Чтение онлайн

– К брачным торжествам Бесс, - предупредил он ее.
– В этом вопросе я не потерплю ослушания.

– Хорошо, милорд, - согласилась она с ложной покорностью.

– Торамалли, возьми ребенка, - распорядился принц, и служанка поспешила исполнить его приказание.
– А теперь, мадам, - повернулся он к Жасмин, - как следует попрощайся со мной.

Их губы встретились, и Жасмин с удивлением обнаружила, что в ней просыпается уснувшая было страсть.

Она отстранилась, и принц усмехнулся:

– Вот видишь, желание ко мне уже борется в тебе с материнским чувством к ребенку.
– И, поцеловав на прощание, пообещал; - Я постараюсь навестить тебя до твоего возвращения ко двору.
– Потом поднялся с кровати и, подмигнув, вышел из комнаты.

– Адали, - окликнула евнуха Жасмин, - поднеси меня к окну, чтобы я могла видеть, как уезжает мой господин.

Слуга бросился исполнять ее желание. Он бережно держал ее в руках, а она тянулась, силясь рассмотреть в окно принца, который внизу прощался со старыми де Мариско.

– Продолжайте принимать сироп от кашля, - наставляла его Скай.
– Я дала вашему слуге его рецепт. Составляющие достать не сложно, поэтому не слушайте его, если он будет врать, что не достал хины. Кашель еще глубоко сидит в вашей груди, милорд. Мой сироп лишь не позволяет ему выходить оттуда.

Генри Стюарт наклонился и поцеловал Скай в щеку.

– Своих бабушки и дедушки я не знал, - произнес он.
– Вы замените мне их.
– И, вскочив на лошадь, поскакал по дороге прочь. Вслед за ним направился и слуга. Обернувшись, чтобы в последний раз помахать де Мариско, принц с радостью увидел в окне наверху Жасмин и послал ей воздушный поцелуй.

– Приятный юноша, - заметил Адам.

– Приятный, - согласилась Скай.

У себя наверху в надежных руках Адали Жасмин видела в окно, как ее возлюбленный покидает Королевский Молверн. "Почему мне так грустно?" размышляла она. Слезы катились у нее по щекам. "До свидания, любовь моя, думала она про себя.
– Храни тебя Бог". Отчего она так сказала? Она удивилась сама. Так обычно говорят, когда больше не рассчитывают встретиться с человеком. Жасмин передернула плечами, и Адали принялся ее успокаивать.

– Обратно в постель, миледи. Бабушка не простит мне, если вы простудитесь.
– И евнух понес ее к кровати, а она утирала слезы, которые слуга скромно не замечал.

Глава 21

Весь день Генри был в дороге, чтобы застать отца и мать в Судли, домашнем замке лорда и леди Шандо. С полудня начался дождь, но принц не слезал с лошади, спеша сообщить родителям о появлении на свет сына. Только раз они остановились, чтобы дать роздых лошадям и что-нибудь перекусить. Трактир был невелик, и трактирщик так и не понял, кого обслуживает. Дункан сообщил ему, и челюсть хозяина отвалилась от удивления. Трактирщик слышал, что королевская семья находится где-то неподалеку, но уж, конечно, не рассчитывал подавать пиво кому-нибудь из ее членов.

– Есть у тебя что-нибудь из еды?
– спросил Дункан.

– Нет времени, - остановил слугу Генри Стюарт. Дункан служил принцу всю жизнь и пользовался привилегией возражать хозяину:

– Я и шагу не двинусь дальше, милорд, если в моей утробе не окажется что-нибудь горячее. Я не так молод, как вы, да и вам что-нибудь тепленькое не повредит. Вы все еще кашляете, и эта погода не доведет вас до добра.

– С тобой, Дункан, легче согласиться, чем спорить, - усмехнулся принц и тут же закашлялся.

– Ну вот видите, милорд, - проворчал слуга.
– Вам нужно поесть, отдохнуть и хлебнуть эликсира госпожи де Мариско, прежде чем снова пускаться в путь. Слуга повернулся к трактирщику, который так и стоял с открытым ртом, и приказал:

– Еды!

– Сию минуту, милорд, - пробормотал хозяин и юркнул на кухню, едва не столкнувшись с женой, которая с широко раскрытыми глазами прислушивалась из-за полуприкрытой двери.

Вскоре на столе появился горячий суп, тушеная крольчатина, несколько толстых ломтей ветчины и каплун, хлеб, сыр и пирог с сушеными яблоками. Принц, который как будто бы и не хотел есть, вдруг понял, что, несмотря на кашель, проголодался. Когда они покончили с едой, Дункан щедро расплатился с хозяином, и мужчины вышли к конюшне. Они оставили лошадей.

– Я накормил их и дал воды, но только после того как они остыли, милорд, сообщил им мальчишка-конюх.

– Славно, малыш, - похвалил его Генри Стюарт и швырнул монету.
– Скакать еще долго. Ты позаботился о них, и они отдохнули, как и мы подкрепились горячей пищей.
– Он вывел лошадь из конюшни и вскочил на нее.

– Когда-нибудь расскажешь своим внукам, что ухаживал за лошадью будущего короля Англии, - крикнул удивленному мальчику Дункан.
– Самого принца Генри Стюарта.
– Слуга тоже вскочил на лошадь, и они вновь поскакали под дождем, оставив пораженного мальчика во все глаза смотреть им вслед.

Когда они наконец достигли замка Судли, король и королева уже сели в большом зале за ужин. Все еще в дорожных сапогах, принц присоединился к ним, и мать нахмурилась, услышав в его груди хрипы. Не обращая на нее внимания, Генри Стюарт поднял бокал:

– Ваши величества, милорд и миледи, прошу вас выпить за здоровье и долгую жизнь Карла Фредерика Стюарта, моего сына, который восемнадцатого сентября родился в Королевском Молверне!

Последовало удивленное молчание. Конечно, при дворе знали, в каком положении находится леди Линдли, но до сих пор она была очень осмотрительна. Поведение принца было трудно назвать благоразумным, и августейшие родители не знали, как поступить.

Наконец король неуклюже поднялся на ноги и взялся за бокал:

– За здоровье и долгую жизнь лорда Карла Фредерика Стюарта, моего первого внука!

Придворные вскочили на ноги и закричали:

– Ура!

Генри Стюарт весь светился от счастья и милостиво принимал поздравления окружающих.

Потом мать зашептала ему:

– Генри, сядь сейчас же! Не устраивай спектакля! Ты не первый мужчина, у которого родился сын, и не первый Стюарт с незаконнорожденным ребенком. Сядь! Боже, ты весь промок. Выйди из-за стола и разыщи себе сухую одежду. Поговорим после ужина в нашей комнате.

Принц был рад покинуть зал и, улыбнувшись матери, вышел. К нему тут же поспешил мажордом лорда Шалдо.

– Позвольте, ваша светлость, проводить вас в приготовленные апартаменты. Слуга уже вас ждет, а я распорядился принести ванну и горячей воды. Дункан сказал, что вы весь день скакали под дождем.

В тишине отведенной ему комнаты Генри Стюарт вдруг обнаружил, что его трясет от холода. Что-то сердито бормоча, Дункан раздел хозяина и усадил в горячую воду.

– У вас разума не больше, чем у девушки, милорд, - ворчал он.
– Уж лучше бы мы остались в том маленьком трактире, чем скакать столько миль под дождем. Мои старые кости ломит, а вы снова кашляете. Согрейтесь и ложитесь в кровать.