Чтение онлайн

А теперь король, отец моего Хэла, приказывает выходить за тебя замуж. Он делает это в горе, ошибочно полагая, что таким образом защищает внука. Но это не примиряет меня с королевским решением. Ты говоришь, что любишь меня, Джемми Лесли. Я в этом не уверена, хотя считаю, что сам ты веришь. Хорошо, если ты меня любишь, отвези в Королевский Молверн и на какое-то время оставь одну с детьми и бабушкой. Тогда я смогу принять неизбежное. Ты сделаешь это для меня?

– А когда я смогу вернуться в Королевский Молверн и начать ухаживать за тобой?

– Приезжай в первый день апреля, милорд, - меньше чем через шесть недель, - ответила Жасмин.
– И тогда я назначу день свадьбы. Обещаю, а принцессы королевского дома Моголов никогда не нарушают слова. Ты согласен, Джемми Лесли?

Она произнесла его имя очень мягко и кончиком языка облизала губы. От чувственности этого жеста у графа едва не закружилась голова, и он с грустью подумал, что надо держать себя в руках, иначе жена будет верховодить в их семье. Потом он вспомнил мать и улыбнулся. Кэт Лесли заключила бы такую же сделку - выиграла бы время. Но Бог свидетель, как мало она от него требовала. Разве можно ей отказать? Нужно искать ту дорожку, по которой они вместе пойдут по жизни.

– Хорошо, мадам, - согласился граф.
– Я в целости и сохранности доставлю тебя в бабушкин дом. Но до отъезда дай мне несколько дней пожить в Королевском Молверне. Потом я вернусь первого апреля и мы обсудим свадьбу.

– Я согласна, милорд, - смиренно ответила Жасмин, но ее глаза озорно заблестели.

– Я буду хорошим отчимом твоим детям, - пообещал он.
– Мои дети погибли, но ты подаришь мне красивых сыновей и дочерей. Ты ведь любишь детей, Жасмин?

– Да, - отозвалась она.
– В семье отца я была младшей. Все мои братья и сестры были взрослыми, кроме одной девочки, но и та жила с матерью при дворе. В моем маленьком дворце в Кашмире мне казалось, что у отца я единственный ребенок. Может быть, поэтому мне доставляет радость иметь полный дом детей. Она улыбнулась графу.
– Бабушка говорит, что своих я избаловала. Но я считаю, когда любишь детей, как люблю их я, избаловать нельзя.

– Так же любила детей и моя мать, - вспомнил граф Лесли.

– А где она?
– спросила Жасмин.

– В Италии. Когда-нибудь я расскажу тебе историю ее Жизни и любви, которую в Шотландии называли "дикой и искренней".

– С нетерпением буду ждать, - проговорила она.
– А у истории счастливый конец?

– Да, очень. Такой же счастливый, как и у нашей истории, - пообещал граф Гленкирк.

Жасмин в упор посмотрела на Джемми Лесли:

– Так ты не сомневаешься в наших судьбах, милорд?

– Нет, - счастливо улыбнулся он.
– Не сомневаюсь.

– А я сомневаюсь, - серьезно сказала она и, отвернувшись от графа, стала разглядывать проплывающий за окном кареты темнеющий пейзаж. Небо нахмурилось, и в воздухе закружились снежинки.

Эпилог

Королевский Молверн

1 апреля 1613 года

– Уехала! Как уехала? Я вас не понимаю, мадам. Что вы хотите сказать?

Скай О'Малли де Мариско взглянула на графа Гленкирка и решила, что он очень красивый мужчина - черные, как смоль, волосы, золотисто-зеленоватые глаза. Было ясно, что он остановился где-то неподалеку, чтобы переодеть дорожное платье и облачиться в этот элегантный черный бархатный костюм с великолепным кружевным воротником. Граф нарядился как жених. В руке он сжимал букет весенних цветов, и Скай забрала их у него, опасаясь, как бы он не выдавил из стеблей остатки жизни. Она посмотрела на цветы и передала их камеристке Дейзи Келли.

– Поставь их в воду, Келли, и проследи, чтобы нас никто не беспокоил.

– Хорошо, миледи.
– Щелкая суставами, Дейзи присела в реверансе, а потом, не в силах удержаться, зашептала хозяйке:

– Прямо как в старые времена, миледи. Только теперь все хлопоты не из-за вас, а из-за мисс Жасмин.

Скай подавила смех и выпроводила старую служанку из комнаты. Потом постаралась собраться с мыслями, прежде чем повернуться к графу.

– Так где Жасмин?
– сурово спросил Джемми Лесли.

– Я уже сказала вам, милорд, она уехала, - спокойно ответила Скай.

– Куда?
– не отступал он.

– Не знаю.

– Боже!
– Лицо графа потемнело от гнева, но он старался держать себя в руках.

Сидящий в удобном кресле лорд де Мариско почувствовал, как в его душе пробуждается сочувствие к графу. Адам знал, какими несносными могут быть в их семье женщины, когда они того захотят. А Жасмин как раз и пожелала сейчас быть именно такой. Потягивая аршамбольское вино, Адам молчал, давая возможность жене самой разбираться с Гленкирком. "Единственное преимущество старости, думал он, - можешь оставаться в стороне, когда предпочитаешь во что-нибудь не вмешиваться".

– А где лорд Стюарт?
– наконец выдавил Джемми Лесли.
– Ребенок официально находится под моей опекой, мадам.

– Виконт Ланди с матерью, - так же спокойно ответила Скай.
– Как вы могли подумать, милорд, что внучка отправится в путешествие без детей?

– Она сознательно не подчинилась королю!
– вскричал граф.
– Это измена, мадам! И вы с ней в заговоре!

– Глупости!
– резко возразила госпожа де Мариско.
– Боюсь, вы перенервничали, милорд, и не правильно оцениваете положение.

– Ваша внучка должна выйти за меня замуж. Это обещал мне король. А она путешествует, и вы не знаете где!
– цедил сквозь зубы Джемми Лесли.
– Она забрала с собой королевского внука, мальчика, который официально находится под моей опекой. И после этого вы хотите, чтобы я был спокойным, мадам? И говорите мне, что я не правильно оцениваю положение! Ну нет, госпожа де Мариско! Я оцениваю его правильно. Неподчинение приказу короля и есть измена.

– Я не повиновалась королеве, которая была куда значительнее, чем этот король, - с чувством произнесла Скай.
– Я должна вам кое-что сказать, но не смейте повышать на меня голос в моем собственном доме! Садитесь, граф Лесли. Я уже не молода, как прежде, хотя мне и больно это признавать. Я предпочитаю сидеть, но не хочу, чтобы вы, как черная башня, нависали надо мной. Налейте себе вина, чтобы успокоиться, и дайте мне тоже: от вашего крика у меня расходились нервы.

Скай расположилась рядом с мужем, лукаво ему подмигнув, и тот усмехнулся. Если бы она разозлилась так же, как граф Гленкирк, то недолго бы разыгрывала из себя хилую старую даму. Он был не глуп, этот шотландский граф, а Скай в своем мире привыкла управлять. Знал об этом Лесли или нет, но он вовсе не принадлежал к миру Скай О'Малли де Мариско.

Граф наполнил бокалы, как просила его Скай, и тихо выругался про себя, разлив немного вина на серебряный поднос, на котором стоял графин. Рассчитывая успокоиться, он одним глотком выпил вино, потом пересек комнату и подал бокал Скай. Затем сел напротив.

– Так почему Жасмин отправилась "путешествовать"?
– спросил он.

– Она все еще оплакивает Генри Стюарта, - ответила женщина.
– Сейчас она не хочет снова выходить замуж, милорд. Вы ошиблись, убедив короля устроить для вас этот брак. Жасмин сама королевская дочь и выросла при дворе, Решения она предпочитает принимать сама. Вы с королем отобрали у нее это право, когда за нее решили и ее будущее, и будущее ее детей. И даже не потрудились узнать ее мнение. Это право она себе вернула, когда решила покинуть Королевский Молверн. Вас мне не за что благодарить, милорд. Мы с мужем уже не молоды. А Жасмин приносила нам большую радость, она и ее дети. Ваши интриги отняли ее у нас.