятель при дворе сообщил, что эти земли будут раздавать в конце года. Соперничество ожидается жестоким. Что-то получит северная епархия ирландской церкви, какую-то долю возьмет Колледж Святой Троицы в Дублине. Пожалуют в первую очередь наиболее достойных ирландцев, сражавшихся на стороне короля, и бывших землевладельцев.

– Но зачем именно эти земли брать для Жасмин?
– наконец заговорила Скай. Большую их часть король раздаст своим прихлебателям и искателям приключений, которые окружают его с тех пор, как он взошел на трон. Представляю, каких людей они пошлют в Ирландию. Это бесчестный план, и ни один приличный человек не должен участвовать в нем! Я - ирландка. Правда, большую часть жизни я прожила в Англии. Такова уж моя судьба. Но, где бы я ни жила, сердцем и душой я принадлежу Ирландии.

– Я и не помышлял обидеть вас, мадам, - тихо проговорил Рован Линдли.
– Но на восемнадцатилетие мне хотелось подарить жене что-то особенное. Драгоценностей она получила в наследство столько, что хватит на сотню женщин. И я ничего не мог придумать, пока мой приятель не сообщил мне об этих землях. Они пожалованы только Жасмин, а не мне. Я все объяснил королеве. Она сама получила согласие короля и добилась его подписи на документе, согласно которому Жасмин Линдли, маркиза Вестлей становится новой владелицей Магвайр-Форда.

– А что представляет собой эта земля?
– удивила всех своим вопросом Жасмин.

– Она очень плодородна, - ответил муж.
– Деревушка с церковью, окруженная лугами и пологими холмами, зелеными, с обилием воды, стоит на берегу озера Лох-Эрн. Мне говорили, что замку несколько сотен лет, но он еще пригоден для жизни.

– Я буду там выращивать лошадей, - сказала Жасмин.
– Мы заберем с собой Козодоя - того молодого жеребца, что дедушка подарил нам на свадьбу, и подберем ему лучшую кобылу из Кэдби.

Скай выглядела огорченной, но ничего не ответила. Дело было сделано, и ее слова ничего не могли изменить. Зато рассерженно заговорил Бурк:

– Как ты можешь так бесстрастно рассуждать о выращивании лошадей на украденных землях?

Жасмин озадаченно посмотрела на дядю.

– Мир на том и стоит, - возразила она Патрику, - что одни люди борются с другими, и когда кто-нибудь побеждает, земля меняет владельца. Так всегда было в Индии. А разве здесь по-другому? Из уроков истории, которые мне давал отец Куплен, я помню, что ваши ирландские предки пришли на ту землю совсем из других мест, а здешние англичане - потомки нормандских и англосаксонских завоевателей, а вовсе не отпрыски местных племен, когда-то населявших острова. Даже на камне нельзя выбить слова так глубоко, чтобы их нельзя было переменить.