Чтение онлайн

Жасмин улыбнулась и другой рукой погладила дедушку по щеке.

– Я люблю тебя, дед, - тихо сказала она. Адам отступил назад и встал рядом со Скай, не стесняясь слез, которые катились у него по щекам. Жена, не говоря ни слова, подала ему платок и стиснула руку. И в это время священник англиканской церкви произнес первые слова брачной церемонии.

Часть 3

МАРКИЗА ВЕСТЛЕЙ

Ирландия

1607 - 1610

Глава 15

Летом 1608 года в саду Ругайи Бегум объявился молодой европеец, желавший поговорить со старшей женой покойного Могола. Она вежливо ответила на его приветствие. Его приход внес разнообразие в монотонное течение ее жизни. Ей сказали, что молодой человек - фактор английского торгового дома.

– С чем вы пришли ко мне?
– спросила она.
– Я не имею влияния на Могола. Он не мой сын.
– Очень часто европейцы не осознавали, что у Могола было много жен. Она была старшей женой Акбара, и многие полагали, что она мать Салима.

– Мне рассказывали, что вы любите свои сады, милостивая госпожа, проговорил молодой человек.
– Меня зовут Ален О'Флахерти. И я не ищу у вас никаких выгод. Недавно мне прислали особенно красивые розовые кусты.
– Он немного помолчал.
– Английские розы. В Англии они цветут вольготнее, чем здесь, в Индии. Зная вашу любовь к розам, два этих куста я решил привезти вам, милостивая госпожа. Я совершал путешествие в Лахор по делам нашего торгового дома, и, хотя вы утверждаете из скромности, что не имеете влияния на Могола, ваша дружба для меня бесценна.

– Как называются эти кусты?
– спросила она его.
– Я вижу, что один из них белый, другой - красный. Но у них ведь есть названия, сэр?

"Или я схожу с ума, или этот джентльмен что-то хочет мне сказать", подумала Ругайя Бегум.

– Белый куст, милостивая госпожа, зовется жасминной розой. Заметьте, он имеет едва уловимый аромат ночного жасмина. Красный назван в честь маркиза Вест-лея, самого достойного джентльмена, - ответил он ей.

– А!
– Она наклонилась, чтобы рассмотреть кусты в фарфоровых горшках, пальцы гладили темно-зеленые листья.
– Моя дочь счастлива?
– Он едва расслышал ее голос. Ален кивнул и ответил так же тихо:

– Мы двоюродные брат и сестра, милостивая госпожа.

Она замужем за маркизом Вестлеем и, когда в феврале флот бабушки поднимал в Англии паруса, была уже беременна.

Ругайя Бегум выпрямилась.

– Ваши кусты отменного качества, сэр, - громко сказала она Алену О'Флахерти.
– Как только будет возможно, пришлите их побольше. Я хочу засадить английскими розами весь свой сад, да будет на то воля Аллаха!

– Сделаю все, что смогу, милостивая госпожа, - поклонился он ей.
– И да поможет нам Бог.

Она смотрела ему вслед. Молодой человек даже не мог понять, как обрадовал его приход старую женщину. Было девятнадцатое августа. Ясаман, ее любимой дочери, в этот день исполнялось восемнадцать лет. Слезы катились по лицу старой принцессы. На свой день рождения в Индии Ясаман всегда что-нибудь дарила маме Бегум. Теперь она так и не узнает, что сегодня прислала лучший из своих подарков. Дала знать, что жива и опять счастлива, В свое восемнадцатилетие маркиза Вестлей проснулась рано утром у себя в доме в Кэдби и обнаружила, что вся спальня завалена цветами.

– Рован, ты что, с ума сошел?
– Она счастливо рассмеялась входящему в комнату мужу, который в одной руке нес их дочь, а в другой держал извивающегося рыжего с белым щенка спаниеля.
– Дай мне сюда Индию. Ей надо немедленно позавтракать, иначе у крошки взыграет характер Моголов.
– Она обнажила грудь, и дочь нетерпеливо засопела.

Рован бросил щенка на кровать и передал леди Индию Линдли любящей матери.

– Я сошел с ума от счастья, как только мы поженились, любовь моя, - сказал он.
– Хорошо бы тебе найти для Индии кормилицу. Очень уж она много отнимает у тебя времени, а это время хочу отнимать у тебя я.

Жасмин устроила девочку у груди, и та начала шумно сосать.

– Скоро уже, - пообещала Жасмин Ровану.
– А что ты мне принес на день рождения?

– Тебе придется подождать до праздничного обеда, мадам, - улыбнулся муж. Но предупреждаю, подарок совсем необычный, - А твоя поездка в Лондон связана с ним?
– допрашивала Жасмин.
– Из-за него ты оставил меня одну почти на три недели?

Он усмехнулся:

– Всему свое время. Жасмин. Настанет час, и ты удовлетворишь свое любопытство, но не раньше вечера! А сейчас будь довольна этим очаровательным щенком. Его зовут Фезерз, и я уверен, что когда-нибудь он научится не писать в кровать.
– Он поднял щенка с виноватой улыбкой и крикнул:

– Рохана, простыню!

Жасмин покачала головой, но не могла удержаться от смеха. Рован часто приносил ей подарки по случаю и без случая. Не дарил он ей только драгоценностей, кроме ее свадебного кольца.

– Я не могу подарить тебе ничего лучше того, что ты уже имеешь, - честно признавался он.
– К твоим драгоценным камням и украшениям мне нечего добавить.

Она была с ним согласна, но из всего, чем владела, больше всего дорожила своим свадебным кольцом.

Вошла няня, чтобы забрать маленькую госпожу. Жасмин поцеловала темные мягкие волосы дочери и махнула ей рукой.

– Я умираю от голода, - объявила она.
– Наверное, я опять беременна. Обещаю, на этот раз будет сын. Нельзя отдавать всю славу Тому и Сибилле с их сыновьями. Мама над ними просто трясется.

– А бабушка трясется над Индией, - ответил муж.
– А можно так часто иметь детей?

– А почему бы нет? Я здорова, и ты вовсе не ведешь монашескую жизнь с тех пор, как мы вместе, - улыбнулась она.
– Щенок - очень маленький подарок. У тебя есть для меня что-нибудь получше?
– Она еще не сменила домашнего наряда и приоткрыла свои полные груди.

– Мадам, ты бесстыжее существо.
– Он притворился рассерженным. На самом деле он чувствовал постоянное желание обладать женой. Его изумительной, непослушной, избалованной женой. Он ощутил, как между ног у него шевельнулось.

Жасмин заметила движение под его ночной рубашкой и хихикнула. Хотя они и продолжали спать раздетыми, утром из-за слуг одевались. Рохану и Торамалли не смутила бы картина господ в костюмах Адама и Евы, а вот английские слуги были бы шокированы. Они только-только начали привыкать к тому, что мажордомом у них стал Адали. Когда шестнадцать месяцев назад Жасмин переехала в этот дом, она увидела, что большинство слуг - пожилые люди. Многих она отправила по домам, заменив выбранными ею самой и не знавшими другой хозяйки. Осталась лишь повариха - плотная женщина среднего возраста. Она попала к Адали в полное рабство.

Жасмин отбросила одеяла и призывно улыбнулась:

– Возвращайся в постель, милорд. Солнце только-только поднялось.

– Я обещал поохотиться с джентльменами, - ответил он.

– Так рано?
– Она потянулась рукой к его ногам.

– Жасмин!

– Да, милорд?
– Ее пальцы зашевелились, заставляя его вздрогнуть.

– Я опоздаю из-за тебя, - слабо запротестовал он.

– Конечно, опоздаешь, если немедленно не заберешься в кровать и немножко не поиграешь со мной. Это будет твоим маленьким подарком, - игриво подсмеивалась она.
– Я что, тебе больше не нравлюсь?